©"Заметки по еврейской истории"
  апрель 2018 года

Генрих Бабич: О взаимоотношениях афроамериканцев и евреев в свете расовой проблемы в США

Аналогия исторической судьбы евреев и афроамериканцев представляется мне чисто внешней. Слишком уж велики различия в количественных оценках и в других исторических особенностях жизни этих народов. Тем не менее, значение таких исторических параллелей не следует игнорировать.

Генрих Бабич

О взаимоотношениях афроамериканцев и евреев в свете расовой проблемы в США

Моей незабвенной Галине Бабич посвящается

Генрих Бабич

Введение

Следует вспомнить известные положения о том, как понятия нации, принятые в Европе, трансформируются в США. Классическое определение нации говорит о том, что этой социальной группе присущи четыре отличительных признака: общность языка, общность территории, единая экономическая система и исторически сложившиеся психологические черты. Историки и социологи спорят о значении каждого из этих признаков. Ясно, что психологическая общность людей занимает не последнее место. Это существенно в связи с рассматриваемыми в статье проблемами. Важно при этом также, что со времен, когда было сформулировано приведенное выше определение нации, во вновь создаваемых государствах, в особенности в Африке, различия и границы, образующиеся между новыми нациями, формируются по другим, в частности, более политизированным, законам. Вместо понятия национальность по отношению к некоторым социальным сообществам (в частности, к афроамериканцам) применяется более узкий термин — этническая группа.

Соединенные Штаты Америки — страна эмигрантов. Об этом хорошо знают граждане США, это понимают другие люди, живущие далеко за пределами страны. В национальном смысле важно то, что каждый иммигрант (немец, итальянец или поляк), переселившись сюда и, пройдя через американский “плавильный котел”, через два-три поколения жизни на вопрос о его национальности ответит, что он американец. Это говорит о том, что прямым результатом более чем двухсотлетнего развития стало формирование социальной общности, именуемой американский народ. Немаловажным фактором такого пути было то, что Америка, в основном, христианская страна. Некоторое отличие в религиозном смысле составляют те евреи, которые исповедуют ортодоксальный иудаизм. Тем не менее, они немногочисленны и социально малозначимы.

Существенную особенность составляют афроамериканцы. Расовые отношения вошли в русло межэтнических (межнациональных, в нашем понимании этого термина). Эта проблема с уровня человеческих взаимоотношений вышла в законодательную сферу. Между афроамериканской этнической группой и остальной частью американского общества отношения иногда формулируются на субъективной основе, а порой и на эмоциях, которые выражаются в виде симпатий или антипатий отдельных людей. Это при том, что социальная первооснова современной расовой проблемы в США состоит во влиянии длительных предшествующих исторических процессов.

Многие современные социологи и историки усматривают общность в исторической судьбе евреев и афроамериканцев. Они говорят, что евреи в XVI-XIV веках до н. э. жили в египетском рабстве. Влияние этого фактора проявляется, в частности, в том, что философия и вся процедура праздника Пасхи и сегодня основана на событиях, которые происходили три с половиной тысячелетия тому назад. Затем, в VI-IV веках до н. э., последовало рабство в Месопотамии. После изгнания в 70 году н. э. из Палестины большинство еврейского народа в течение 19 столетий жило в европейской диаспоре. Этот период они провели в условиях многовековых притеснений. Тут были и гетто, и погромы, и Черта Оседлости, и национальное бесправие, и антисемитизм. Наконец, немало и поныне живущих евреев были свидетелями трагедии Холокоста. Переселившись на американскую землю, евреи принесли с собой весь этот груз исторического наследия.

Аналогично этому, утверждают историки, афроамериканцы в течение 250 лет жили в условиях рабовладения, сначала в британских колониях Северной Америки, а затем — в Соединенных Штатах, вплоть до отмены рабства в 1865 году. За этим последовали 100 лет жизни в сегрегированной Америке и, наконец, в 1965 году афроамериканцы получили юридическое равноправие. Но в течение прошедших с тех пор еще более 50 лет расовая проблема в США не решена в полной мере.

Отмечу, что такая аналогия исторической судьбы евреев и афроамериканцев представляется мне чисто внешней. Слишком уж велики различия в количественных оценках и в других исторических особенностях жизни этих народов. Тем не менее, значение таких исторических параллелей не следует игнорировать.

Величайшим завоеванием американской Революции 1776 года и последующего развития страны было построение демократической системы, одной из самых совершенных в современном мире. Излишне напоминать, что даже такая система обладает недостатками. Важнейшей проблемой американской демократии является расовая проблема. Наряду с этим, проблема антисемитизма, в числе других проявлений, выражалась в виде взаимоотношений афроамериканцев и евреев. Демократическая система США прошла сложный путь развития, связанного с этими проблемами. Некоторым фактам такого развития посвящена настоящая статья.

  1. К истории рабства и расовой сегрегации в США

Начну издалека. На протяжении всей жизни человечества происходили бесконечные войны. Воюющими сторонами были сначала племена, затем народы, расы. По мере развития структуры народонаселения воевали между собой княжества, государства, империи. Важно при этом, что в результате войн, а зачастую в качестве их цели, происходил захват пленных, которых затем обращали в рабство. В плен брали также мирное население. Захваченные рабы-мужчины использовались на тяжелых работах, их приковывали цепями на галерах. Женщин либо помещали в гаремы, либо использовали на домашних работах.

Статус военнопленных сформировался в результате Гаагских конвенций 1899 и 1907 годов. В ходе Первой мировой войны эти правила обнаружили ряд недостатков и неточностей. В 1929 году была принята Женевская конвенция об обращении с военнопленными. Хотя Конвенция была подписана большинством стран мира, она многократно нарушалась, что приводило к массовым и даже многомиллионным трагедиям людей.

Важным фактором обращения в рабство явилось широкое распространение работорговли. Эта особенность рабовладельческого строя характерна не только для древних времен. Она непосредственно относится к истории рабовладения в США.

