©"Заметки по еврейской истории"
  октябрь 2021 года

 528 total views,  1 views today

Да, он еврей, и я не могу отрицать этого. Но я не понимаю, почему это должно стать причиной для упреков в его адрес… Если верно, что Рутенберг принимал участие в убийстве отца Гапона, бывшего агентом-провокатором, то так же верно и то, что в 1917 году, будучи заместителем губернатора Петрограда, Рутенберг рекомендовал главе Временного правительства Керенскому повесить Ленина и Троцкого.

Сёма Давидович

ЧЕРЧИЛЛЬ: ПАЛЕСТИНА, СИОНИЗМ, ЕВРЕИ

(продолжение. Начало в № 8-9/2021)

04. Министр колоний. 1921-1922 годы. В Лондоне.

«Если когданибудь они станут большинством в этой
стране, они возьмут её естественным образом»

Посещение Палестины как будто подтвердило Черчиллю его правоту в оценке сионизма и его роли для Британской империи. По возвращении выступая в Палате общин он сказал:

«Увидев подобные результаты, достигнутые таким трудом и усилиями, я готов спорить с любым, кто посмеет утверждать, будто правительство Великобритании может не посчитаться с этим и подвергнуть фермеров опасности жестоких нападений со стороны арабских фанатиков. Было бы бесчестным допустить что-либо подобное. Я рассказываю о том, что видел собственными глазами. Расположенные вокруг еврейской колонии дома арабов также покрыты черепицей, а не выстроены из глины, так что культура из этого центра распространяется и на окружающие районы.»[1]

Увы, такого нападения долго ждать не пришлось, правда началось всё нападением не на колонистов, а на жителей Яффо. 1 мая 1921 года в Яффо арабы начали погром, поводом к которому послужили беспорядки во время первомайской демонстрации.

На окраине Тель Авива столкнулись две колонны демонстрантов — колонна «Ахдут ха-Авода»[2], разрешенная властями, и колонна революционеров-«мопсим»[3], несших плакат:

«Да здравствует Первое мая! Долой английское угнетение! Да здравствует социальная революция! Да здравствует Советская Социалистическая Палестина!»[4]

Полиция начала наводить порядок, направила колонну «мопсим» назад в Яффо, где на них напали арабы, что быстро переросло в еврейский погром, продолжавшийся несколько дней и перекинувшийся в другие места. В результате погибло 47 евреев и 48 арабов, 140 евреев и 73 араба были ранены[5].

Узнав, что погром начался с демонстрации яффских большевиков, Черчилль дал строжайшее указание Верховному комиссару Самуэлю не впускать еврейских большевиков в Палестину и что «следует без промедления и отсрочки изгнать из Палестины всех виновных в подрывной агитации«. А выступая по возвращении из Палестины в Парламенте Черчилль заявил:

«Делаются все возможные усилия, чтобы обеспечить въезд в Палестину только добропорядочных граждан, которые будут обустраивать страну. Мы не можем допустить, чтобы страна была наводнена большевистским сбродом, жаждущим свергнуть правительственные устои, как они это уже сделали в той стране, откуда прибыли.»[6]

Подавив волнения, Самуэль временно приостановил прибытие новых олим. В июне, на праздновании дня рожденья короля, он выступил с речью, заверив арабов, что создание еврейского национального дома не будет выполняться им в ущерб и объявил об ограничении размеров алии в соответствии с «экономической емкостью страны».

11 июля Вейцман в доме Бальфура встретился с Ллойд Джорджем и Черчиллем. (Представьте, что Ганди просит министра Империи пригласить на встречу с ним премьер-министра и Министра колоний!)

Вейцман пожаловался на речь Самуэля — без свободной иммиграции евреи никогда не смогут стать большинством в Палестине. Черчилль возражал против такой интерпретации речи, Ллойд Джордж и Бальфур, к удивлению Черчилля, заявили, что Декларация Бальфура всегда подразумевала создание в будущем Еврейского государства, на что Черчилль заметил, что 9 из 10 британских чиновников в Палестине против Декларации. Вейцман возразил против идеи учредить в Палестине представительское правительство, поскольку евреи составляли меньшинство, Ллойд Джордж и Бальфур с ним согласились. Вейцман утверждал, что ограничение иммиграции подстёгивает арабский террор, его угроза так серьёзна, что сионисты должны будут подумать о контрабандном ввозе оружия, на что он, Вейцман, пока не давал своего согласия. Неожиданно Черчилль ответил: «Мы не будем против, но не объявим об этом»[7]. Все согласились, что ограничение иммиграции — временная мера. На вопрос Черчилля: сколько иммигрантов сионисты хотят привезти в Палестину, Вейцман не ответил. Черчилль заявил, что иммигранты не должны приезжать без средств и с ним все согласились. Через несколько месяцев иммиграция возобновилась.

