©"Заметки по еврейской истории"
  февраль-март 2020 года

246 просмотров всего, 2 просмотров сегодня

У нас (да и везде в мире!) не народ формирует власть  (сегодня — как и вчера — мы к формированию власти не имеем никакого отношения), а, наоборот, власть лепит из нас тот народ, который ей надобен, чтобы она могла нами успешно (с её, власти, точки зрения)  руководить и чувствовала при этом себя с нами уверенно.

Ефим Смулянский

НАРОД И ВЛАСТЬ — КТО КОГО?  

Один из читателей так прокомментировал открытое письмо хорошего музыканта, но, скажем прямо, несостоявшегося мудреца  Андрея Макаревича гражданам Российской Федерации (газета «Московский комсомолец» от 10.11.2012 г.):  «Правильные темы затронул…».
Правильные-то правильные, только затронул он их совершенно, по-моему,  шиворот-навыворот.
Вот финальная фраза всего письма:

«И пока мы не перестанем унижать и грабить друг друга, тащить сами у себя, пока не научимся любить и уважать себя и окружающих — никто и ничто нам не поможет. Ни господь бог, ни патриарх, ни координационный совет. Даже Путин».

«Главное — изменить себя. Тогда остальное изменится тоже. Древние говорили: хочешь изменить мир — измени себя. У нас власть такая, какой мы достойны. Изменимся мы, изменится и власть» — неправда это, две мысли в этом тексте, нет, даже три — неправда.

Сначала более заковыристый случай, хотя и меньше дёргающий меня за живое. Мне кажется, древние были мудрее, чем нам теперь представляется, и когда они писали «хочешь изменить мир — измени себя», они не имели в виду примитивную мысль, что если изменишь себя, то и мир следом обязательно изменится, нет! Всё сложнее: наше представление о мире определяется нашим внутренним содержанием — тем, какие мы. И если мы изменимся, то и наше представление о мире изменится, причём не потому, что сам мир действительно изменится, а потому, что изменились мы и, следовательно, изменилось наше представление о мире. А мир — останется таким же, каким и был. Но вот наше понимание его, представление о нём — изменится. Т.е. если хочешь изменить своё понимание мира, своё отношение к нему, своё представление о нём — изменись сам, стань умнее, мудрее, проницательнее, точнее…

И основная мысль «Изменимся мы, изменится и власть» тоже совершенно, предельно ошибочна: даже если весь наш народ завтра станет «ангелами во плоти», это совсем не гарантирует того, что наши лидеры тоже станут ангелами и научатся делать своё дело, как надо, а многочисленная чиновничья рать будет ставить народные интересы выше своих — шкурных. Не будет этого, не будет никогда, пока нами руководят те, кто руководит — не нужно обманывать себя и других, строя красивые иллюзии.

Из той финальной фразы прямо следует, что как только мы «перестанем унижать и грабить друг друга, тащить сами у себя, научимся любить и уважать себя и окружающих…» так тут же сразу прямо с небес нам поможет Господь Бог, из врат ХСС явится нам помогать Патриарх всея Руси Кирилл (Гундяев), ну, и, само собой, Владимир Владимирович в это благородное дело свой обол внесёт!  По-моему, такая благостная картина вполне укладывается в известную поэтическую формулу: это было бы смешно, если б не было так грустно.

Отсюда прямо следует такая привлекательная на первый взгляд мысль, что во всех наших бедах виноваты мы сами. В них невиновен никто: ни господь Бог, ни Президент, ни Патриарх… Отсюда буквально один шаг до такого привычного теперь, что «народишко-то у нас поганый, никудышный, с гнильцой…».  Известный петербургский публицист Даниил Коцюбинский когда-то в блоге на «Эхе Москвы» написал: «Если у власти в стране — троечники, значит ее граждане — двоечники».  Фраза настолько красивая, что вполне может претендовать на афористичность. Но, как и для всякого афоризма, для неё вполне справедлив давно лично мною открытый «закон сохранения»: чем красивше сказано, тем меньше правды. Силлогизм Коцюбинского совершенно нелеп, ибо из него с неизбежностью следует, что, если в какой-то  стране у власти фашисты, то её граждане ещё те распрофашисты — клейма ставить негде, а если Пол Пот, то вся страна состоит из отъявленных головорезов-полпотовцев, которые сами себя уничтожают… Оч-чень красиво! И, главное, вполне «адекватно» отражает действительность…чуть глуповато, правда, но что поделаешь — красота требует жертв.