Краткую хронологию рабовладения и расовых взаимоотношений в США сведем до трех пунктов.

  1. Период рабовладения на американском континенте (включая острова Карибского моря) насчитывает 250 лет от начала XVII века до отмены рабства в 1865 году. За это время в Америку были завезены из Африки 600 тыс. черных рабов. Сегодня потомки этих рабов, которых мы теперь называем афроамериканцами, составляют в США 36 млн. человек.
  2. После окончания Гражданской войны и отмены рабства в США в течение 100 лет действовали законы и обычаи расовой сегрегации, получившие политическую кличку системы Jim Crow. В этой системе для белых и черных отводились разные сферы жизни в быту (раздельные рестораны, бассейны и пр.), на транспорте, в трудовой деятельности и в школьном образовании. Законодательно система Jim Crow была подтверждена решением Верховного Суда страны от 1896 года.
  3. Формально система Jim Crow была ликвидирована в результате решения Верховного Суда 1954 года, но только с 1964 года, когда Конгресс принял эпохальные антидискриминационные законы, начинается отсчет периода в 50 лет (т. е. по настоящее время), когда расовые взаимоотношения формируются в условиях законодательного запрещения дискриминации по расовому (как и по другим) признакам.

Более подробно остановлюсь на п. 1 этой хронологии, так как с этим связано понимание некоторых важных расовых проблем в стране. В начале XVII века, как результат открытия Америки, на просторах Атлантики сформировался гигантский производственно-транспортный и торговый Треугольник. Одна вершина этого Треугольника находилась в Европе, в странах с развитым океанским флотом — Англии, Голландии, Испании, Португалии. Другая вершина упиралась в западное побережье центральной Африки. Наконец, третья вершина была создана на открытых Колумбом островах Карибского моря.

Треугольник работал следующим образом. Африканские племена непрерывно воевали между собой. Победившее племя превращало побежденных в рабов, владельцами которых становились вожди более сильного племени. В Африке действовала целая система работорговли. С целью размещения рабов, предназначенных для продажи, на побережьи Атлантики были построены огромные охраняемые форты. Европейские работорговцы на кораблях с товарами для обмена на рабов шли к западному побережью Африки, покупали рабов, грузили их на корабли и направлялись к Карибским островам. Рабы на кораблях содержались в нечеловеческих условиях, в результате чего среди них была высокая смертность. Это обстоятельство рабовладельцев не смущало, так как “товар” они покупали за бесценок. На Карибах в расчете на использование дешевого труда рабов было организовано выращивание сахарного тростника, табака и пряностей. Из тростника извлекали сахар, а урожай табака и пряностей обрабатывали для транспортировки. В результате функционирования заключительной стороны Треугольника сахар, табак и пряности перевозили в Европу. В XVIII веке произошла трансформация карибской вершины Треугольника. Европейцы стали все больше колонизировать континентальные территории Северной Америки. Здесь, на американском Юге, развернулось выращивание и обработка хлопка. Появился новый потребитель рабского труда. Плантаторы Юга покупали рабов, которых транспортировали непосредственно из Африки, или перекупали у рабовладельцев Карибских островов.

Ради исторической точности отмечу, что африканская система рабовладения отличалась от той, которая была создана в результате вмешательства европейцев и американцев. В то время как африканская система создавалась как результат военных столкновений, в американском варианте группы рабов формировались в соответствии с требованиями организации рабского труда.

Историки и социологи, которые занимаются анализом больших сообществ, таких как нации и цивилизации, рассматривают по отношению к сообществам качества, присущие отдельным человеческим личностям. Считается, что сообщества обладают долговременной памятью и они могут проявлять чувство вины. Понятие вины нации было впервые сформулировано применительно к немецкому народу, который виновен в создании фашистской системы и ее преступлениях против человечности, в частности, в Холокосте.

Глядя на Треугольник видно, что “пальма первенства” американского рабовладения принадлежит тем африканским вождям, которые сначала превращали своих собратьев по расе в рабов, а затем стали у истоков торговли ими. Эстафету приняли европейские работорговцы и лишь на заключительной стадии стояли плантаторы американского Юга. Развитие США привело в конечном итоге к ликвидации системы рабовладения. Было бы неверным всю моральную вину за рабство возлагать только на американский народ. На самом деле, американский народ должен разделить вину (если о ней можно говорить) с другими участниками этого процесса. К тому же важно другое. Американское рабовладение возникло в эпоху, когда были приняты моральные ценности, чуждые нам сегодня. Впрочем, сказанное здесь имеет скорее полемический характер, так как серьезный анализ названных проблем может быть предметом самостоятельных философских исследований. Обязанность современных политических сил состоит в реализации практических путей исправления недостатков, доставшихся нам в качестве наследия исторического прошлого.

Проблема отношения к рабству имеет широкий нравственный и психологический аспект. Ее нельзя отрывать от соответствующего периода развития человечества. В каждой эпохе у людей складывается свое отношение к жизни в давно прошедшие времена, которое с позиции своего времени существенно изменяется. Говоря о нравственной стороне рабовладения, в качестве примера приведу поразивший меня эпизод, который иллюстрирует дикую, с сегодняшних наших позиций, процедуру работорговли. Я имею ввиду, что в XIX веке рабов на американских рынках продавали на вес, т. е. их взвешивали и купля-продажа осуществлялась на основе цены одного фунта живого раба. Сегодня мы оцениваем это как вопиющее варварство, а тогда такова была норма торговли. Такую нравственную сторону жизни общества мы редко увязываем с тем, что идеологи американской демократии Джордж Вашингтон и Томас Джефферсон владели рабами, равно как забываем, что Пушкин и декабристы, жившие в то же самое время, были крепостниками. Впрочем, уже при создании американской конституции раздавались голоса и проходили дебаты о нравственной порочности рабовладения. Сторонники рабовладения мотивировали свою позицию тем, что в основу американской Конституции положено право частной собственности. Весь механизм этого документа обеспечивал незыблемость частной собственности. В этом смысле раб являлся “всего лишь” одним из видов такой собственности, наряду с собственностью на землю, жилище и др. Историческое время покончить с этой системой еще не пришло.