3 июня была опубликована Белая книга 1922 года по Палестине, которую часто называют Белой Книгой Черчилля[8].

Главным в этом достаточно коротком, менее 2 тысяч слов документе (перевод см. Приложение 3) было:

Белая книга— Великобритания не отказывается от Декларации Бальфура и еврейская иммиграция будет продолжаться, но с учётом экономической ёмкости страны;

— права арабов этим не ущемляются, а ожидания, сионистов, что «Палестина должна стать такой же еврейской, как Англия является английской» неосуществимы;

— в состав Законодательного Собрания, кроме избираемых членов, будут введены британские чиновники.

Арабы Белую книгу отвергли, сионистская Организация, несмотря на возражения Жаботинского, её приняла.

В «Белой Книге» Черчилля было провозглашено намерение учредить Законодательное собрание. Арабы требовали демократические выборы по принципу: один человек — один голос. Его воплощение означало бы конец Декларации Бальфура, конец алие. Британцы хотели решить проблему, постановив, что Законодательное Собрание должно действовать в рамках Мандата, и следовательно, в соответствии с Декларацией Бальфура. Арабы отказались участвовать в выборах и Собрание созвано не было, Верховный комиссар стал обладать и законодательной, и исполнительной властью, а также правом назначать судей.

Черчилль предвидел правильно. 21 июня 1922 года Палата лордов приняла, 60 голосами против 29, резолюцию: «Мандат на Палестину не приемлем для Палаты лордов, так как он противоречит чувствам и желаниям большинства населения Палестины»[9].

Через две недели, 4 июля Черчилль в Палате общин со всей своей энергией выступил в защиту политики правительства в Палестине. «Обязательства в отношении евреев были даны во время войны. Они были даны с учетом исторических заслуг и достоинств еврейского народа, но не только, хотя я и убежден, что эти достоинства сами по себе являются весьма значительными. Эти обязательства были приняты нами прежде всего потому, что было решено, что это внесет ценный вклад в наши усилия выиграть войну. Мы полагали, что поддержка, которую могут оказать евреи во всех частях света, особенно в Соединенных Штатах и в России, принесет ощутимую пользу Великобритании в ходе войны»…

Положа руку на сердце, признаю, что очень трудно создать новый Сион. Но если на воротах Иерусалима вы поместите плакат: «Израильтян просят не беспокоиться» — в таком случае, надеюсь, палата позволит мне ограничиться исключительно ирландскими проблемами»[10].

А за три недели до этого выступления, 14 июня, выступая там же Черчилль провозгласил:

«После всего что мы сделали, мы не можем допустить, чтобы арабы продолжали притеснять евреев. Их опасения, что они будут выдавлены с их земель — вздор. Количество евреев не должно превышать числа, которое может быть обеспечено растущим благосостоянием и ресурсами страны. В этом нет сомнения, хотя в настоящее время Палестина испытывает чрезвычайную нехватку населения».

Черчилль не сказал тогда, что неделей раньше, 9 июня, он поддержал предложение Ллойд Джорджа рассмотреть возможность, для сокращения расходов бюджета, передать мандаты на Палестину и Месопотамию США и предложил самому[11] обнародовать это предложение. Ллойд Джордж не согласился — США навряд ли его примут и, кроме того, неуместно оглашать такие предложения публично.

Премьер-министру Канады Черчилль сказал про своё виденье будущего Палестины: «Если когданибудь они [евреи] станут большинством в этой стране, они возьмут её естественным образом»[12].

