©"Заметки по еврейской истории"
  ноябрь-декабрь 2020 года

1,413 просмотров всего, 74 просмотров сегодня

У тебя виноградный смех:
Множество круглых зелёных смешинок
Тело твое покрыто ящерками,
И все они любят солнце
Поднялись цветы на лугах,
поросли травой щеки мои,
Стало возможным всё

Иеѓуда Амихай

[Дебют]О ЧЕЛОВЕКЕ И О ЛЮБВИ
Перевод с иврита Евгения Владимирова

Человек в жизни своей

 Иехуда Амихай

Иехуда Амихай

У человека в жизни нет времени,
Чтобы настало всему своё время.
И нет у него времени, чтобы настала пора
Каждой вещи. Екклесиаст ошибался в этом.

Человек должен ненавидеть и любить одновременно,
Плакать теми же глазами, что и смеяться,
Теми же руками разбрасывать камни и собирать их,
Любить на войне, и воевать за любовь.

И ненавидеть и прощать и помнить и забывать
И распутывать и запутывать и глотать и усваивать
То, что долгая история
Творила долгие-долгие годы.

У человека мало времени —
Когда он теряет, он ищет,
Когда находит, он забывает,
Когда забывает — любит,
И когда он любит, он начинает забывать.

А душа его мудра,
Душа его очень искусна,
И только тело — неопытный новичок во всём:
Пробует и ошибается,
Не учится и заблуждается,
Пьяно и слепо от наслаждений и мук.

Плоды инжира умирают осенью —
Морщинистые, зрелые, сладкие,
Впитавшие жизнь без остатка.
Палые листья засыхают на земле,
Голые ветви указывают дорогу
Туда, где всему своё время…

Поэт Иегуда Амихай (1924-2000)

Поэт Иегуда Амихай (1924-2000)

Колыбельная

Подари ребенку колыбельную, пой ему, чтобы уснул:
Папа ушел на работу, папа ушел на войну,
А ты усни.

Волк завывает, враги у ворот, но ты спи.
Разрушается дом, мир охвачен огнём,
Но ты спи… Ты спи.

Не рассказывай ему об ангелах небесных,
Не рассказывай ему о бабочках,
Не рассказывай о жар-птице,
Спой ему о вещах ужасных голосом сладким, как мёд
— И чума, и война, и голод
Усыпляют звучанием мерным.

Забери у ребенка колыбельную,
Он всё равно уснёт,
Он всё равно подрастёт.
Отбери у колыбельной ребенка,
И песня сама закружит по свету,
И однажды его настигнет,
И усыпит навек.

Шесть песен для Тамар
1.
Дождь бормочет чуть слышно,
Ты можешь сейчас поспать

У моей кровати шелест газетных крыльев,
Больше никаких ангелов

Встану пораньше — упрашивать завтрашний день,
Чтобы был к нам добр

2.
У тебя виноградный смех:
Множество круглых зелёных смешинок

Тело твое покрыто ящерками,
И все они любят солнце

Поднялись цветы на лугах, поросли травой щеки мои,
Стало возможным всё

3.
Ты, лежащая, всегда
Застилаешь глаза мои

Каждый день, что мы вместе,
Экклесиаст стирает строку в своей проповеди

Мы — спасительное свидетельство на страшном суде,
Мы оправдаем всех!

4.
Как вкус крови во рту,
Возникла наша весна — нежданно

Космос не спит в эту ночь,
Он лежит на спине, и глаза его открыты

Серп Луны изогнут по линии твоей щеки,
Лоно твоё — по моей щеке

5.
Твоё сердце играет в пятнашки с кровью,
Несущейся по артериям

Глаза твои горячи, как перины,
В которых лежало время

Твои бёдра — два сладких дня вчерашних,
Я иду к тебе

Все сто пятьдесят псалмов
Сливаются в рёв

6.
Мои глаза хотели бы перетечь один в другой,
Как два смежных озера,

— Рассказать друг другу
Всё, что они видели

Много близких у моей крови,
Никогда навещать не приходят,

Но, когда умирают, оставляют
наследство в моей крови…

Женщине

а.
Тело твое сияет белизной песка,
На котором никогда не играли дети

Глаза твои грустны и прекрасны,
Как нарисованные в учебниках цветы

Волосы струятся к земле,
Словно черный дым над жертвой Каина:

Я должен убить брата моего,
Брат мой должен убить меня

б.
Ночь напролет, опустев,
Кричат у кровати туфли твои

Твоя правая рука свесилась из сна,
Волосы разучивают язык ночи
По истрепанному букварю ветра

Движутся шторы —
посланники потусторонних сил

в.
С каждой расстегнутой пуговицей твоего плаща,
Любовь моя возрастает вдвое

Когда ты надеваешь этот круглый белый чепчик,
Клянусь, что кровь во мне — краснее и горячей

Там, где ты любишь,
Надо убирать из комнат всю мебель
Все деревья, и горы, и моря —
Убирать из этого мира, ибо он тесен…

г.
Когда ты улыбаешься —
Улетучиваются все серьезные мысли

По ночам горы смолкают рядом с тобой,
По утрам пески сбегают за тобой к морю

Когда тебе хочется меня баловать,
Закрываются все заводы и фабрики

Иаков и Ангел*

Под утро, застонав, она стиснула его так крепко,
что победила.
И он сжал ее так же крепко,
и победил,
И оба знали, что это объятье несёт смерть.
И не было сил спросить: — как имя твое?