Остановлюсь теперь на некоторых вопросах почти столетнего существования рабства в Соединенных Штатах Америки. Прежде всего отмечу, что в ратифицированной в 1789 году Конституции рабовладение было фактически легализовано. В ряде ее разделов признавалось право гражданина владеть другим человеком, не являющимся гражданином, в качестве личной собственности. Только Тринадцатая поправка к Конституции, принятая по окончании Гражданской войны в декабре 1865 года, признала рабовладение нелегальным на всей территории страны. В молодом американском государстве считанное число черных американцев были свободными и обладали правом голоса. С самого начала Революции Соединенные Штаты были провозглашены как федеративное государство, где штатам предоставлялась большая самостоятельность. В соответствии с этим в большинстве северных штатов развернулось движение аболиционизма (за отмену рабства) и в конце XVIII века там были приняты соответствующие законы. Это было основано на том, что производство в этих районах в большой степени предусматривало свободный труд. В отличие от этого, в южных штатах выращивание и переработка хлопка, при тогдашней технологии, требовали больших затрат ручного труда. Поэтому плантаторы обратились к рабскому труду и в штатах Юга были приняты соответствующие законы. В результате этого проблема рабства разделила страну. В 1808 году Конгресс принял закон, запрещающий импорт рабов в США. Поскольку внутри страны в районе хлопковых плантаций Юга рынок рабов продолжал существовать, определяемый этим спрос удовлетворялся контрабандным ввозом рабов. В результате, на Юге к моменту отмены рабства находились 4 миллиона рабов. Все это привело к известному итогу — разразилась Гражданская война.

После Гражданской войны и принятия поправок к Конституции, которые юридически уравняли всех жителей страны в правах, начался столетний период перестроения политической жизни, хотя изменения происходили далеко не сразу. Формально все граждане получили право голоса, но это сопровождалось множеством оговорок, вокруг которых в течение длительного времени происходила политическая борьба. Сопоставим, что в течение почти ста предшествующих лет (если не говорить о колониальном периоде) страна стояла на рабовладельческом принципе устройства. В течение 20 лет после Гражданской войны проходил т. н. период Реконструкции, когда на Юге с целью восстановления разрушений войны и установления власти Севера над побежденным Югом размещались федеральные войска. Кое-что делалось также для защиты бывших рабов от линчевания и других насильственных действий. Освобожденные рабы не могли найти работу на Юге, так как они не получили землю, а существовавшие здесь бизнесы находились в руках белых собственников. Получив свободу перемещения, бывшие рабы хлынули на север, в результате чего в Чикаго, Детройте и в других городах образовались черные районы, которые явились источниками определенного социального напряжения.

Расовые проблемы в течение всего периода рабовладения глубоко проникли в жизнь побежденного Юга. Противоречия рабовладельческого периода переплелись с этими расовыми проблемами. В 1896 году Верховный Суд страны принял историческое постановление, которое признавало, что штатные законы о расовой сегрегации общественных мест по принципу “раздельные, но равные” не противоречат федеральной Конституции. Суд мотивировал это тем, что до тех пор пока раздельные места социальной жизни, которые предоставляются людям различных рас, имеют равные условия, такая сегрегация соответствует Конституции. Этим постановлением Верховный Суд определил, что сегрегация не является дискриминацией.

В последующем в разных формах активизировалось общественное движение против сегрегации. Особенно острое положение сложилось в период Второй мировой войны и после нее. Черные и белые американские солдаты на равных сражались и погибали в войне против фашизма, а когда черные вернулись на родину, они опять столкнулись не с равенством, а с сегрегацией.

Принцип “раздельные, но равные” действовал в стране вплоть до 1954 года. Тогда Верховный Суд США, в прямом противоречии с решением 1896 года, принял Постановление, по которому этот принцип признавался неконституционным. Хотя в новом решении говорилось только о том, что незаконными являются раздельные школы для белых и черных учеников, оно возымело эпохальное значение. Тем не менее, потребовалось еще десять лет для принятия Конгрессом в 1964 году закона, который установил неправомерность дискриминации по признаку расы, цвета кожи, религии, пола или национального происхождения.

Можно с полным основанием считать, что закон 1964 года подвел юридическую черту под многолетней проблемой расового неравенства. Закон заложил путь к интеграции американского общества и явился знаменательной победой движения за права человека. Следует признать, что с принятием основного закона, запрещающего расовую дискриминацию, остались еще множество других законов, более мелких, но действовавших изощренно в том же направлении расового неравенства. Многие реалии американской действительности остались неизменными. Тем не менее фактически и постепенно начался новый период в жизни страны.

  1. О политических взаомоотношениях между афроамериканской и еврейской общинами

Афроамериканцы и евреи соприкасались друг с другом в течение всей истории США. Их взаимоотношения отмечены как периодами тесной кооперации, так и существенными конфликтами. Пик совместных политических выступлений — начало 1960-х годов. Тогда активизировалось движение за гражданские права, в результате которого в 1964 году был принят соответствующий Закон. Это время считается вершиной политического сотрудничества афроамериканцев и евреев. Но предшествующие времена были отмечены и участием еврейских коммерсантов в работорговле, некоторые из них были рабовладельцами. Противоречия возникали также по проблемам сионизма, позитивных действий (известных по коннотации affirmative action), проявлениями антисемитизма со стороны отдельных афроамериканских политических деятелей и расизма со стороны евреев. Не стремясь изложить проблему в целом, приведу отдельные примеры.