Рутенберг подал заявку на приобретение концессии на строительство электростанции в Палестине, Черчилль заявку одобрил (при условии закупки оборудования в Англии), но эта история вызвала бурю негодования в Палате общин. Черчилль энергично защитил своё решение:

«Разве не должно показаться всем жителям Палестины сказочным подарком то, что с приездом на эту землю евреев перед ними открылись возможности превращения бывших пустынь в цветущие сады и обретения счастливого будущего для всех?… Если предоставить арабов Палестины самим себе, то и через тысячу лет они не смогут ни обводнить засушливые районы Палестины, ни обеспечить добычу здесь электроэнергии. Нет, они с философским стоицизмом будут наблюдать за тем, как воды Иордана свободно текут сквозь засушливую пустыню, не принося ей ничего, и без всякой пользы впадают в Мертвое море».

На обвинения самого Рутенберга в большевизме Черчилль ответил:

«Да, он еврей, и я не могу отрицать этого. Но я не понимаю, почему это должно стать причиной для упреков в его адрес… Если верно, что Рутенберг принимал участие в убийстве отца Гапона, бывшего агентом-провокатором и намеревавшегося выведать для русской полиции секреты революционеров, то так же верно и то, что в 1917 году, будучи заместителем губернатора Петрограда, Рутенберг рекомендовал главе Временного правительства Керенскому повесить Ленина и Троцкого»[13]

Палата общин отклонила требование Палаты лордов и проголосовала за правительственную политику в Палестине, 292 — За, 35 — Против. А 24 июля 1922 Лига Наций окончательно утвердила британский мандат в Палестине, неотъемлемой частью которого была Декларация Бальфура.

19 октября 1922 года коалиция консерваторов и либералов развалилась, последний премьер-либерал в истории Британии Ллойд Джордж ушёл в отставку, к власти пришли консерваторы, в правительстве которых для Черчилля, ушедшего от тори к вигам, места конечно же не было. К тому же Черчилль в ноябре проиграл выборы и на 2 года перестал быть не только министром, но и депутатом.

За год и восемь месяцев пребывания Черчилля Министром колоний на несколько десятилетий была определена судьба Ближнего Востока. Кроме того, он хорошо справился с поставленной перед ним задачей — за этот период на 75% сократились расходы казначейства на Ближнем Востоке — с £45 миллионов до £11 миллионов в год[14].

Что касается Палестины, то:

— была определена её восточная граница по реке Иордан и от неё была отделена Трансиордания, включены Негев и Арава, а также определена граница с Сирией и Ливаном на севере, река Литани не вошла в территорию Палестины;

— была подтверждена приверженность Великобритании выполнению Декларации Бальфура. (Черчилль не был среди её инициаторов, он позиционировал себя как отстраненный, беспристрастный её исполнитель. В 1921 году он написал:

«Я делал и делаю всё, что в моих силах для выполнения данных сионистам обещаний: мистером Бальфуром от имени Военного кабинета и премьер-министром на конференции в Сан Ремо»[15]);

— продолжалась, хотя и с ограничениями, алия.

05. Канцлер казначейства, просто депутат. 1924-1939 годы

«Это может произойти через столетия и через поколения»

6 ноября 1924 года сбылась мечта Черчилля — он одел ту самую мантию, которую снял его отец в 1886 году. Консерваторы, после недолгого правления лейбористов, вернулись во власть и ставший премьером Стэнли Болдуин неожиданно назначил Черчилля на вторую по важности должность в правительстве — Канцлера казначейства. (Министра финансов). Незадолго до этого, Черчилль, примкнувший[16] после 20-лететнего перерыва снова к тори, с третьей попытки победил на парламентских выборах по округу в Эппинге. Он останется депутатом от этого округа почти до конца жизни[17].

На посту Канцлера казначейства он занимался бюджетом — он провёл их пять, возвратом к «золотому стандарту»[18], тарифами, пенсиями и социальным обеспечением, борьбой с забастовками … Проблем маленькой, далёкой, жаркой страны не было в перечне его приоритетов.

Но несколько раз ему пришлось заняться и Палестиной. Главной его задачей на Ближнем Востоке было сокращение расходов. Проведённый им возврат к Золотому стандарту привел к повышению курса £, что нанесло сильный удар по экспорту. Пришлось повысить налоги и сократить правительственные расходы, в том числе и заморские. Черчилль торопил с уходом из Месопотомии (Ирака), в отношении Палестины министерство финансов выдвинуло идею, чтобы Палестина, имевшая профицит бюджета, приняла участие в расходах на управление Трансиорданией. Ничего кроме горькой иронии не мог вызвать факт, что Министр колоний Черчилль недавно провёл отделение Трансиордании от Палестины.

