©"Заметки по еврейской истории"
  апрель 2019 года

509 просмотров всего, 3 просмотров сегодня

С одной стороны, Холокост никогда не получил бы таких масштабов, если бы у нацистов не нашлись добровольные пособники из местного населения. Но с другой стороны, ни один еврей не смог бы уцелеть на оккупированной территории без помощи местных жителей. Извечная дилемма добра и зла, праведника и палача.

Леонид Смиловицкий

Вильнюс. Вчера и сегодня
(23–26 апреля 2018 г.)

(окончание. Начало в №2-3/2019)

Знакомство с городом

Леонид Смиловицкий

«Корыстная» часть моей поездки состояла в том, чтобы обновить свои знания о Вильнюсе, о Литве и литовцах в целом, ведь последний раз я был здесь 15 лет назад. Понятно, что за это время изменилось многое. Люди поумнели, стали добрее, мудрее, терпимее, культурнее, повысился их интеллектуальный потенциал, выросло качество жизни или наоборот? Ответы на эти вопросы должны были помочь найти Настя и Неринга. Я всегда предпочитаю смотреть новые места с помощью коллег или знакомых. Можно, конечно, взять карту и путеводитель, но они никогда не заменят живого общения с товарищами по профессиональному цеху. В подарок я привез свои книги, которые написал и выпустил в Израиле. В дополнение к ним — еврейский спецвыпуск журнала Belarusian Review, в котором мы с профессором Шибеко опубликовали обзорную статью (“Jewish Studies in Belarus Judaic: history, current state and prospective” (in cooperation with Professor // Belarusian Review. Special Jewish Issue in cooperation with Diaspora Research Centre. Prague 2016, pp. 7-12).

Настя Юркевич, приехала из Гродно и сейчас живет в Вильнюсе. Она имеет три высших образования — филолог, юрист, культурное наследие/белорусистика (Европейский гуманитарный университет). Обучаясь в ЕГУ, Настя встретила своего будущего мужа (белорус из Эстонии), осталась в Литве, пишет диссертацию по социологии.

Наш путь пролегал по маршруту: железнодорожный вокзал — рынок «Хале»/ Hales Turgūs — Острая Брама/Aušros Vartai Костел Св. Терезы — Собор Св. Духа — церковь Св. Троицы и ворота базилианского монастыря — Барбакан — Заречье (конституции на улице Paupio, Ангел, улица Malunų, сквер Тибета) — памятник Адаму Мицкевичу. Затем улица Literatų — улица Замковая/Pilies — памятник фонарщику и Ратушная площадь, потом улица Stiklių — улица Университетская — Алумнат — Университет — Резиденция президенты Литы, Кафедральная площадь (Колокольня, Кафедральный собор, Нижний и Верхний замки, памятник Гедимину, Старый и Новый Арсенал, памятник Миндовгу. Захожу в сувенирную лавку купить кружку с символами Вильнюса. Говорю хозяину, куда повезу свою покупку, и он пакует кружку так, чтобы с ней ничего не случилось в дороге.

Вильнюс (Вильна) с 1323 г. столица Великого княжества Литовского; с 1795 г. в составе Российской империи; в 1920—39 гг. часть Польши; в 1940—91 гг. столица Литовской ССР. Крупнейший центр еврейской культуры до второй мировой войны.  Первые сведения о евреях в Вильнюсе относятся к 1568 г. Община увеличивалась за счет выходцев из Чехии, Польши и Германии и достигла 3 тыс. евреев к XVII в. Xристианское население относилoсь к иудеям враждебно, что подогревалось иезуитами и католиками. С Вильно связано имя Элияху бен Шломо Залмана (Виленского Гаона), который сделал город выдающимся центром раввинской учености. Влияние Вильнюса как еврейского культурного центра сохранялось на протяжении всего XIX в. По переписи 1897 г., число евреев в Вильнюсе составляло 41,5% всех жителей города. Перенаселенность и рост безработицы привели к массовой эмиграции, в основном, в США и Южную Африку и Палестину.