Начну с некоторых более общих исторических положений. Контакты и взаимоотношения между черными и евреями начались еще в самом начале поселения в британских колониях Америки. Многие евреи, которые прибыли сюда из Испании и Португалии, были вовлечены в международную торговлю и в результате приняли участие в торговле рабами, сахаром, пряностями, ромом. Другие поселились в американских материковых колониях. В городах Севера (Нью-Йорк, Бостон) коммерсанты и ранние предприниматели связывали свою деятельность с различными аспектами рабства и работорговли. На Юге некоторые евреи владели рабами. Эти еврейские поселенцы разделяли социальные взгляды своих коллег поселенцев. Большинство евреев Севера были настроены против рабства, в то время как жившие на Юге поддерживали эту систему. Следует отметить, что контакты между этими двумя группами были минимальны. Вдобавок, большинство афроамериканцев жило в сельских местностях Юга, а евреи Севера концентрировались в городах.

В этом смысле положение изменилось в конце XIX и начале XX века. После отмены рабства афроамериканцы двинулись в города Севера, стараясь уйти от многолетних притеснений и дискриминации. Это движение получило название Великой Миграции. Одновременно с этим в те же города, а зачастую в те же микрорайоны больших городов, прибывали массы восточно-европейских евреев, которые бежали от несправедливостей в Европе. Эти евреи считались не в полной мере “белыми”, они были меньше подвержены влиянию американского расизма и настроены менее враждебно. Вдобавок, они были “заражены” идеологиями коммунизма, социализма и тредюнионизма и меньше противились поселению афроамериканцев в свои районы. В результате всего этого многие еврейские кварталы “почернели”, без особых напряжений и без насилия.

Отмеченная в начале этой статьи концепция об аналогии исторической судьбы афроамериканцев и евреев широко обсуждалась в американской печати еще в начале 1900-х годов. Тогдашние еврейские лидеры утверждали, что обе этнические группы выиграют, если Америка пойдет по пути создания системы, в которой все люди будут жить в соответствии с их вкладом в интересы общества и которая будет свободна от религиозного, этнического и расового неравноправия. Евреи вложили существенные финансовые ресурсы в деятельность афроамериканских общественных организаций, которые боролись за гражданские права. В течение 1960-х годов 50% адвокатов, выступавших в Южных штатах в защиту гражданских прав, были евреи. Среди белых, которые в 1964 году направились в штат Миссисипи для организации движения за отмену законов Jim Crow, 50% были евреи. Американские сионисты поддерживали движение некоторых лидеров, которые выступали за пан-африканизм, т. е. за возврат афроамериканцев на их родину в Африке.

Особенно следует сказать о роли евреев в деятельности Национальной Ассоциации по Продвижению Цветных Людей (The National Association for the Advancement of Colored People (NAACP)), которая объединила большое число белых и черных активистов. Ассоциация была создана в 1909 году и ставила своей целью ”способствовать достижению равенства политических, образовательных, социальных и экономических прав для всех людей с целью исключения расовой ненависти и расовой дискриминации”. В течение последующих лет NAACP проводила большую работу по политическому лобированию, выступала в печати и при помощи судебных действий боролась в защиту интересов афроамериканцев. Ассоциация выступала против несправедливостей полиции, в защиту интересов черных иностранных беженцев, за разрешение проблем экономического развития. Евреи были инициаторами создания NAACP, непропорционально много представлены в ее различных комитетах, финансировали деятельность Ассоциации и в течение многих лет играли ключевую роль в ее работе. Большинство руководителей NAACP, включая двух первых ее президентов, были евреи.

Общность судьбы евреев и афроамериканцев в особенности проявилась во времена движения за гражданские права после Второй мировой войны. Еврейские активисты этого движения подчеркивали, что близость евреев и афроамериканцев не была чисто эмоциональной, а опиралась на общность интересов. Евреи, как и афроамериканцы, заинтересованы в том, считали они, чтобы Америка двигалась по пути создания справедливого общества, в котором не было бы барьеров, основанных на религиозных, этнических и расовых различиях. Еврейские лидеры делали больший акцент на аналогиях, а не на различиях, между афроамериканцами и евреями. Во всем этом сказалась многовековая аналогия в условиях жизни, когда афроамериканцы испытывали различные формы сегрегации и дискриминации, а евреи жили в условиях насилия и антисемитизма.

Следует, однако, сказать, что, начиная со второй половины 1960-х годов взаимоотношения между афроамериканской и еврейской общинами существенно ухудшались. На мой взгляд это объясняется, по крайней мере косвенно, тем, что с принятием в 1964-65 годах антисегрегационных законов афроамериканские организации обрели политическую самостоятельность. В результате, политические лидеры, ранее находившиеся в стесненном положении, вышли на независимую политическую арену и получили возможность для самостоятельных суждений и действий. Объективным фактором возникшей проблемы явилось то, что, с одной стороны, в американском обществе многие евреи приобретали статус среднего и высшего класса, тем самым дистанцируясь от афроамериканцев, которые оставались на более низком социальном положении. С другой стороны, многие афроамериканские лидеры проявляли бОльшую активность в достижении равенства, приравнивая евреев к белым, которые этому равенству препятствовали. Приведу несколько примеров.

Ряд афроамериканских деятелей упрекали еврейских активистов именно в том, что они, якобы, составляют проблему для социального движения черных, так как евреи идентифицируют себя с борьбой последних. Такая идентификация, говорили они, наносит вред “этническому сознанию афроамериканцев”. И далее, роль евреев в качестве посредников между черными и белыми является обманом и этому должны положить конец сами черные. Такие высказывания можно было услышать уже в 1967 году, через три года после принятия закона о запрете расовой дискриминации! В последующем к ним присоединился даже Джесси Джексон, который был одно время кандидатом в Президенты США. В 1984 году он был широко известен своими антисемитскими высказываниями.