Но, с первым лучом зари,
Он увидел ее тело, оставшееся белым
Там, где купальник вчера прикрывал его.

А потом её вдруг позвали сверху, дважды,
Как зовут ребенка, заигравшегося во дворе.
Так он узнал её имя, и дал ей уйти.

_______________________
*) “И остался Иаков один. И боролся Некто с ним до появления зари…
И сказал: как имя твое? Он сказал: Иаков. Спросил и Иаков, говоря: скажи имя Твое…” (Бытие, Гл.32)

Расстаться с хищной памятью

В эти дни я думаю про струящийся в твоих волосах ветер,
И про годы, на которые опередил твое появленье на свете,
И о вечности, куда первым уйду тоже,

О пулях, не попавших в меня на войне, но убивших друзей,
Которые лучше меня, ибо мною прожитых дней
Они не прожили, и остались моложе.

О тебе, стоящей напротив печи в обнаженности летней,
Или склоненной над книгой, в попытке что-то прочесть в ней
При свете последнем уходящего дня.

Пойми, мы прожили больше, чем жизнь. И тяжёлыми снами
Должны теперь расплатиться за всё, что было со мною и нами,
Хищную память от нового дня отделя.

Возвращение из Эйн-Геди

Из укромного уголка Эйн-Геди, из его зеленого буйства,
Мы вернулись в безжалостный город. Я звал тебя — Режа,
Именем речки, на иврите созвучным с “убийством”.
Вернулись в пустую комнату, уже сданную новым жильцам:
Рваный матрас на полу, засохшая апельсинная кожура,
И носок, и газета, и прочие ножи для сердца.

Чему мы научились в Эйн-Геди? Научились любить в воде.
Чему еще? Тому, что горы, разрушаясь, становятся красивей.

Вместе поглядели еще раз сквозь арочное оконное око
На одну и ту же долину, но, при этом, каждый
Видел другое будущее. Как два несогласных пророка,
Застывших в противоборстве, немом и важном.

За следующий после нашего отъезда день прошли тысячи лет.
Клочок бумаги, на котором написано “завтра в семь
На том же месте”, мгновенно сморщился и приобрел цвет
Пергамента, как младенец, родившийся старцем.

Баллада на улицах Буэнос-Айреса

Мужчина ожидает на улице и появляется женщина,
Точная и красивая, как часы у нее в комнате,
Печальная и бледная, как стена, на которой часы.

И она не обнажает перед ним белых зубов,
И не обнажает белизну своего живота,
Но показывает ему свое время, точное и красивое.

Она живет на первом этаже рядом с трубами,
И вода начинает бег наверх у нее в стене,
И он делает выбор по велению нежности.

Она знает, отчего надо плакать,
И она знает, почему надо терпеть,
И он делается похожим на нее, совсем таким же.

Его волосы станут длинными и мягкими, как у нее,
И твердые слова его языка растают на её языке,
И глаза его подернутся слезами, как у нее.

Огни светофора ложатся на ее лицо,
И она стоит на «зеленый». И стоит на «красный»…
И он делает выбор под натиском нежности.

Они ходят по улицам, которые останутся в его снах,
И дождь тихо плачет в них, как в подушку,
И сжимающееся время делает их провидцами.

Он потеряет ее на красном,
И он потеряет ее на зеленом и желтом,
Светофоры всегда на службе у любых потерь.

И его не будет, когда закончатся мыло с лосьоном,
И его не будет, когда снова выставят время на часах,
И его не будет, когда ее платье истреплется до ниток,

Она закроет его буйные письма в смирной тумбочке,
И ляжет спать рядом с водой в стене,
И она будет знать, отчего плакать и почему терпеть…

И его выбор продиктован нежностью.

По дороге в старость
По дороге в старость
Я попал к тебе, просеянный сквозь многие двери
и стёртый лестницами.
Меня оставалась самая малость.

Ты оказалась храброй наполовину
и непредсказуемой целиком
Дикаркой в очках, смиряющих глаза
элегантным поводком.

«Все вещи любят потеряться, и найтись
У кого-то другого; только люди любят
Находить самих себя» — так ты сказала.

Затем овал лица своего разломала
На два профиля; один устремленный вдаль,
Второй — мне на память. И умчалась.

Советы верной любви
Советы верной любви:
Не люби дальнюю, возьми себе ту, что рядом,
Как для прочного дома берут из местных камней,
закаленных морозами и палящим солнцем.
Возьми себе ту, с золотой радужкой
вокруг темных зрачков, которая
уже знает что-то про твою смерть. Люби
вопреки разрушению, черпая сладкий мёд,
как Самсон, из тела павшего льва.

И советы неверной любви:
Из остатков любви,
не растраченных в прежней любви,
Создай себе новую женщину, и из того,
что останется от нее, сделай себе новую любовь,
Так до тех пор, пока у тебя
не останется ничего.

Сейчас сквозь грохот
Сейчас, сквозь леденящий вой
Перед звенящей тишиной,
Я успею сказать тебе вещи,
Которые не сказал в звенящей
Тишине перед воем,
Боясь, что услышат,
И убежище наше раскроют
— Что мы были лишь только
Соседи в воздушном потоке,
Прижатые друг к другу горячим
Ветром Ассирии и Междуречья,
И последние витии и пророки,
Что в стане моей крови уцелели,
Пророчили под небом твоего тела.
А погода была как бальзам
Нашим душам и нашим сердцам,
Золотые мускулы солнца прорастали внутри нас
Олимпийским золотом чувств,
На виду у тысячи глаз,
Чтобы всё осознать, и остаться,
Чтобы вновь облака плыли над нами за разом раз.