Настя прекрасный рассказчик. Она напоминает мне, что в начале ХХ века Вильнюс стал центром сионистского движения в России. В 1903 г. сюда приезжал Теодор Герцль, а сионистский лидер Шмарьяху Левин был избран депутатом от Вильнюса в Государственную Думу России (в Иерусалиме его именем названа улица, на которой я жил). Ортодоксальные круги под руководством раввина Хаима Озера Гродзенского объединились в партию Агудат Исраэль. В период между двумя мировыми войнами Вильнюс по праву считался международным центром еврейской культурной и литературной жизни. Здесь выходили многочисленные утренние и вечерние газеты на идиш, вели оживленную жизнь общественно-политические, литературные, педагогические, научные клубы, общества, союзы и объединения. В октябре 1939 г. Вильнюс перешел к Литве. Многочисленные беженцы из Польши, находившиеся в городе, хотели спастись от надвигающейся войны. Среды них были раввины и ученики иешив из Западной Беларуси — Мира, Барановичей, Воложина и других городов, городков и местечек, члены сионистских организаций, писатели, журналисты, общественные деятели, которые искали выход из создавшегося положения. В июне 1940 г. Литва была присоединена к СССР. Советские власти закрыли еврейские культурные учреждения и наложили запрет на деятельность сионистских организаций. Все некоммунистические издания на идиш были запрещены. Сионисты, бундовцы и «буржуазные элементы», как потенциальные враги нового режима, были принудительно выселены вглубь СССР накануне войны с Германией, но благодаря этому многие из них остались живы.

Холокост

Совершенно ясно, что только независимое государство Израиль смогло открыть миру правду о Холокосте. Это одинаково важно всем, поскольку то, что в годы второй мировой войны произошло с евреями, чревато и для любого народа на Земле. Исторический путь еврейского народа всегда сопровождали насилие и страдание. Но никогда раньше не было злодеяний, подобных тем, которые были совершены нацистской Германией. Они готовились и приводились в исполнение хладнокровно, педантично и последовательно образованными людьми — политиками, юристами, историками, врачами, инженерами, которые называли себя санитарами человечества, призванными избавить мир от еврейской заразы. Высокоразвитая современная техника в руках убийц стала беспримерным средством массового уничтожения людей.

Еврейское гетто в Старом городе Вильнюса мне показывала Неринга Латвите-Густайтене, заведующая научным отделом Еврейского музея им. Виленского гаона, где она работает уже 18 лет.

Неринга Латвите-Густайтене, заведующая научным отделом Еврейского музея Литвы им. Виленского гаона

Вместе мы пошли в сторону Старого города от улицы Наугардуко, где я остановился в гостинице «Пан Тадеуш». До войны там жили преимущественно евреи. 6 сентября 1941 г. немцы приказали евреям перебраться в старую часть Вильнюса и туда потянулись колонны беженцев. С собой разрешалось брать только то, что можно унести в руках, перевозить запрещалось. Сначала было много вещей. Потом постепенно имущество бросали. Вещи остались, людей не стало. Кто об этом сейчас помнит? Мемориальных табличек на ул. Наугардуко я не увидел. В Вильнюсе до войны проживало около 57 тыс. евреев, а всего Катастрофа европейского еврейства лишила Литву 200 тыс. евреев. К окончанию войны в Вильнюсе в живых их остались около двух тысяч.

Уличный указатель к Еврейскому музею в Вильнюсе

Еврейский музей в Вильнюсе закрыли в 1949 г., когда по всей стране развернулась кампания по борьбе с «безродными космополитами». Это совпало с тайным убийством Соломона Михоэлса в Минске (январь 1948 г.) и роспуском Еврейского Антифашистского Комитета СССР в Москве (ноябрь 1948 г.). Экспозиция современного музея Холокоста («Зеленый дом») была развернута в старом деревянном здании, которое до этого служило филиалом музея Октябрьской революции в Вильнюсе.