Серьезные политические противоречия со стороны афроамериканских политических лидеров возникли после Шестидневной арабо-израильской войны 1967 года и продолжались много лет после этого. Эти лидеры выступали в поддержку Арафата и даже присоединялись к заявлениям, призывавшим к уничтожению государства Израиль. Они говорили, что война была направлена на “завоевание арабских домов и территорий через посредство террора, насилия и зверств. Американские евреи не могут постичь, что значат для афроамериканцев проблемы палестинцев и страдания, которые исходят от евреев по отношению к ним”.

Еще одна область противоречий возникла в связи с возникшей проблемой позитивных действий (affirmative action), которая предусматривала определенные преимущества для афроамериканцев при приеме на работу и зачислении в университет. Такое преимущество, разумеется, имелось ввиду осуществлять пропорционально численности населения афроамериканцев в данном штате. Многие афроамериканцы поддерживали такую политику, в то время как законодатели и афроамериканские общественные организации некоторых штатов выступили против affirmative action, так как такой подход, считали они, является унизительным прежде всего для самих афроамериканцев. Евреи в этой связи выступали за систему, в которой каждый человек имеет право на достижение своих целей на основе собственных возможностей, а не в результате предпочтений субъективного характера, например, в зависимости от цвета кожи. В таком принципиальном различии афроамериканцы иногда становилось воинствующими, что не могло не сказаться на взаимоотношениях между двумя общинами.

В 1991 году в Нью-Йоркском районе Бруклин между евреями и афроамериканцами, жившими здесь непосредственно по соседству, произошел конфликт, который перерос в массовые столкновения. Поводом послужил несчастный случай, в котором погибла черная девочка, а затем в результате беспорядков толпы чернокожих был убит еврейский мужчина. Но первопричина конфликта была более глубокой. К тому времени в результате предпринимательской активности евреев многие из них стали владельцами многоквартирных домов, в которых снимали квартиры афроамериканцы. Евреям в Бруклине также принадлежало большое число магазинов. Хотя таким предпринимательством могли заниматься и афроамериканцы, но в этом расслоении сказались различия в образовательном и культурном уровне двух общин. Спокон веку бедные недовольны успехами богатых и считали это несправедливым. А в данном случае конфликт вышел на этнический уровень. Надо отдать должное тому, что сегодня, через четверть века после вспышки враждебности, отношения между общинами Бруклина стабилизировались. Но социальный аспект проблемы никуда не ушел.

  1. Взгляд на современное состояние расовой проблемы в США

Афроамериканцы — это самостоятельная этническая группа. Нельзя забывать, что группа прошла через 250 лет рабства, 100 лет расовой сегрегации и только 50 лет тому назад были приняты известные основные антидискриминационные законы. Но радикальные перемены не происходят в одночасье, в особенности, в том, что касается субьективного настроя миллионов людей. Не следует закрывать глаза на наличие законодательных положений, которые косвенно нарушают права черного меньшинства. На высоком законодательном уровне афроамериканцы получили равноправие, а практическая ситуация существенно отставала от этого. В смысле формирования этнических (национальных) признаков имеет важнейшее значение, что во времена рабства черным не только не давали никакого образования, но и запрещали учиться читать и писать. Известно теперь, что они тайком обучали друг друга грамоте, но можно себе представить уровень такого обучения. Во времена сегрегации школы, в которых учились афроамериканцы, по уровню образования не давали достаточно знаний для поступления в университет. С целью преодоления такой проблемы были даже созданы несколько университетов, ориентированных на обучение только черных студентов (например, университет Howard, который существовал много лет). Все это, тем не менее, не привело к формированию у афроамериканцев широкого стремления к высшему образованию, познаниям и к повышению культурного уровня. Такие предварительные суждения приведены здесь на основе исторического анализа за ряд прошедших столетий. К некоторым фактическим данным по затронутым проблемам я еще вернусь.

Обратимся теперь к современному положению афроамериканцев. Они, освободившись от основных законодательных несправедливостей (рабовладение и сегрегация), всего 50 лет тому назад влились в американский “плавильный котел” как участники этого социального процесса. До этого они вносили вклад в развитие американского общества только путем вложения собственного рабского труда. 50 лет — это много или мало? Немного по сравнению с длительными периодами рабства и сегрегации. Но это время составляет почти три человеческих поколения. Если сравнивать тех белых эмигрантов, чьи бабушки и дедушки приехали из Европы в XX веке и влились в “плавильный котел”, то теперь видны социальные различия между ними и афроамериканцами. Эти различия сказываются в особенностях социального статуса, уклада жизни, настроениях и устремлениях.

Основываясь на том, что в 1965 году в США устранены основные законодательные несправедливости по отношению к афроамериканцам, следует задаться вопросом: в чем состоят расовые проблемы в американском обществе сегодня? Эти проблемы имеют две стороны. Во-первых, нелепо было бы утверждать, что в Америке нет людей, которые поражены расовыми предрассудками и которым свойственны личные антипатии, основанные на неприятии другого цвета кожи. Во-вторых (и это более важно), под влиянием таких предрассудков и как результат длительного исторического наследия в стране накопились социальные и экономические проблемы, которые ведут к неравным условиям жизни белых граждан и афроамериканцев. Обратимся к существу этих проблем.

Для оценки степени существа расовых проблем посмотрим на результаты опросов, которые были проведены американским институтом общественного мнения, т. н. институтом Гэллапа. Эта организация была создана в 1935 году и названа так по имени ее первого президента. Целью опросов было не выяснение суждения самого опрашиваемого о его отношении к людям другой расы (что можно было бы сделать, имея ввиду безымянность опроса), а оценка степени распространения расизма в американском обществе.

Были проведены 4 опроса: в 2008, 2009, 2015 и 2016 годах. Не случайно, что эти годы охватывают президентство Барака Обамы. В опросе 2016 года приняли участие 3.270 взрослых американцев, живущих во всех штатах страны. Из этого числа опрошенных было 912 афроамериканцев. В предыдущие годы количество опрошенных было аналогичным.