Однако, если взглянуть на вещи внимательнее и подумать «тщательнЕе», то выяснится совсем иное. Самое бездарное — считать, что «народец плохонький». Думаю, что в конце 20-х годов можно было бы говорить то же самое об итальянцах, а потом по очереди и о немцах, испанцах, китайцах, камбоджийцах, а сегодня, например, об иранцах (понятно, почему я перечисляю упомянутые народы именно в такой последовательности?).  Но объяснить, почему в Северной Корее «народец плохонький», а в Южной — нет, люди с таким пониманием сути вещей никогда не смогут. Делить людей на народы «плохонькие» и не очень — не только неконструктивно, но и нелепо.

Не надо бездумно повторять глупостей, на которые так горазды профессиональные забалтыватели настоящих проблем. Ни народ, ни общество никогда виновными не бывают. Народ и общество — это некоторые данности — сущности, которые в принципе не могут быть плохими или хорошими, правильными или нет, виноватыми или правыми, к ним эти дефиниции неприменимы. Древние латиняне недаром говорили: Vox populi — vox Dei.

Можно привести пример немецкого народа, который за тридцать с небольшим лет успел побывать «культурным и просвещённым» до 14 года, «варварским и преступным» до 45-го, а потом, после 45-го  «покаялся» и стал опять «нормальным и цивилизованным». Скорость, с которой это происходило, приводит к мысли, что тут что-то не то, что ментальность, как говорят,  «общественное бессознательное»  народа не могут меняться с такой быстротой. Тогда, как это объяснить? Да очень просто — не народ менялся, а власть, которая, разными способами придя к кормилу, под прикрытием какой-никакой легитимности творила то, что мы видели. А народ уже вынужден был подчиняться задаваемым властью правилам. Изгнать преступную власть можно было бы только насильственным путём.  Однако, всенародное восстание против решительной тоталитарной власти невозможно почти никогда (разве получилось бы что-нибудь у повстанцев в Ливии, если бы не бомбардировки НАТО… а сегодня в Сирии — получается? А если бы ГКЧП не напилось всем коллективом всклянь, а отдало приказ солдатикам в Москве и в Петербурге стрелять — был бы у нас Ельцин? Думаю, нет! У фон Штауффенберга тоже не получилось.) Так что, народ виноват? Общество? Можно было бы уже понять: во всём, что происходит в любой стране, ВСЕГДА виновата только власть.

Другой разговор, что в некоторых странах сегодня (уже после Гитлера и Сталина) государственное управление устроено с таким количеством перекрёстных сдержек и противовесов, что никакие фокусы и эксцессы со стороны власти невозможны. К тому же, там уже успело сформироваться т.н. гражданское общество. Но в новых, молодых, только что образованных государствах этого нет — не научились ещё. И ведь нельзя исключить популистское жульничество в своих шкурных интересах отдельных якобы либеральных и демократических политиков — спрашивается, зачем Собчак, Шахрай, Шейнис и др. творцы нашей Конституции заложили в неё принцип президентской республики? Ума не хватило понять, что надо делать парламентскую? Думаю, причины, похоже, другие, но находились они, опять-таки, в тогдашней верховной власти.

Подведём итог: народы живут по-разному не потому, что они такие разные, а потому, что власть у них разная.  Люди в любой стране живут так, как этой страной управляет власть. Целью власти в России никогда не было улучшение жизни народа. Можно, конечно, сразу же уцепиться за лежащий на поверхности аргумент, утверждающий, что в России такая власть именно потому, что такой народ. Но это — грубейшая ошибка. Её первым озвучил французский философ-остроумец граф Жозеф де Местр, для которого было важнее сказать «красивую афоризму», чем прояснить истинное положение вещей. Он её и сказал: «Каждый народ имеет то правительство, которого он заслуживает». Это и обозначает, что у нас власть такая, какой мы достойны. Но этот лживый, даже, на мой взгляд, глуповатый (хотя и, действительно, красиво сказанный) афоризм  де Местра настолько глубоко внедрился в наши падкие до красивых слов мозги, что общим местом стало его повторение чуть ли ни каждым вторым нашим мудрецом-соотечественником — и это следствие глубочайшего непонимания действительных взаимоотношений актуальной власти и населения.  Если бы дать себе труд минутку-другую спокойно подумать, то сразу стало бы ясно, что практически ни один народ в мире не имеет адекватной, достойной его власти, что подавляющее число правителей, тех, что мы зовём «государственными мужами», значительно хуже народов, которыми они управляют,  подлее их, глупее, более жестоки и безнравственны, а часто и просто недостойны хоть кем-нибудь управлять.