Так случилось — ты меня повстречала
В уголке, где история берет начало,
Где, в тиши, она прорастает украдкой,
И поспешность людская ей не указ.
И негромкий голос начал рассказ
Вечерами у детской кроватки.

А теперь слишком рано для археологов,
И слишком поздно что-то исправить.
Придет лето, и звук детских шагов
В жестких сандалиях утонет, растает
В мягком песке, всё дальше… дальше

В моё время, в твоём месте
Мы были вместе,
В моё время, в твоём месте.

Ты давала место, я — время.
Твоё тело, таясь по-кошачьи,
поджидало смену времен года.
По телу текли фасоны и моды,
Укорачивая или удлинняя,
То шелковые, то в цветочек,
То белые, то в облипку.
Мы сменили нрав и цели человечьи
На извечную повадку диких кошек,
Потаённую… И, все-же, каждый вечер
Сгореть готовы были в летних пожарах.

Я делил с тобой дни. Ночи.
Мы глядели дождям в очи.
Никогда не увлекались мечтами,
Даже в наших снах — не мечтали.
Средь непокоя, как гнездо, укрывали
Покой. В моё время, в твоем месте.

Не потому ли нынче множество снов,
В которых ты мне являешься ночами,
Предрекают нам скорый финал,
Как, множась над морем, стаи чаек
Предвещают приближенье берегов.

От сладких слов на горьких устах
От сладких слов на горьких устах
Ни слаще, ни горше
Мир наш не станет.
Сказано в книге — не бойтесь.
И сказано: нам
Надлежит меняться,
Как в языке словам —
В прошедшем времени и во времени будущем,
В имени прилагательном и в имени сущем,
В числе множественном и единственном.

Очень скоро ночами, в одинокой постели,
Мы с тобой приснимся один другому
В облике странствующих менестрелей,
Которые не были никогда знакомы.

Жаль, мы были отличным изобретением
Отрезали
Твои бедра от моей поясницы,
Чертовы эскулапы. Все они.
Разобрали, развинтили,
раскурочили нас надвое.
Тоже мне, инженеры…
Жаль. Мы были отличным изобретением:
Аэроплан из мужчины и женщины —
Крылышки, и все остальное…
Мы даже чуть-чуть оторвались от земли,
Почти уже летели.

Я прошел рядом с домом
Я прошел рядом с домом, в котором когда-то жил,
В нем доныне незримо, неразлучно присутствуют двое.
Много лет, в еле слышимом зуде электрических жил,
Загорался-гас-загорался свет на лестнице в доме.
Замочные скважины — словно малые раны навылет,
Через которые вытекла кровь. И люди, что были
Внутри дома, бледны как смерть.

Я хочу вновь стоять, как порой нашей первой любви,
У двери, освященной древним знаком завета,
Обнявшись всю ночь, недвижим.
А когда мы ушли, начал рушиться дом на рассвете,
И после — город, и после — мир.

Я хочу тосковать вновь,
До темных ожогов на коже.
Я хочу быть вновь записан в книгу живых,
Каждый день записан снова и снова,
Пока не устанет рука пишущего.

Одинокий в сквере
Среди публики в сквере
он скверно один,
Между кем-то и кем-то
пока что в тени.
Но слышно, как он гремит
своими мыслями,
Как собака оборванной цепью,
Он медленно бредёт мимо,
Он еще полюбит другую…
Мы видим его лицо
На фоне зелени,
Обращенное куда-то вдаль
Вне времени,
Он ничего не слышит.
Но его слышно…

Я говорил — так будет, а ты не верила
Возле поезда мы увидели горный срез –
Пласты, окаменевшие один на другом,
Быть может, и мы скоро ляжем здесь
Прижавшись, и сверху травой порастём.
Я говорил: так будет. А ты не верила.
Без отдыха ночью луна проливала свет,
Размывая тени, смиряя воду и жар в крови.
Моя девочка, разницы больше нет –
Между судьбами мира и судьбой двоих.
Я говорил: так будет. А ты не верила.
Фитилёк лампы и колпачок над ним
безмятежны — живут друг для друга,
Так и мы наш красный огонь сохраним –
В жарком шепоте, проникающем в ухо
Я говорил: так будет. А ты не верила.
Есть музыка в нас, но слишком она слаба.
Когда, наконец, мы научимся быть сильны?
Лишь у грешников, милая, на столе халва.
А святые, и тихие овцы,— вечно голы и голодны.
Я говорил: так будет. А ты не верила.
Посмотри, в безграничной любви мы сейчас
На границу пришли, за которой нету любви.
Часовые закрыли замки и пароли сменили свои,
Дети ушли. И свет вокруг нас погас.
Я говорил: так будет. А ты не верила.
_________________________________________

Примечание
Большая часть исходных стихов на иврите взята из книги:
Yehuda Amichai. Love Poems (A bilingual hebrewenglish ed.)
Shocken Publishing House Ltd., 1986
ISBN 965-19-0077-6
Несколько стихотворений — “Человек в жизни своей”, “Колыбельная”, “Я говорил, а ты не верила”  — переведены по источникам в интернете.
Оригинальные тексты на иврите можно посмотреть на моём персональном сайте:
https://i-vladimirov.com/главная/переводы/из-иегуды-амихая