Музей истории Холокоста евреев Литы в Вильнюсе («Зеленый дом»)

В 1989 г. это помещение передали Еврейскому музею как временное, которое было постоянным почти 30 лет. Музей очень компактный, расположен в центре города. Рядом — памятник Тиунэ Сугихаре, вице-консулу Японии в Каунасе, который в 1940-1941 гг. выдал более чем 6 тыс. транзитных виз польским и литовским евреям для проезда на Дальний Восток. В 1985 г. Израиль присвоил Сугихаре почётное звание Праведника народов мира.

Чтобы попасть в музей, нужно позвонить. Как я понимаю, это мера безопасности. Вход стоит 2 евро (два автобусных билета или чашка чаю в кондитерской). 85% посетителей музея составляют приезжие из Европы, Германии, Польши, России, Америки и Израиля, и те, кто ищет свои корни. Еще 10% — это учащиеся школ или университетов Литвы, которых в организованном порядке приводят учителя, а также потомки семей, переживших Холокост.

Книга отзывов посетителей музея Холокоста в Вильнюсе, записи на разных языках

Есть сайт в Интернете, музей включен в экскурсионный маршрут Литвы, всего около 10 тыс. посещений в год.

Экспозиция на 1-м этаже музея истории Холокоста в Вильнюсе

В музее много фотографий, газет и другой хроники о политике нацистского геноцида в Литве. Четыре года назад под крышей «Зеленого дома» открыли типичное убежище — малину — показано, как в гетто прятались во время облавы. Там же можно увидеть документальный фильм на английском или литовском языке, проецируемый на мешковину, повешенную на стене.

В залах музея Холокоста в Вильнюсе

В музее меня ожидал сюрприз. Я встретил в его стенах двух молодых людей: волонтера из Австрии и студента из Сингапура.

Слева направо: Дуглас Онг, студент Национального университета Сингапура и Грегори Ладлер, волонтер из Вены.

Дуглас Онг студент Национального университета Сингапура в Вильнюсский университет приехал на полгода по обмену студентов по Еразмус-программе, обрадовался, когда узнал, что я из Израиля. Он проходил срочную военную службу у себя на родине в Вооруженных силах, которые, как известно, созданы по образу и подобию ЦАХАЛ. Дуглас изучает историю Холокоста в Восточной Европе, поскольку считает, что это показывает, как маленький народ борется и побеждает в борьбе за выживание, добиваясь выдающихся успехов в науке и технике.

Грегори Ладлер из Вены приехал работать в рамках программы альтернативной службы. Он признался, что только в Вильнюсе понял универсальный характер, который имеют знания по истории Холокоста для всех народов мира без исключения. Грегори помогает разбирать и систематизировать архивный материал, и проводит экскурсии на английском языке. Его слушают не только иностранные туристы, но и литовские школьники. Говорить на английском в Литве для молодежи престижно, не исключено, что учиться (или искать работу) придется в Европе или Америке.

Старое историческое здание на территории бывшего Вильнюсского гетто по улице Жемайтиос, д. 4 (перед войной Страшуно 6), где в довоенное время находилась еврейская публичная библиотека “Мефицей хаскала”, а потом библиотека Вильнюсского гетто, пока не используется. Здание принадлежит Государственному еврейскому музею им. Виленского гаона, но нужен серьезный ремонт.

Старое историческое здание еврейского музея на территории бывшего Вильнюсского гетто по улице Жемайтиос, д. 4 (перед войной Страшуно 6)

В новом здании планируется открыть музей Холокоста в Литве и мемориальный музей Вильнюсского гетто, чтобы не только рассказывать об истории Холокоста, но и про то, что было потеряно: богатое наследие еврейской культуры, созданное в течение столетий руками целых поколений. Недаром Вильно называли северным Иерусалимом.