В 1927 году Черчилль написал тогдашнему Министру колоний Лео Амери[19]:

«Нет никаких причин для того, чтобы Палестина была бременем для бюджета. Она может сама оплачивать свои расходы, как делают это другие королевские колонии. Я не понимаю, почему Вас так привлекает идея субсидировать Палестину за счёт нашего налогоплательщика[20]

Идея была отвергнута из-за яростного противодействия тогдашнего Верховного комиссара Палестины фельдмаршала Герберта Пламера[21].

На следующий год Вейцман обратился с просьбой к правительству стать гарантом займа в £2 млн, которую Сионистская Организация (СО) хотела попросить у Лиги Наций на расселение 3 тысяч новых репатриантов. Просьбу горячо поддержал престарелый и больной Артур Бальфур, который тогда был Лордом Президентом Совета. Черчилль неоднократно менял свою позицию, первоначально он одобрил эту идею, затем отправил в Кабинет записку с возражениями, затем снова одобрил откорректированные предложения… В результате гарантии представлены не были.

30 мая 1929 года в Великобритании состоялись парламентские выборы. Второй раз в истории страны премьер-министром стал лейборист, Рамсей Макдональд. За лейбористов проголосовало на 200 тысяч меньше, чем за консерваторов, но они получили в Палате общин на 27 мест больше. Усмешка мажоритарной системы. Через 22 года история повториться, только смениться знак, на выборах 25 октября 1951 года за консерваторов проголосует на 230 тысяч меньше избирателей, чем за лейбористов, но они получат на 17 депутатских мест больше и Черчилль снова станет премьер-министром.

А тогда, в 1929 году, Черчилль больше, чем на 10 лет стал просто депутатом парламента. Эти годы, 1929-1939, Франсуа Бедарида назвал: «Трудный переход через пустыню»[22].

Черчилль писал четырехтомную биографию своего предка, первого герцога Мальборо, занимался своей усадьбой в Чартвелле, путешествовал по Канаде и Америке, выступал с речами и читал лекции, писал статьи для газетного магната Херста, зарабатывая деньги. В Нью Йорке он, переходя 5-ю авеню, забыл о правостороннем движении, попал под автомобиль, но всё обошлось. И хоть он тогда и не занимал никакого поста, ему пошли навстречу. Это было время «Сухого закона», но Черчилль получил разрешение на умеренное употребление алкоголя в лечебных целях.

Разрешение

Его политическая карьера тоже попала под колёса автомобиля, на котором Индия начала медленно продвигаться по пути к независимости. Черчилль был категорически против, он написал про Ганди: «бунтующий второразрядный адвокат, выступает теперь в хорошо известном на Востоке образе факира, поднимающегося полуобнажённым по ступеням дворца Вице-короля[23]. В знак протеста против политики в Индии Черчилль в 1931 году вышел из Теневого кабинета.

Ещё один удар по своему положению, ещё более сильный, — греческий король Георгий II описывал тогдашнего Черчилля как «старого, уставшего, озлобленного господина, который сердился, когда его не слушали, сердился, когда его слушали, сердился от того, что вынужден был оставаться в рядах оппозиции»[24] — Черчилль получил осенью 1936 года. Взошедший на трон в январе 1936 года новый король Эдуард VIII объявил о своём намерении жениться на дважды разведённой американке Уоллис Симпсон. Разразился скандал, премьер-министр Болдуин потребовал, чтобы король выбрал: престол или Симпсон, и Черчилль, чуть ли не единственный из политиков, встал на сторону короля, с которым дружил. Король выбрал любовь и отрёкся. Через 4 года премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль послал бывшего короля Эдуарда VIII, ставшего просто герцогом Виндзорским и жившего в Португалии, губернатором на Багамы. Были опасения, что Гитлер в случае оккупации Великобритании сделает Эдуарда марионеточным королём. Основания к этому были — до войны Эдуард и его супруга не скрывали своих симпатий к гитлеровской Германии.

Но в «годы пустынного одиночества» (wilderness years) Черчилль ни раз реагировал на происходящее в Палестине.