Share

Иеѓуда Амихай: О человеке и о любви. Перевод с иврита Евгения Владимирова: 40 комментариев

  1. Л. Беренсон

    Впервые прочитал стихи Амихая на русском. За что очень благодарен переводчику Е. Владимирову. Раньше знал некоторые по их дословному переводу внучки -студентки (ныне выпускницы) лингвистич. факультета Евр. университета.
    Предъявляемые претензии считаю придирками. Известны разные подходы к переводу стихов, полемику по поводу их (подходов) достоинств и недостатков уместна даже на таком любительском уровне, конечно, без наскоков и выпадов. Рядовому читателю сверка с подстрочником ни к чему. Раздраконить, похоже, можно всё, доказательство — поэт Колкер расправился с поэией Давида Самойлова. Кто-то возмутился — да как он смел? Посмел, и редакция, опубликовав, правильно поступила, не будучи, думаю, полностью согласной с критикой. Вольному читателю воля: хоть негодуй, хоть аплодируй.

  2. ЕвгенийВ

    Далеко ходить не надо, чтобы увидеть возможное (никем не порицаемое, замечу) разнообразие переводов.
    Вот, к примеру, несколько переводов одного сонета Шекспира (а сколько их всего, трудно сосчитать):

    http://engshop.ru/shekspir-sonet-66-na_anglieskom/

  3. Евгений Беркович

    Арон
    06.12.2020 в 09:24
    Рад, что Ваши ожидания от перевода на этот раз оправдались.

    Я бы не торопился с такими выводами. Но поиск продолжается, и за пожелание успеха спасибо. И Вам удачи!

    1. Арон

      Ниже я «расширил и углубил» поиск. Надеюсь это будет воспринято, как невинная шутка, каковой и является. Однако можно оценить точность следования подстрочнику))

      1. ЕвгенийВ

        Арон, Ваша ошибка, точнее две, не в том, что мои переводы неточны в деталях. Где-то Вы и правы, я и не утверждаю, что они — предел совершенства. Первая ошибка в том, что Вы думаете, что их существует масса, и гораздо лучших. Вы ведь потом искали, искали тщательно, и нашли всего одну книжку — 1991 года!, израильского издательства, где есть НЕКОТОРЫЕ из этих стихов (сами можете оценить, насколько доступна такая книга для русскоязычного читателя).
        Вторая Ваша ошибка — говорить, что эти переводы вульгарная и грязная пародия. Просто это, вероятно, оказался незнакомый Вам Амихай. Такого Амихая, вероятно, не «изучают в школе». Взляните на них просто как на поэзию неизвестного автора, где ж они вульгарны? Что в них «грязного»?

        1. Арон

          Уважаемый Евгений,
          1. Нет, даже будь Вы первым, единственным и недоступным прежде никому переводчиком при публикации «это ответственности не снимает».
          2. И еще раз нет, Евгений, я стараюсь быть точным. Понимаю Ваши затруднения с поиском прямо здесь, в комментариях, поэтому воспроизвожу свою оценку: «развязная пародия на Иуду Амихая». Все остальное теряет смысл.
          Поверьте, я немного больше знаю Иуду Амихая, чем хвастаюсь.

  4. B.Tenenbaum

    У В.Левика есть два перевода известнейшей вещи Байрона, «К Августе».
    Одна близка к подстрочнику, другая — далековата. И тем не менее, обе работы Левика выше всех похвал.
    Перевод поэзии — попытка сделать из камня то, что было сделано из бронзы, или наоборот.
    Но это всегда безумно трудно …

    1. Белла Розенблат

      Это переводы двух РАЗЛИЧНЫХ стихотворений Байрона, созданных соответственно в апреле (Англия) и июле (возле Женевы) 1816 г. Вот их оригиналы:
      1. Stanzas To Augusta
      «When all around grew drear and dark…»
      https://en.m.wikisource.org/wiki/The_Works_of_Lord_Byron_(ed._Coleridge,_Prothero)/Poetry/Volume_3/Poems_of_the_Separation#Stanzas_to_Augusta
      2. Stanzas To Augusta
      «Though the day of my Destiny’s over…»
      https://en.m.wikisource.org/wiki/The_Works_of_Lord_Byron_(ed._Coleridge,_Prothero)/Poetry/Volume_4/Stanzas_to_Augusta

  5. Арон

    «иметь свое мнение по поводу техники перевода»? Такая позиция, Евгений Михайлович, приводит к хаосу. Между тем, перевод — это профессия. Как математику, Вам легко понять, что в поисках границы Вашего определения, я могу любой свой комментарий назвать переводом означенного стихотворения. Да, сделанным по моей школе перевода, да еще для каждого стихотворения своей.
    Вот Евгений Владимиров переводит: בגינה הציבורית ,/בודד ציבורי
    подстрочник: [в общественном сквере,/ общественный одиночка]
    перевод Е.В.: [Среди публики в сквере/ он скверно один,]
    Публичный вместо общественного — приемлемо. Но [на публике в сквере] — это не [в общественном сквере] А [общественный одиночка] — это яркая метафора.
    Извините, я простой рядовой читатель, плохо знающий иврит, мне трудно признать такой текст переводом. Ни в коем случае не предлагаю запрещать Е.В. переводить или играть на скрипке, как и ничто другое, но «как хотите, мне странно» видеть наравне переводы Копельман и Владимирова. Видимо мои ожидания были завышены. Впредь буду следовать правилу «завидуй молча»))
    P.S. Перевод стихотворения \»Жаль. Мы были изобретены хорошо\» можно найти в книге переводов Воловика: Иуда Амихай \»Бог милосерден к маленьким детям\», изд. \»Шокен\», Иерусалим — Тель-Авив, 1991 г., стр. 85.
    Там же есть и некоторые другие стихи из подборки. Думаю, Евгению стоит найти эту двуязычную (с огласовками) книгу. Воловик переводит очень плотно к подстрочнику, он профессионал, как ни относись к результату.