Как разные народы и страны проявили свое отношение к трагедии евреев в годы второй мировой войны? С одной стороны, Холокост никогда не получил бы таких масштабов, если бы у нацистов не нашлись добровольные пособники из местного населения. Но с другой стороны ни один еврей не смог бы уцелеть на оккупированной территории без помощи местных жителей. Извечная дилемма добра и зла, праведника и палача. Когда мир перестанет об этом умалчивать (мера ответственности), тогда тема Холокоста перестанет быть такой неудобной и обоюдоострой. Нет народа — антисемита, предателя, вора, преступника, лжеца. И если отдельные представители какого-то народа ведут себя ненедостойно и компрометируют остальных, то это не определяет лицо народа в целом.

Почему литовцы убивали евреев, когда немцы поставили их вне закона? Чтобы захватить имущество, добиться власти, показать свое превосходство, свести счеты, не остаться в стороне. Немцы пришли навсегда, как тогда думали, хотели выслужиться. Но была возможность отказаться — это не грозило смертью, в концлагерь таких литовцев немцы не отправляли. Можно вспомнить, что католическая Литва аппелировала к мифу об убийстве Христа и взывала к мести евреям, как потомкам племени Иуды Искариота. Но как быть с личной ответственностью литовцев как соседей евреев? В истории Холокоста вопросов до сих пор больше, чем ответов, и мы должны их искать. 16 февраля 1918 г. День литовской независимости до войны отмечали все вместе, литовцы и евреи. Неринга считает, что не нужно прикрываться стереотипом активного участия евреев в советизации Литвы в 1940-1941 гг., с помощью которого можно оправдать литовский антисемитизм во время войны. Евреи действительно, с приходом Советов, стали заметны, потому что до этого евреев в административной структуре литовского государства не было. Но сколько литовцев оказалось среди коммунистов? Их семьи не растерзали, не громили. Другими словами, сыграл роль образ чужака (прибывшего из СССР еврея), который перенесли на литовских евреев.

В 2016 г. в Литве вышла книга журналистки Руты Ванагайте «Наши» (Mūsiškiai), в которой рассказывается о литовцах, участвовавших в Холокосте на территории Литвы в годы немецкой оккупации. Книга «Наши» вызвала жаркие дискуссии. Многие обвиняли Ванагайте в отсутствии патриотизма. В 2017 г. увидела свет книга Аркадиюса Винокураса «Мы не убивали» (Mes nežudėme). Она уже повествует об отношении потомков коллаборационистов к преступным деяниям предков, принимавших участие в расправах над евреями. В основу издания были положены 35 интервью с детьми и внуками тех, кто принимал участие в геноциде евреев Литвы.

Считается, что в годы войны пособников нацистов с кровью на руках в Литве были сотни человек. Ассоциация литовских евреев в Израиле приводит свой «Список Маламеда» литовских коллаборационистов, состоящий из более 4200 фамилий. Литовские историки проверяли этот список три года, в итоге существенно сократили и передали правительству. Что с этим списком делать, обнародовать или нет, до сих пор не решили. Сторонники оглашения списка призывают к исторической справедливости. Противники опасаются, что это негативно отразиться на судьбе людей, чьи родственники там упомянуты.

Неринга рассказывала мне, как она сама, ее коллега Милда и 6 еще молодых жителей Вильнюса задумали преодолеть формальные рамки церемонии поминовения. По долгу службы в ней ежегодно участвуют члены парламента, руководители Литвы, представители дипломатического корпуса. Как донести до сознания, что жертвы геноцида были реальные люди, а не одни цифры в списке расстрелянных. Мало произносить заклинание «Никогда больше», нужно оживить чувства. Перестать делить Литву на «мы» (этнические литовцы, русские, белорусы, поляки) и «они» (евреи). Холокост — это общая травма, а не только еврейское горе. Была уничтожена целая цивилизация, в противном случае и Литва сегодня была бы другой.