***

В октябре 1930 года была издана следующая после знаменитой Белой книги Черчилля 1920 года (см. Часть I статьи, Приложение 2), так называемая «Белая книга Пассфилда», тогдашнего Министра колоний, в которой утверждалось, что Декларация Бальфура накладывает на Великобританию равные обязательства по отношению как к евреям, так и арабам (что было совершенно неверно — в отношении евреев в Декларации использовалась активная форма: «…приложит все усилия для содействия достижению [создания в Палестине национального очага для еврейского народа]…», в отношении арабов — пассивная: «…не должно производиться никаких действий, которые могли бы нарушить гражданские и религиозные права существующих нееврейских общин в Палестине»).

Еврейская иммиграция не должна затронуть положение арабов и не увеличить безработицу среди них, евреи останутся меньшинством с определённой автономией, в первую очередь культурной. Было обещано развивать Палестину, так, чтобы она смогла принять ещё несколько десятков тысяч людей, частично — арабов, для чего правительство вложит в Палестину несколько миллионов фунтов. Против было Казначейство, против выступили бывшие премьер-министры Ллойд Джордж и Болдуин, бывшие министры — иностранных дел Остин Чемберлен[25] и колоний Лео Амери, первый Верховный комиссар в Палестине Герберт Самуэль, профсоюзный лидер, лейборист Эрнст Бевин (через 15 лет он станет чуть ли не главным врагом Ишува). Черчилль присоединился к протестам. 2 ноября 1930 года, в день рождения Бальфура, он опубликовал статью «Честная игра с евреями»:

«Министр колоний не обратил внимания или проигнорировал тот факт, что эти обязательства [перед евреями и арабами] носят совершенно разный характер … что в Декларации Бальфура, признавались британские обязательства не только по отношению к обитателям Палестины, как арабам, так и евреям, но и по отношению к сионистскому движению во всем мире, которому первоначально и было дано обещание содействовать созданию еврейского национального очага в Палестине… что британские обязательства были даны евреям, вне зависимости от того, где бы они ни находились, с целью гарантировать им право обрести еврейский национальный очаг в Палестине… что никаких подобных обязательств не было дано в отношении арабов, живших вне пределов Палестины»[26].

Через несколько месяцев Вейцман получил письмо от премьер-министра Макдональда, фактически отменяющего положения Белой Книги.

***

Осенью 1934 года Черчилль во второй, и последний, раз посетил Палестину. На яхте своего друга лорда Мойна — того, кто будет убит через 10 лет в Каире боевиками Лехи — он с Клементиной приплыл в Бейрут, оттуда на машине поехали в Дамаск, оттуда через Голаны в Галилею, куда Черчилль не попал в 1921 году. Переночевали в Назарете (Нацерете), на следующий день через Наблус (Шхем) приехали в Иерусалим, где остановились в недавно построенной гостинице «Царь Давид». Здание отеля, открытого в 1930 году, было величественным.

Гостиница

Правое крыло отеля подпольщики Эцеля взорвут через 12 лет.

Интерьер отеля был шикарным, кухня — прекрасной, официантами работали высоченные чёрные суданцы, сновавшие в облегающих красных куртках с золотыми подносами, между посетителями, предлагая виски и кофе.

Фойе

В то время был популярен анекдот:

«Один из американских туристов, увидев отель, решил, что это восстановленный Храм Соломона».

Переночевав в Иерусалиме, Черчилль с Клементиной и присоединившимся к ним Мойном поехали в Иерихон, а оттуда на самолёте полетели[27] в Амман, потом в Петру и оттуда в Каир.

По возвращении в Лондон Черчилль написал Верховному Комиссару Артуру Уокопу[28]:

«… Спасибо вам также за сведения об уровне Галилейского моря. Я надеюсь, что он поднимется в результате дождей. Мой короткий визит в Палестину был очень приятным, и я был весьма тронут вашим вниманием».[29]

Интерес к уровню воды в Галилейском море (озере Кинерет) прекрасно демонстрирует знание Черчиллем особенностей Палестины и её проблем.