    1. Арон

      Евгений Михайлович, для редактора есть вполне гениальный выход: запрашивать у переводчика подстрочник. А там уж определить о переводе ли речь.

      1. Евгений Беркович

        Арон
        05.12.2020 в 19:12
        Евгений Михайлович, для редактора есть вполне гениальный выход: запрашивать у переводчика подстрочник. А там уж определить о переводе ли речь.

        Дорогой Арон, думаю, это попытка найти простое решение сложной проблемы, о которой чуть раньше напомнил Борис Тененбаум. Такие попытки, увы, обречены на провал.

    2. ЕвгенийВ

      Иногда, Арон, следует прислушаться и к звучанию стиха, к его ритму, а не только к точному значению слов. Вот как звучат приведенные Вами две строки на иврите:
      Ба гина цибурит
      Бодэд цибури
      Мой перевод в этом месте:
      [Среди публики в сквере
      Он скверно один…] — попадает в этот ритм, а перевод [в общественном сквере,/ общественный одиночка] — нет.

      Поэтому, кстати, мне и нравится переводить песни. И, да, согласен — это «непрофессиональный», не академический подход.
      Мои переводы иногда чуть дльше от исходного текста по смыслу слов, но ближе по интонации, по дыханию.

      Да, я не профессиональный переводчик. Я не зарабатываю переводами

      А

    3. ЕвгенийВ

      Хотел сдержаться, но не сдержусь… У меня для Вас, Арон, тоже есть «гениальный выход»: читайте всегда только подстрочники (с детальным перечнем перевода каждого слова или выражения), они и будут для Вас, видимо, лучший вариант перевода поэзии с языка, которого Вы не знаете

      1. Арон

        Не надо сдерживаться, Евгений Михайлович. Позвольте дополнить Ваше замечание. Подстрочник многослоен. Первый слой — это пословный перевод, второй — это перевод более крупных синтаксических единиц текста: строк, идиом, метафор… Есть еще третий и четвертый слои. Именно так и переводит профессионал уровня Левика, спасибо B.Tenenbaum, отступая от подстрочника. Но профессионал не толкует смысл, не привносит свою интонацию или любование звуком туда, где его нет и в помине. Это делает любитель. Имеет право. Но это все удел переводчика и читателя, я справлюсь, если захочу что-то прочесть. А Вы редактор, Вы своим отбором придаете авторитет публикации. Ожидания от Вас другие, по крайней мере у меня. Впрочем, это не важно.

        1. Евгений Беркович

          Арон
          05.12.2020 в 21:52
          Не надо сдерживаться, Евгений Михайлович.
          По-моему, Вы перепутали, к кому обращаетесь.
          Позвольте дополнить Ваше замечание. Подстрочник многослоен. Первый слой — это пословный перевод, второй — это перевод более крупных синтаксических единиц текста: строк, идиом, метафор… Есть еще третий и четвертый слои. Именно так и переводит профессионал уровня Левика, спасибо B.Tenenbaum, отступая от подстрочника. Но профессионал не толкует смысл, не привносит свою интонацию или любование звуком туда, где его нет и в помине. Это делает любитель. Имеет право. Но это все удел переводчика и читателя, я справлюсь, если захочу что-то прочесть. А Вы редактор, Вы своим отбором придаете авторитет публикации. Ожидания от Вас другие, по крайней мере у меня.
          Извините, что не оправдал Ваши ожидания. Я от перевода жду немного большего. Как один любитель перевел оригинал, добавив свою интонацию и любование звуком.
          Горные вершины
          Спят во тьме ночной;
          Тихие долины
          Полны свежей мглой;
          Не пылит дорога,
          Не дрожат листы…
          Подожди немного,
          Отдохнешь и ты.

          А в оригинале всего-то:

          Ueber allen Gipfeln
          Ist Ruh,
          In allen Wipfeln
          Spürest du
          Kaum einen Hauch;
          Die Vögelein schweigen im Walde.
          Warte nur, balde
          Ruhest du auch.
          Удачи!

          1. Арон

            О, да! Этой серебряной пулей меня уже однажды убивали. Правда наоборот, как примером точности перевода. Рад, что Ваши ожидания от перевода на этот раз оправдались. Успехов Вам и переводчику!

  6. Арон

    Евгений, сделайте мне одолжение, перестаньте примазываться к моему замечательному фельетону. Вами там не пахнет, Вы не мой персонаж.