В день памяти ликвидации Вильнюсского гетто (23 сентября 1943 г.) по предложению инициативной группы Неринги (учительница, журналист, движение зеленых, сотрудница института литовского языка и литературы, а также два историка Еврейского музея), начали читать списки жертв. Они были составлены по приказу немцев в 1942 г. Списки включали фамилию, имя и отчество, год рождения, профессию, род занятий, образование, адрес. Целые семьи, родители, дети, внуки … Сохранились фотографии, документы.

Первое чтение списков состоялось в 2011 г. в костеле святой Екатерины (одном из красивейших памятников архитектуры в старом городе). Чтение планировалось с 7.00 до 9.00, а продлилось оно до 22.00. Никого не заставляли, организаторы просто сообщили время и место. И люди пришли.

Подчеркну еще раз, что инициатива поминовения евреев как жертв нацистского геноцида исходила не от самих евреев, а от потомков их литовских сограждан. Она была поддержана и получила распространение уже внуками людей, переживших ту войну. Что ими руководило? Наверное, не только чувство сострадания, но и желание избежать подобной трагедии в будущем.

Сначала в Вильнюсе думали, что это одноразовое мероприятие, но спустя год люди сами напомнили и предложили свое участие и помощь. В 2012 г. списки из гетто читали на проспекте Гедимина, в 2013 г. — во дворе юденрата, в 2014 г. — во дворе библиотеки гетто. Эта инициатива снизу была подхвачена и распространилась на всю республику. Вслед за Вильнюсом и Каунасом списки расстрелянных читали уже в 24 городах, городках и местечках Литвы. После Литвы эта инициатива была подхвачена в Латвии, где читали списки под Ригой в память расстрела 25 тыс. евреев в лесу Румбула 30 ноября и 8 декабря 1941 г.

Излишне говорить, что инициатива снизу всегда важнее, чем спущенное по административной вертикали даже самое правильное решение. Одно дело, когда имена жертв нацистского геноцида в день памяти Холокоста читают в Яд Вашем или в Кнессете Израиля, а другое дело в республиках бывшего СССР, где как раз этого и не происходит. Не практикуют это и в Беларуси, изучению еврейской истории которой я посвятил почти 30 лет. Не сложилось до сих пор такой традиции и на Украине. Почему?

23 сентября 2011 г. в годовщину гибели Вильнюсского гетто работники Еврейского музея со своими энтузиастами не только раздавали желтые звезды членам парламента Литвы. Они пошли еще дальше, надев эти знаки себе на верхнюю одежду, и в таком виде шли на работу, ехали на общественном транспорте. Сознательный эпатаж (скандальная выходка, вызывающее поведение, намеренно нарушающее общепринятые нормы и правила) возымел свое действие. Неринга рассказывала, что мало кто из окружающих остался равнодушен. Люди, так или иначе, выражали свое отношение, одни с пониманием, а другие с недоумением и даже протестом. Можно читать документы, книги, воспоминания, записывать свидетельства тех, кто пережил Катастрофу, но даже в наши дни требуется мужество надеть желтую звезду и выйти на улицу. Там, где когда-то, пусть 75 лет назад, убивали евреев … 

Люди часто ведут себя экстравагантно, чтобы подчеркнуть свою индивидуальность. Одни режут штаны, другие красят волосы в зеленый цвет, делают пирсинг или татуировки, вставляют кольцо в нос. К этому уже привыкли, ничего особенного. Разрекламировано артистами, ТВ или шоуменами. Но выйти на люди, приколов на свою грудь желтый магендовид — под силу немногим. Слабо … Неринга считает, что, только пропустив эту боль через себя, можно добиться, чтобы память современников о Холокосте перестала быть формальной. А я про себя подумал, возможно ли подобное в современной Беларуси, России или на Украине? Какая будет там реакция у окружающих? И почему даже в День памяти Катастрофы (12 апреля), гибели гетто в Минске (21-23 октября 1943 г.) или расстрелов в Бабьем Яру в Киеве (29 сентября 1941 г.) никому это не приходит в голову? Все зависит от людей. Инициатива должна быть снизу. Примерить чужую боль на себя, тогда придет очищение. Только говоря о конкретных людях, можно оценить понесенные потери. Цифры утрат, даже самые внушительные, не дают такого ощущения.