Т.е. эта максима — туфта, разводка внешне блестящего французского графа-любителя les mots (словечек).  И так почти во всём мире — народ умнее, а, главное, лучше своих политиков. Очень, очень редко какой-нибудь приличный, порядочный человек (Ганди там какой-нибудь или маршал Маннергейм, Вацлав Гавел или подло убитый Улоф Пальме…) становится национальным лидером… Но это крайне маловероятно… Чаще всего туда пролезают высокопрофессиональные обманщики и мерзавцы. Может и умные, но всё же недостаточно умные для того, чтобы понять своё настоящее место. И обязательно внутренне ущербные. И почти везде интересы и цели находящихся у власти (правителей) не совпадают с интересами населения. Вернее, власть учитывает интересы людей только на очень узком сегменте необходимости участвовать в следующем электоральном цикле. Чаще всего народ выбирает власть либо обманутый политиками и политтехнологами, либо оболваненный тотальной пропагандой СМИ. А иногда (как мы видим, у нас) выборы — это просто фарс: в России (как и во всех других авторитарных режимах) народ к формированию власти имеет самое минимальное отношение. В подавляющем большинстве стран (скажем больше: почти везде в мире, в том числе, и в считающихся самыми демократичными странах) народ в периоды между выборами имеет самые мизерные возможности повлиять на качество управления. Вон, например, в Венгрии несколько лет назад на улицы больше месяца почти ежедневно выходило почти сто тысяч (!) граждан, требующих отставки премьера Ференца Дюрченя… И что? А ничего…

И вообще, все подобные конструкции: «каков народ — такова и власть», «каково общество — такова и армия», «какие спортсмены — такие и болельщики «…  и т.п., которыми так любят у нас щеголять с телеэкрана всякие умники на бессмысленных, чаще всего, ток-шоу — это злостная, на мой взгляд, заведомая ложь, ловко придуманная нашими доморощенными сурковыми,  которых так много развелось в наше подлейшее время. Эти «силлогизмы», меняющие местами причину и следствие, придуманы для того, чтобы фальсифицировать действительное положение вещей, тем самым выводя из-под удара настоящих виновников того безобразия, которое уже давно творится у нас в стране. У нас (да и везде в мире!) не народ формирует власть  (сегодня — как и вчера — мы к формированию власти не имеем никакого отношения), а, наоборот, власть лепит из нас тот народ, который ей надобен, чтобы она могла нами успешно (с её, власти, точки зрения)  руководить и чувствовала при этом себя с нами уверенно. История знает совершенно поразительный пример того, как один человек может решающим образом резко повернуть историю целой страны: Кемаль-паша Ататюрк за годы своего правления превратил отсталую феодальную Османскую империю в почти европейское государство.

Люди в России мало чем (скажем иначе: несущественно) отличаются от обитателей Чехии,  Колумбии  или Германии. Все народы в своих основных характеристиках примерно одинаковы, а отличаются только некоторыми малосущественными отличиями. В любом народе, в любом его представителе наличествует весь набор обычных человеческих качеств: ум и глупость, страх и смелость, благородство и подлость, хитрость и простодушие… — ничто человеческое нам, людям, не чуждо. Естественно, в каждом из нас эти качества присутствует в разных пропорциях, но обязательно присутствует. Этим и пользуются политиканы в своих целях, «выуживая»  из нас самые мерзкие наши качества, «активируют» их, и разными хитроумными способами вынуждают нас поступать против нашего разума,  совести, общественной и личной пользы к преступной выгоде этих «политиков» и осуществляемой ими власти. Т.е. не народ формирует свою власть, а власть при помощи своих многочисленных и порой весьма тонких инструментов воспитывает в народе нужные ей качества. Если вы серьёзно подумаете над историей СССР, то сообразите, что лучшего подтверждения моим словам и искать не надо.

Многие из нас, правда, отчаянно сопротивляются, но лично я не убеждён, что это нам поможет — сдаётся мне, что всё-таки недостаточно у нас что-то понимающих и сопротивляющихся. Скорее, похоже на то, что власть сама нас (и себя!) приведёт к обрыву… Вот такие невесёлые мысли после прочитанного письма большого художника…  Но не сказать их — было выше моих сил.

Share

Ефим Смулянский: Народ и власть — кто кого?: 1 комментарий

  1. Абрам Торпусман

    По-моему, правильно. Сколько мы слышим, что русские всегда подчинялись и будут подчиняться диктаторской власти — народ-раб! Причём это утверждают не только Сурков и единомышленники, но и скептические либералы. А ведь только две Кореи решительно противостоят такой схеме! А есть ещё Китай и Тайвань. А вчера было две Германии, позавчера — два Вьетнама. Не в народной ментальности дело, а в навязанной власти.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

AlphaOmega Captcha Mathematica  –  Do the Math
     
 
В окошко капчи (AlphaOmega Captcha Mathematica) сверху следует вводить РЕЗУЛЬТАТ предложенного математического действия