    1. ЕвгенийВ

      Арон, я и не хочу. Только одно, напоследок. У Вас на фельетоне метка «для френдов», как Вы сказали. Проверьте своих френдов; возможно кого-то из них Вам следует удалить из категории…

  7. Арон Липовецкий

    LOL [ржунимагу], спасибо Евг. (и Евг.Мих.), потешили, «עשיתה לי את היום»!
    1. Вы правы: «Любовь в русском стихотворном языке — слово избитое и затертое», поэтому его просто выбрасываем. Недавно тут попалось мне у одного сластолюбца что-то вроде: «Я вас любил, любовь еще быть может в моей душе»… Вот ведь и любовь и душа у пошляка в куче. Да, ба, сколько таких пошляков на всех языках! Как же бесстыже их переводят — с любовью!
    2. А тут: «речь в стихотворении именно про любовь», — Вы не правы. Эти стихи — метафора о разделении Адама и Евы.
    3. Не льстите себе, в моем фельетоне с грифом «для френдов», не ведающих (кроме редактора) о Ваших «переводах», ссылок нет, как нет ни имен ни цитат.
    Это Ваши «переводы» — развязная пародия на Иуду Амихая, чьим именем Вы и прикрыли свои вкусы. Даже Ваш подстрочник примитивен, без синонимов, идиом и вариаций, «отрезать» и все.
    4. Вы заступились за редактора? Надеюсь, он Вас об этом просил. Обратите внимание: Вы уже дважды норовите говорить от чужого имени.

    Евг. Мих., для справки. Израильского поэта-классика, преподаваемого в школе Иуду Амихая на русский переводили многие и давно. Помимо качественных журнальных публикаций мне известны две объемные книги его переводов, обе выполнены признанными профессионалами А. Воловиком и А. Барашем. Почему было элементарно не сравнить?

    1. ЕвгенийВ

      Считаю в дальнейшем для себя совершенно невозможным вести диалог в таком оскорбительном тоне. Не думаю, что должен отвечать на Ваши выпады и оправдываться. Вы прочли хотя бы остальные стихи? Вы можете привести хоть один альтернативный перевод этого стихотворения, какого угодно переводчика? Не надо прятать эротизм, который несомненно есть в любовных стихах Амихая, объявляя его вульгарностью, привнесенной переводом. Ничего вульгарного и пошлого в моих переводах не увидел до сих пор никто, кроме Вас.
      С моим мнением о Вас, прежде достаточно высоком, Вас может ознакомить сам редактор, если захочет опубликовать мою с ним короткую переписку.
      Вам я могу только порекомендовать послушать мой перевод на иврит стихотворения И.Бродского «От окраины к центру», который есть вот здесь:

      и решить самому, владеете ли Вы ивритом в такой же мере, и имеете ли моральное поучать меня. Перевод этого стихотворения, которое я очень люблю, занял у меня несколько лет. Можно мне после этого приписывать подход «пипл схавает». Это Ваша лексика, и она говорит только о Вас самом.

      1. Арон

        «Перевод этого стихотворения, которое я очень люблю, занял у меня несколько лет.»
        Поздравляю! Перевести фразу: «они нас отделили» тремя глаголами: «Разобрали, развинтили, раскурочили нас надвое.» — это ярко и красноречиво.
        Извините, Евгений, виноват. Я Вас недооценил.

        1. ЕвгенийВ

          я говорил о стихотворении Бродского «От окраины к центру», извините, я недостаточно четко выразился:

          https://lyricstranslate.com/en/%D0%BE%D1%82-%D0%BE%D0%BA%D1%80%D0%B0%D0%B8%D0%BD%D1%8B-%D0%BA-%D1%86%D0%B5%D0%BD%D1%82%D1%80%D1%83-%D7%9E%D7%94%D7%A4%D7%A8%D7%91%D7%A8-%D7%9C%D7%9E%D7%A8%D7%9B%D7%96.html

          но Вы же все равно не посмотрите. Как и на остальные стихи в этой подборке, кстати… Зачем вам?

          1. Арон

            Посмотрю с удовольствием! Вам прислать мой прайс-лист?

      1. Белла Розенблат

        Евгений, вижу, что Вы один из тех редких участников сайта, кто может и дерзает переводить с русского на иврит, причем это для Вас не профессия, а любимое занятие! И что Вы любите и сами пишете фантастику, а значит, обладаете развитым воображением и ראש פתוח (незашоренностью).
        Мы ищем таких людей, способных осознанно переводить на иврит Учение Живой Этики — Агни Йоги. Это великая задача.
        Международный Рериховский Центр «АГНИ» — это неформальная, незарегистрированная общественная организация. Работаем без денег. Подробности — в моем блоге на этом Портале. Результаты на сегодня — на нашем ивритском сайте
        https://irc-agni.livejournal.com/
        Добро пожаловать как читатель или участник!

        1. ЕвгенийВ

          Спасибо, уважаемая Белла, за столь неожиданное предложение. Вряд ли я смогу быть активным участником. Я заглянул на сайт, он посвящен религиозно-этическому учению семьи Рерих, как я понял, а о нём я не знаю ровно ничего. Правда, мне нравятся многие картины Николая Рериха, у меня есть даже большой-пребольшой альбом картин Рериха, оставшийся от отца.
          Я с уважением отношусь к любой религии и вере, если её этические нормы мне близки, признаю культурно-историческое значение веры, но при этом остаюсь сторонником научного мировоззрения, заставляющего всё подвергать сомнению и проверке, и относиться скептически к любому утвержденю веры, которое вторгается в область науки и не подтверждается ей. И научно-фантастические рассказики мои, коих всего-то два, написаны в старомодной манере фантастики именно научной.
          Другая большая проблема в том, что я сильно занят на работе, иногда ни на что иное не остается сил; то, что я публикую на своем сайте, в том числе, переводы, накопилось не быстро, за годы.
          Так что, за переводы не возьмусь, а почитать ещё, вероятно, зайду