В Вильнюсе получили распространение латунные таблички, которые я впервые увидел в Берлине в 2014 г. Их монтируют у порога домов, в которых жили евреи, погибшие в Холокосте. В Вильнюсе я насчитал 8 таких табличек в память о владельцах вегетарианского ресторана Фани и Лазаря Левандо, врачей Самуэля Марголиса и Якова Выгодского, Лейбы, Хаи и Леи Шемявичей, подростка Ицика Рудашевского, которого называют летописцем Вильнюсского гетто.

Латунная табличка у порога дома Ицика Рудашевского (1927-1943 гг.)

«Камни преткновения» предложил установить автор международного проекта, известный немецкий художник Гюнтер Демниг. Всего на литовских тротуарах установлено 19 «камней памяти». В августе 2017 г. их открыли в Каунасе и Шяуляе. Литва — первая страна Балтии, которая приняла участие в этом проекте.

Геноцид евреев в Литве не исчерпан одним гетто в Вильнюсе, Каунасе или IХ фортом, Понарами. Свыше 230 мест по всей Литве имеют памятный знак этой трагедии.

Судьба русского языка

Русский язык стремительно теряет свои позиции в Литве. В отличие от Израиля, здесь нельзя услышать русскую речь на улице. Её еще можно услышать в Вильнюсе, который всегда был и остается мультикультурным городом. Меньше в Каунасе или Клапеде, а в остальной части Литвы — не так уж часто. Нельзя, например, прочитать объявление, продублированное по-русски параллельно с литовским, тогда как в Израиле даже инструкцию по применению лекарств пишут на пяти языках — иврите, арабском, английском, русском и амхарском. Но это не свидетельство национальной нетерпимости или отсутствия толерантности, как может показаться. В этом вопросе позиция государства и общественное мнение совпадают.

Литва по территории в три раза больше  Израиля (65,3 кв. км², протяжённость с севера на юг 280 км, с запада на восток 370 км), но имеет отрицательный прирост населения. С 1991 г. Литва — член Европейского союза, а с 2004 г. — НАТО, входит в Шенгенскую и Еврозону. Литва — это правовое государство, где существует свобода слова, печати и собраний, автономия в университетах и независимая наука. Однако при этом существует добровольный отказ от сближения с северным соседом, что, прежде всего, заметно в отсутствии русской речи. Люди старше 35 лет ответят вам по-русски, если вы вышли из гостиницы и забыли карту, а молодежь — предпочитает английский, видя в нем свое будущее.

Даже в музее Холокоста в Вильнюсе почти нет русского слова. Правда, при входе в холле (перед кассой, где продают билеты) присутствует вступление к экспозиции на 4 языках: литовском, английском, иврите и на русском. Кроме того, в музее можно заказать экскурсию на русском языке, как и экскурсию на русском в Паняряй. При этом персонал музея говорит по-русски. Спросите и вам ответят. Прибавит ли отсутствие русского языка знаний о Катастрофе евреев в Литве? На какой-то ступеньке бюрократического механизма Министерства культуры Литвы решили, что если русские в республике составляют 5,4% (кстати, меньше, чем поляков — 6%), то незачем тратиться на русский язык. Формально правильно, а по сути? Важно сохранить и донести правду о Холокосте в Литве как можно шире и глубже. Между прочим, в музее ведется статистика посещений, которая дает представление о родном языке посетителей. Я не уверен, что в министерстве ею поинтересовались. Неужели даже правда о Холокосте имеет, прежде всего, политическое значение, ведь трагедия евреев в годы второй мировой войны — это общая беда для всего человечества. Понимая это, в настоящее время по экспозиции Холокоста в Вильнюсе и на мемориале в Паняряй готовится аудиогид на русском языке.