Мнение о том, что расизм по отношению к белым имеет широкое распространение в стране было высказано следующими процентами опрошенных (по годам опроса): 2008 год — 41%, 2009 год — 44%, 2015 год — 33% и 2016 год — 41%. Аналогично, мнение о том, что расизм по отношению к черным имеет широкое распространение в стране, выглядит следующим образом: 2008 год — 56%, 2009 год — 51%, 2015 год — 60% и 2016 год — 61%. Из этих данных видно, что 6 из 10 американцев считают, что в 2015-2016 годах расизм по отношению к черным имеет широкое распространение, при том, что эти данные ухудшились по сравнению с 2008-2009 годами. Наконец, примечательно как изменялись оценки расизма по отношению к черным в зависимости от расы опрашиваемых. Как афроамериканцы, так и белые более склонны считать, что в 2016 году расизм против афроамериканцев усилился по сравнению с 2009 годом. Мнения о таком усилении придерживаются 82% афроамериканцев (против 72% в 2009 году) и 56% белых опрошенных (против 49% в 2009 году). Опять напрашивается суждение о влиянии президентства Барака Обамы.

Некоторые дополнительные опросы, а также мнения экспертов говорят о том, что такие показатели как равные возможности для белых и черных граждан найти хорошую работу, уровень образования и качество жилья, которые доступны афроамериканцам, сегодня самые низкие по крайней мере по сравнению с 1990-ми годами.

Еще одна проблема проявляется в отношении полиции к афроамериканцам. За последний год от 12% до 25% опрошенных афроамериканцев заявили, что они столкнулись с несправедливым действиям полиции, находясь на работе, делая покупки в магазинах или в других ситуациях.

Здесь рассмотрены лишь результаты опросов по расовой проблеме в целом. Обратимся теперь к некоторым социальным и экономическим вопросам расовых взаимоотношений.

Положение афроамериканцев в США составляет серьезную социальную проблему. Миллионы из них, населяющие т. н. районы inner city многих больших городов, живут в условиях исключительной скученности и бедности. Эти афроамериканцы отличаются низким уровнем образования. Социальные проблемы вытекают из высокой безработицы среди них. (Безработица усугубилась еще и тем, что крупные фирмы перевели из этих районов заграницу ряд производств, как им это выгодно.) Важнейшим результатом такой социальной проблемы явилась криминальная ситуация, связанная с распространением дешевых наркотиков. Жизнь афроамериканцев в таких микрорайонах как бы попала в огромный порочный круг. В основе его лежит бедность. Бедность является причиной ряда социальных проблем, в первую очередь малообразованности. Это, в свою очередь, приводят к бедности. Круг “бедность — малообразованность — бедность” замкнулся.

Проблема малообразованности афроамериканцев приобрела характер социальной черты. Не трудно предположить, что в условиях, когда в течение многих веков культурный уровень африканского континента отставал от европейского, стремление к образованию там было, мягко говоря, не очень распространено. Разве это могло не отразиться на национальном складе предпочтений афроамериканцев, выходцев из Африки несколько веков тому назад? Мною был сформулирован принцип, по которому нация накапливает многолетний социальный опыт жизни в данных условиях в виде т. н. долговременной памяти. Содержимое такой памяти передается в народе из поколения в поколение и приобретает характер фактора, который действует в течение длительного времени до тех пор пока нация не выработает альтернативное качество в соответствии с изменившимися условиями жизни. Таково историческое наследие афроамериканцев в части их образования.

Что касается сегодняшнего положения афроамериканцев в области образования, то существенно, что в круг “бедность — малообразованность — бедность” вовлечен еще один важный, социально-экономический, фактор. Он лежит в основе американской системы финансирования школьного образования. Деятельность школ, а следовательно, их оснащенность и зарплата учителей финансируется из местного бюджета. Основу этого бюджета составляет налог на землю и недвижимость. Естественно, что в бедных районах такой налог существенно ниже, чем в богатых. Поэтому школы в бедных районах оснащены хуже, а учителя получают меньшую зарплату и обладают низкой квалификацией. Это приводит к снижению уровня образованности учащихся. Отсюда вытекает важный вывод — проблема низкого образования афроамериканцев имеет не только расистскую, а в существенной мере социально-экономическую основу. Это, в свою очередь, означает, что направление разрешения проблемы из расовой сферы переместилось в социально-экономическую.

Сегодняшняя проблема образования остра еще и тем, что в средних школах процент выбытия, т. е. прекращения дальнейшего образования среди афроамериканцев, существенно выше, чем среди белых американцев (с учетом соотношения численности населения). В 2014 году выбытие в среднем по стране составило 6,5%, а в 1990 году эта цифра была существенно выше — 12,1%. Отрадно, что этот досадный показатель по афроамериканским учащимся также уменьшился. В течение этого же периода выбытие белых учащихся снизилось с 9,0% до 5,2%, а афроамериканцев — с 13,2% до 7,4%. Конечно, многовековое наследие быстро не переделаешь, но думается, что тем общественным организациям, которые борются с неравноправием афроамериканцев, следует развернуть среди них разъяснительную работу в том направлении, что в современном американском обществе успех в жизни немыслим без надлежащего образования. Такая воспитательная работа, наряду с социально-экономическими условиями, имеет немаловажное значение. Вдобавок, было бы неплохо если бы правозащитная общественность потрудилась над созданием благотворительных фондов для оказания помощи афроамериканцам при оплате ими стоимости образования в университетах.

Обратимся теперь к результатам опросов по расовой проблеме в области образования, как важнейшей в социальной сфере. Расскажу о результатах двух опросов. Один из них относится к качеству школьного образования, а второй ставит вопрос об объективности при зачислении в университеты.