          1. Белла Розенблат

            Спасибо за подробный и честный ответ, Евгений! Учение Живой Этики — Агни Йоги — это разделы науки Высших Представителей Космического Разума, которые были доступны избранным представителям нашего человечества первой половины двадцатого века. Телепатисески переданы руководителем Шамбалы семье Рерих и записаны рукой Елены Ивановны Рерих, на языке научно-популярной литературы того времени. Там есть многие предсказания, сейчас уже исполнившиеся. Слово «религия» происходит от латинского «религаре» и означает «связь с высшим». В Каббале утверждается, что, на протяжении истории человечества, нам помогают информацией внеземные цивилизации, некоторые люди могут их даже видеть.
            Скоро откроем новый сайт на русском языке, я сообщу на моем блоге на этом Портале:
            http://blogs.7iskusstv.com/?author=339
            Удачи Вам и дальнейшего просветления!

          2. Белла Розенблат

            Телепатически (исправляю опечатку в моем предыдущем комментарии)

          3. Белла Розенблат

            Евгений, если Вы захотите поближе познакомиться с Учением Живой Этики — Агни Йоги.
            Человеку с Вашим бэкграундом, думаю, хорошо начинать с последней, 14-й книги Учения — «Надземное»:
            http://agniyoga.org/ay_ru/Supermundane.php
            И поглядывать в книгу Стульгинского (Стульгинскиса) «Введение в Агни Йогу»:
            https://agniyoga.sibro.ru/living-ethics/vvedenie-v-agni-yogu/
            Познакомилась с Учением в 2008 г. В 2015 г. получила разрешение от моего Учителя отвечать на вопросы по Учению.
            Буду рада обсуждениям!

    2. ЕвгенийВ

      «Эти стихи — метафора о разделении Адама и Евы.»
      Да. Признаю, что это интересная версия, достаточно яркий образ и хорошая метафора. Она имеет полное право на жизнь, наряду с той более приземленной и бытовой метафорой о разлученных влюбленных, которую видел я, когда переводил. Хотя в ней есть и ряд нестыковок, которые приходится домысливать и замазывать. И трудно в конкретном переводе очень краткого, в общем-то, текста сделать эту метафору более очевидной, чем первую. Да и надо ли? Это ведь тоже будет корректировкой авторского текста в угоду метафоре, предпочтительной для переводчика.
      И вряд ли мы найдеи в каких-то авторитетных источниках, начиная с самого Амихая, указание, как именно надо истолковывать это,прямо скажем, не часто упоминаемое стихотворение.

      Возможно, если бы я держал в уме именно эту картину, я сделал бы перевод немного иначе, не так сильно подчеркивая чувство досады и обиды ЛГ на «разлучителей». Хотя полностью убрать досаду невозможно, она звучит и в названии.
      Слова «любовь» тут нет, есть слово «любящая», прилагательное. Допустим, «задумка (чтобы уйти от среднего рода) хорошая и любящая». Но кого любящая? Саму себя? (ведь их еще не разобрали). Возможно, Бога… или жизнь…
      Что ж, подождем других переводчиков

      1. Арон

        Да что же их ждать, вот, например, мой многогранный перевод:
        ***
        Эти чуваки отрубили
        твои ляжки от моих гениталий
        Чуть что они мясники. Все!

        Расчленили нас
        пополам, моё и твоё.
        Те еще слесаря.

        Печалька. Мы были ништяк устроены,
        обласканы: просто цыпочка из парня и девки —
        перепонки и все остальное.
        мы даже подпрыгнули,
        да что там, мы уже порхали.

        1. Арон

          Ладно, помещу здесь еще один, сокровенный, много секунд на него ушло:
          ***
          Противные отбрили
          твои ягодички от моих тестикул
          Надо же, санитары какие все.

          Расклеили нас,
          марку от конверта,
          словно фискалы-коллекционеры

          Жалко как! Нас сочленили с фантазией
          пригладили: бумажный змей из сладкой парочки
          перышки до кучи
          уже подбросило нас,
          уже парили.

          1. ЕвгенийВ

            Арон, так вот где Ваш подлинный талант! В этом жанре… я тоже Вас сильно недооценил.)

    3. Евгений Беркович

      Арон Липовецкий: Евг. Мих., для справки. Израильского поэта-классика, преподаваемого в школе Иуду Амихая на русский переводили многие и давно.
      Уважаемый Арон, для справки: в наших журналах Амихая переводили минимум три автора, в авторском каталоге указаны Зоя Копельман, Евгений Владимиров и Адольф Гоман. Так что сравнивать есть с чем. Амихай настолько многогранный поэт, что одному переводчику вряд ли по силам адекватно представить его творчество. Евгению Владимирову не стоило сюда выносить Ваш личный постинг в фейсбуке, но объяснить свою позицию в отношении перевода он, безусловно, имеет право. Как и иметь свое мнение по поводу техники перевода. То же касается и Вашего права на оценку перевода. Лицензии на перевод Амихая, насколько я знаю, нет ни у одного переводчика, и редакция с удовольствием рассмотрит любые предложения и варианты. Удачи!