Я понял главное, почему это происходит. Маленькая Литва с населением 2,75 млн. чел., пытается дистанцироваться от своего могущественного соседа даже с помощью языка. По всей Литве вы не встретите улицы Пушкина, Гоголя, Горького, Толстого, Калинина, Чапаева, не говоря уже Ленина, точно так же, как в Беларуси — улицы Сталина. Коллеги из стран Балтии отвечают на мои письма, пользуясь клавиатурой с латинским шрифтом, объясняя это тем, что писать латинскими буквами проще и скорее.

В сознании литовцев не исчезла опасность вновь оказаться в зависимости от России. Литовцы не верят в добровольное сотрудничество с Россией и предпочитают отказаться от опыта совместной жизни, общей истории и возможностей выгоды экономического сотрудничества. Английский язык фактически исполняет роль эсперанто, снимает языковый барьер, позволяет быть услышанным, понятым, востребованным.

Вывод

Моё путешествие в прошлое евреев Литвы закончилось. Я понял это, когда наш лайнер, выполнявший полет Вильнюс — Тель-Авив начал заходить на посадку. Три часа утра, солнце ещё не поднялось. Но море огней под крылом самолёта уже выдавало огромный мегаполис, раскинувшийся на берегу Средиземного моря. Здесь живут евреи из Европы, Литвы, Беларуси, Украины, России и Польши, которые спаслись от нацистского геноцида. Их родители, бабушки и дедушки были приговорены к уничтожению, но выжили, родили детей и построили новый дом, а потом и процветающую страну. Люди, которые спаслись, всегда считают, что произошло чудо. Религиозные евреи понимают это, как промысел божий, а неверующие считают, что заслужили шанс на жизнь своей борьбой, смелостью, непреклонной волей и самоотверженным трудом. Здесь мой дом, моя семья, мои дети и, надеюсь, будут жить внуки. В моем сознании совместились два начала — конец еврейской жизни в Литве и Беларуси и продолжение её там, откуда все началось две тысячи лет назад. Но оба эти начала составляют единое целое, имя которому еврейская история. То, что случилось с евреями — пример всему человечеству и хорошо, если оно извлечёт из этого уроки.

Share

Леонид Смиловицкий: Вильнюс: 2 комментария

  1. Игорь Ю.

    Уважаемый Леонид, во-первых, спасибо. Ваше описание поездки многое для меня объяснило. Маленькое замечание и один вопрос. Вы пишете «Xристианское население относилoсь к иудеям враждебно, что подогревалось иезуитами и католиками». Прожив почти 40 лет в Белоруссии я понимаю откуда эта фраза и то, что вы написали ее «на автомате». Но иезуиты — это католики, всегда были и будут. А вопрос такой: вы пишете, что в Вильнюсе осталось ПОСЛЕ ВОЙНЫ 2000 евреев. Что-то слишком большая цифра выживших, вам не кажется? В одном городе прятали 2000 человек? Как вы объясняете эту цифру?

  2. Л. Беренсон

    Автору спасибо за профессиональную деятельность, за эти два о том очерка-отчёта. Ещё страницы еврейской истории, где величие и реки крови на чужих землях. В конце 60-х был в Литве. В Тракае караимскую кенасу (подобие) видел, музей Чёрта в Каунасе и Чюрлёниса в Вильнюсе
    осмотрел, у стен 9 «Форта смерти» слушал рассказ о побеги 64, а следов еврейской жизни в Иерушалаим де Вильно не нашёл. Показательно и достойно, что современная Литва обновляется еврейским прошлым, дистанцируясь и от гитлеровского мракобесия, от советского антисемитизма и от своего юдофобского наследия.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

AlphaOmega Captcha Mathematica  –  Do the Math
     
 
В окошко капчи (AlphaOmega Captcha Mathematica) сверху следует вводить РЕЗУЛЬТАТ предложенного математического действия