Опрос 2007 года о школьном образовании формулировался следующим образом: “В целом, считаете ли Вы, что в Вашем районе черные дети имеют такую же возможность получить хорошее образование, как и белые дети, или они лишены такой возможности”. В целом, 76% американцев (из них 80% белых) ответили на вопрос утвердительно, а 21% (из них 16% белых) считают обратное. Мнение черных опрошенных существенно отличается от этого. 49% черных считают, что черные дети не имеют равных возможностей в образовании, а 51% высказали мнение о том, что у них такая возможность есть (примечательно, что при аналогичном опросе 1990 года эта цифра составила 68%).

Отмечу, что при принятии решения о поступлении в университеты рассматривается совокупность факторов — средний бал при окончании школы, качество средней школы, которую поступающий окончил, вступительный тест в университете, предмет образования, на который поступающий претендует, и другие. Опрос 2003 года ставился следующим образом: ”Если два студента с одинаковыми данными, один черный и один белый, претендуют на поступление в университет, кто из них имеет больше шансов быть принятым — белый, черный, или они имеют одинаковые шансы?” В целом, 29% американцев считают, что будет принят белый студент, 20% считают, что будет принят черный студент, а 47% опрошенных ответили, что оба студента имеют одинаковые шансы. Как и в случае опроса по школьному образованию, мнение опрошенного существенно зависит от его расы. Мнения о том, что будет принят белый студент, придерживались 21% белых и 64% черных опрошенных. В том, что будет принят черный студент убеждены 24% белых опрошенных и только 4% черных. Наконец, мнение о том, что черный и белый студенты имеют равные шансы быть принятым высказали 50% белых и 29% черных. Обратим внимание на то, что каждый четвертый белый опрошенный считает, что черный студент имеет больший шанс быть принятым в университет. Возможная причина такого суждения состоит в том, что действует принцип позитивных действий (affirmative action), в соответствии с которым администрация университетов оказывает предпочтение черным студентам. Напомню, что действие принципа affirmative action направлено на то, чтобы довести процент черных студентов до уровня доли черных в общей численности населения в каждом данном штате.

Подводя некоторый итог, нужно подметить, что мнение опрашиваемых по той или иной расовой проблеме зависит от их цвета кожи. Это не удивительно, но более важно другое. О том, что расизм в стране существует, утвердительный ответ, в зависимости от существа рассматриваемой проблемы, дали 20-30% опрошенных белых американцев и 40-50% афроамериканцев.

И еще мое чисто личное впечатление. В течение 12 лет моя жена и я посещаем лекции в университете г. Медисон. В университете насчитывается 45 тыс. студентов. Он входит в первую десятку университетов страны, т. е. наше наблюдение является достаточно представительным. Так вот, в течение всех лет нашего посещения занятий бросается в глаза малое количество афроамериканцев среди студентов. Мы встречаем афроамериканцев на улицах значительно чаще, чем в аудиториях. Наблюдение подтверждается статистическими данными. При том, что афроамериканцы составляют 12% населения страны, в университете Висконсина их всего 2%. В университетах подавляющего числа других штатов эта цифра не превышает 5%, а чаще — 2-3%. Это при том, что в университеты студентов зачисляют главным образом на основании количественно выраженной средней оценки об окончании школы. Еще раз подчеркну, что без университетского образования трудно рассчитывать на успех в этой стране.

В связи с изложенным отмечу, что отличительной особенностью евреев является их повышенная склонность к образованию и вообще к приобретению знаний. Основы такого национального признака были заложены еще праотцами Иудаизма. В дополнение к своей первооснове — веры в единого Бога — в обычаях Иудаизма установлено, что каждый верующий должен обращаться к Богу не через коллективную проповедь, осуществляемую священослужителем, как это принято, например, в Христианстве, а непосредственно и лично. Из этого следует, что каждый иудей должен читать Тору, т. е. быть грамотным. Такой обычай сложился по крайней мере за пять веков до нашей эры, а, возможно, существенно раньше!

Для европейских евреев решающим в этом смысле оказалось следующее. Верующие в течение нескольких веков сходились на коллективную молитву в Храм. После того катастрофического события, когда в 70 году н. э. Второй Храм был разрушен, совет раввинов принял решение, исторически оказавшееся эпохальным. Евреям, проживавшим в диаспоре, надлежало читать Тору и персонально молиться Богу. Это происходило в течение последующих 2000 лет. В еврейских общинах были созданы национальные школы, в которых учились все дети. Такая учеба осуществлялась в дополнение к образованию, которое евреи (пусть не все) могли получить в учебных заведениях страны проживания в диаспоре. Поэтому не удивительно, что евреи Черты Оседлости, занимавшей почти половину европейской части России, были более грамотны в русском языке (!), чем в среднем коренное население страны. А уж когда 2,5 миллиона европейских евреев на рубеже XIX и XX веков эмигрировали в США, то их дети в 1920-30-е годы составляли 35% студентов университетов Нью Йорка и Бостона. Стремление к образованию проявилось в качестве национальной черты.

Небольшое замечание. Историки отмечают два существенных различия в социальной психологии евреев и русских, которые в течение 200 лет проживали бок о бок. Еврей, живший в Черте Оседлости или в европейском гетто, не имел большой перспективы успеха в рамках своей общины. В дополнение к обычаю Иудаизма, он понимал, что непременное условие успеха в диаспоре состоит в том, чтобы получить образование не только религиозное, но и более широкое. Евреи стремились вырваться из своей узкой национальной среды. Каково, в сопоставлении с этим, было положение русского крестьянина? Освободившись от крепостничества, он не видел другого пути улучшения своего материального положения кроме как в упорном труде на той же земле, что и при крепостном праве. Для грамотности и образования здесь не было обязательного условия. В результате, в дореволюционной России сформировался класс кулаков, которые были трудолюбивы, упорны в работе, но, как правило, малограмотны.