  8. ЕвгенийВ

    что ж… уже не для Липовецкого, которому настолько \»все ясно\», что он, как выяснилось, написал абсолютно издевательский пасквиль на Фейсбуке по мотивам нашего диалога, высокохудожественно его разукрасив грязными ругательствами, которые задевают не только меня (на что мне наплевать), но и редактора альманаха… так вот, не для Липовецкого, а для уважаемых читателей и по совету Евгения Берковича, даю ответы на его замечания к переводу:

    Исходный текст на иврите:
    הם קטעו
    את ירכיך ממתני.
    לגבי הם תמיד
    רופאים. כולם.

    הם פרקו אותנו
    זה מזה. לגבי הם מהנדסים.

    חבל. היינו אמצאה טובה
    ואוהבת: אוירון עשוי מאיש ואישה,
    כנפים והכל:
    מעט התרוממנו מן הארץ,
    מעט עפנו.

    Подстрочник:
    \»Они отрезали
    твои бедра
    от моей поясницы (талии).
    Для меня они всегда
    врачи. Все.

    Они отделили нас
    одного от другого. Для меня они механики(инженеры).

    Жаль. Мы были хорошее изобретение
    и любящее: аэроплан сделанный из мужчины и женщины,
    крылья и всё:
    Немного приподнялись от земли,
    немного летали.

    Мой перевод:
    Отрезали
    твои бедра от моей поясницы,
    Чертовы эскулапы.
    Все они.

    Разобрали, развинтили,
    раскурочили нас надвое.
    Тоже мне, инженеры…

    Жаль. Мы были отличным изобретением:
    Аэроплан из мужчины и женщины:
    Крылышки, и все остальное…
    Мы даже чуть-чуть оторвались от земли,
    Почти уже летели.

    Мой первый, общий вопрос — сделал мой перевод стихотворение хуже, чем подстрочник? По смыслу, по образам, по настроению? Очень хочется надеятся, что нет. Мне кажется, я совершенно точно отразил те чувства и смысл, которые вложил в стихи автор. Но, несомненно, могут быть иные мнения, ведь речь о поэзии. Здесь простор для дискуссии о переводах поэзии, я не могу все аспекты ее здесь охватить.

    Можно было предъявить массу претензий и к первым куплетам, но огонь критики пришелся на последний:
    — Куда вообще исчезла любовь, спрашивают меня, ведь в иврите было \»и любящее\»?
    — Простите, но разве не ясно, что речь в стихотворении именно про любовь, любовь мужчины и женщины, поднимающая их над землей? Любовь в русском стихотворном языке — слово избитое и затертое, и когда можно обойтись без него, не теряя образ, то может даже и лучше.

    — Почему поменял слово \»приподнялись\» на \»оторвались от земли\».
    — Потому что на иврите слово \»приподнялись\» более поэтично, в нем есть элемент взлета, набора высоты. А в русском \»оторвались от земли\» более поэтично, чем приподнялись. И смысл абсолютно тот, чта в стихотворении Амихая. А предложенный критиком перевод для \»отрыва от земли\» — להמריא — это именно взлет, штатный, рутинный взлет самолёта.

    Ну и последняя претензия, что:
    — Глагол ואוהבת танахический по форме и переводится «и будешь любить/любима»
    — Ну что тут ответишь? При чем здесь танахическая форма, вы же видите текст стихотворения… это слово \»и любящая\» просто часть фразы \»Мы были изобретение хорошее и любящее\» (изобретение в иврите — женского рода, а не среднего). Может, я и впрямь чего не понимаю? Ау! Знатоки иврита…

  9. Арон Липовецкий

    Уважаемый Евгений! Спасибо за переводы с иврита восхитительного поэта Иуды Амихая! Спасибо и за возможность увидеть оригиналы. На своем, увы, не высоком уровне иврита я прочел только самое короткое стихотворение: «Жаль, мы были отличным…»
    Ваш перевод на строку короче, но вот как выглядит в оригинале последняя строфа:

    חבל. היינו אמצאה טובה
    ואוהבת: אוירון עשוי מאיש ואישה,
    כנפים והכל:
    מעט התרוממנו מן הארץ,
    מעט עפנו.

    В Ваших последних пяти строках исчезла «любовь», которая так или иначе есть в слове ואוהבת Кроме того, на иврите «оторваться от земли» или взлететь – это להמריא Автор его избежал, у него «приподнялись над землей».
    В целом Ваш Иуда Амихай получился весьма экспрессивен. Оценивать не берусь, но мне показалось, что это стихи о родах.

    1. Евгений

      Спасибо за отзыв, уважаемый Арон! Эти переводы были похожи на роды для меня самого, в основном. Причем, на первые.

      1. Арон

        В своем переводе я не справился с нетривиальным местом. Глагол ואוהבת танахический по форме и переводится «и будешь любить/любима», ср.: с וְאָכַלְתָּ
        וְשָׂבָעְתָּ – вэахальта вэсавата — «и будешь есть и насытишься/будешь сыт». Не исключено, что именно от этого места и следует начинать перевод.

        1. Евгений

          Уважаемый Арон, у Амихая действительно много прямых и косвенных отсылок к Танаху. Но в данном случае, мне кажется, не нужно копать так глубоко. Здесь простая фраза и ясный образ, хотя эта фраза разбита на две строки в строфе. И запятой там нет:
          «חבל. היינו אמצאה טובה ואוהבת: אוירון עשוי מאיש ואישה»
          т.е., «Жаль. Мы были изобретением хорошим и любящим: аэроплан, сделанный из мужчины и женщины»

          1. Арон Липовецкий

            Спасибо, Вы развеяли мои сомнения

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

AlphaOmega Captcha Mathematica  –  Do the Math