Обращусь к еще одной важной стороне расовых взаимоотношений в США. За последние 30 лет в американских тюрьмах заключенных афроамериканцев оказалось в шесть раз больше (с учетом численности населения), чем белых. Даже получил распространение термин “массовое тюремное заключение” (mass incarceration). Статистика говорит о том, что проблема переполнения тюрем за счет афроамериканцев возникла в связи с правонарушениями на почве употребления и распространения наркотиков. Проблема заслуживает особого рассмотрения.

Для социального и экономического анализа проблемы важно районирование проживания афроамериканцев, а не данные в целом по стране по правонарушениям, связанным с наркотиками. После отмены рабства бывшие рабы расселились по нескольким крупным районам таких больших городов как Чикаго, Лос Анжелес, Вашингтон, Новый Орлеан, Детройт и др. Корнем жизни в этих районах, как я уже отмечал, является ужасающая бедность, низкий уровень образования и правонарушения на почве наркотиков. Здесь заложены социальные причины заточения в тюрьмах такого большого числа афроамериканцев. С этим связана также важная “деталь” — слабые, но более дешевые наркотики, типа марихуаны, употребляют бедные афроамериканцы, а сильнодействующие, но более дорогие, типа кокаина, в состоянии купить только ограниченное число белых наркоманов. Такую точку зрения высказывают юристы, которые расследуют уголовные преступления, совершаемые на почве наркотиков.

Для борьбы с наркотиками полиция в процессе рейдов по районам преимущественного проживания афроамериканцев широко пользуется процедурой, которая получила название stop-and-frisk (остановить человека и обыскать его карманы). Юристы спорят над конституционностью процедуры stop-and-frisk, имея ввиду, что она, по сути, является обыском без необходимой санкции суда. Этот спор формально не имеет расовой составляющей, но правозащитники считают, что stop-and-frisk полиция гораздо больше применяет к афроамериканцам, чем к белым, и поэтому процедура является проявлением расизма. Если стать на такую позицию, то возникает вопрос: что делать полиции, служебной обязанностью которой является противодействие распространению наркотиков? Разве полиция виновна в том, что дешевые наркотики находят большее хождение в среде афроамериканцев? А ведь именно благодаря этому столь непропорционально много афроамериканцев находятся в тюрьмах.

И еще одно наблюдение другого характера. За последние десятилетия в американском обществе некоторые нормы поведения относительно афроамериканцев претерпели существенные изменения. Никто не может сформулировать социальные законы или обстоятельства, в результате которых это произошло. Об этом упоминаю потому, что сложились некоторые обычаи, имеющие большое положительное воспитательное значение в обществе. Оно состоит, в частности, в том, что в массовых общениях между людьми расовую проблему не принято обсуждать совсем. В этой связи даже получило распространение понятие “полного безразличия к цвету кожи” (colorblindness). Обращает на себя внимание то, что на телевидении в массовых сценах, мероприятиях, даже рекламных композициях, как-будто по чьему-то велению обязательно присутствуют афроамериканские лица. Все это очень отрадно, так как способствует формированию у массового зрителя, который живет не умом, а чувствами, привычки видеть вокруг себя на условиях равноправия людей всех цветов кожи.

И последнее суждение, на первый взгляд только косвенно связанное с проблемой расизма, но на самом деле имеющее к ней прямое отношение. Почему, следуя пресловутой политкорректности, мы белых американцев называем белыми, а следуя все той же политкорректности, мы черных американцев стеснительно называем афроамериканцами? Не заложена ли уже в этом какая-то дискриминация? Разве не естественно было бы белых называть белыми, а черных — черными, не делая на этом никакого акцента и различия между ними?

Заключение

  1. Афроамериканцы представляют собой самостоятельную этническую группу в американском обществе. Эта группа прошла через историческое развитие в течение 250 лет рабовладельческого строя и последующих 100 лет расовой сегрегации. Только 50 лет тому назад афроамериканцы получили полное политическое и законодательное равноправие.
  2. В течение всего периода рабовладельческого строя афроамериканцам было запрещено учиться читать и писать, а учеба в сегрегированных школах не предоставляла достаточных возможностей для продолжения образования. Это привело к формированию у них этнического (национального) признака, состоящего в слабом стремлении к учебе и образованию.
  3. Еврейская и афроамериканская общины длительное время после Гражданской войны в Америке имели тесные социальные и политические связи. Эти связи в значительной мере определялись аналогией в исторической судьбе, которая состояла в том, что обе социальные группы в течение веков прошли через периоды неравноправия и дискриминации. Они вели совместную борьбу против разного рода социальных несправедливостей. Однако после середины 1960-х годов взаимоотношения двух групп омрачились проявлениями антисемитизма, расизма и бытового неприятия.
  4. Существо расовой проблемы состоит в том, что она, как результат многовекового развития, имеет социальный характер. Главной социальной проблемой афроамериканцев, после достижения ими законодательного равноправия, состоит в том, что уровень жизни людей этой этнической группы существенно ниже, чем в среднем по стране. В значительной мере это объясняется низким уровнем образования и социально-экономическими условиями, которые не способствуют его повышению. Ведь трудно себе представить, что в современном американском обществе некая социальная группа с низким уровнем образования может достичь такого же благополучия, как и другая, более образованная группа. Основой для оптимизма здесь является то, что сложившиеся социальные расовые проблемы не являются сегодня результатом действия каких-либо политических сил или государственных органов. В этом смысле проявления расизма и субъективное восприятие цвета кожи со стороны части белых людей имеют второстепенное значение.

Американскому народу “в наследство” от истории досталась сложная психологическая и социальная проблема. Только последние 50 лет афроамериканцы получили возможность пользоваться законодательно установленным равенством. Думается, что полное разрешение столь сложной проблемы займет не одно поколение в жизни страны.

Share

Генрих Бабич: О взаимоотношениях афроамериканцев и евреев в свете расовой проблемы в США: 1 комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

AlphaOmega Captcha Mathematica  –  Do the Math