***

В 1935 году в Палестину прибыло более 60 тысяч новых репатриантов, многие из них — немецкие евреи, «йекке»[30]. (Общая численность Ишува была тогда около 400 тысяч.) В апреле 1936 года началось арабское восстание, которое продолжалось с перерывами до августа 1939 года. Погибло более 400 евреев, 200 британцев и 5000 арабов. Англичане попытались, наряду с силовым, найти политическое решение, была создана комиссия во главе с лордом Пилем, которая пришла к выводу, что арабов и евреев надо разделить! В 1937 году был опубликован план раздела: Еврейское государство включало в себя Галилею, Изреельскую долину, Бейт Шеан, прибрежную долину от горы Кармель до нынешнего Кирьят-Малахи (17 км севернее Ашкелона), что составляло примерно 20% площади Палестины. Западный берег Иордана, юг прибрежной долины, Негев, Газа становились частью Трансиордании. В Мандате оставался узкий коридор, от Яффо до Иерусалима (вкл.), Лод с аэропортом, Хайфа, Тверия, Цфат. Предусматривалось перемещение 225 000 арабов и 1250 евреев. Решение комиссии вскоре были отменены как практически не выполнимые, но тогда впервые прозвучало решение — Partition, Разделение! [31]

Перед принятием решения комиссия заслушала показания политиков, связанных с проблемами Палестины, 12 марта показания давал, ему было задано около 100 вопросов, бывший Министр колоний Черчилль.

Вот выдержки из них:[32]

«…Наша общая концепция, несомненно, заключалась в том, что, если способность территории Палестины к абсорбции евреев будет позволять принимать там еврейских иммигрантов, то британское правительство не должно стремиться ограничивать их число там так, чтобы они ни в коей мере не смогли стать большинством населения в Палестине. Напротив, я считаю, что такое положение дел, когда они стали бы там большинством населения, соответствовало бы духу Декларации Бальфура».

«…Мы никогда не давали обязательства превратить Палестину в еврейский национальный очаг. Мы заявили лишь, что в Палестине должен быть основан еврейский национальный очаг. Но если все больше евреев будут собираться в этом месте, и так будет продолжаться из века в век, из поколения в поколение, то очевидно, что этот очаг может со временем превратиться в еврейское государство…»

«…Это может произойти через столетия и через поколения. Никто никогда не говорил, какова будет скорость, с которой это произойдет. Решать это будет британское правительство, и оно должно сохранять способность и возможность решать это».

«…В чем заключается грубая несправедливость, если люди приходят и создают в пустыне пальмовые и апельсиновые рощи? В чем несправедливость, если создается все больше рабочих мест и богатства для каждого? В этом нет несправедливости. Несправедливо, если живущие в этой стране оставляют ее пустыней в течение целых тысячелетий».

«Мы хотим, чтобы эти два народа жили вместе и хотим обеспечить их благополучие. Их благополучие значительно вырастет, если они не будут ссориться. Нынешняя пустыня может превратиться в замечательное, плодородное и ухоженное место, и арабы могут получить от этого выгоду. Мы желаем, чтобы они ее получили. Но если, двигаясь слишком быстро, мы будем получать в ответ все эти свирепые бунты, значит, следует задуматься над тем, чтобы двигаться медленнее. Однако в любом случае не следует отклоняться от главной цели, которая состоит в том, что мы должны сохранять в Палестине ядро еврейской национальной жизни, вокруг которого могло бы собраться столько евреев, сколько получило бы там возможность прожить, вне зависимости от ныне существующего национального соотношения населения страны. Таково мое мнение».

«…Будь я сам арабом, мне бы не понравился подобный порядок, однако будет хорошо для всего мира в целом, если Палестина превратится в цивилизованное государство, где вся земля будет обрабатываться, а арабы никогда сами не смогут добиться этого».

«…Британские обязательства будут выполнены, когда станет ясно, что еврейская община станет преобладать в Палестине, когда она станет весьма заметна в количественном и экономическом отношении и сможет обеспечивать всем евреям комфортные условия для проживания и когда мы убедимся в том, что у нас больше нет никаких обязательств перед арабским населением, перед арабским меньшинством в Палестине».

Эти показания не вошли в отчёт комиссии, но в нём был приведён отрывок из Белой книги Черчилля о том, что развитие еврейского национального очага

«…не нацелено на то, чтобы сделать евреев национальным большинством во всей Палестине, но направлено на дальнейшее развитие существующей там еврейской общины для того, чтобы она могла стать тем центром, которым еврейский народ в целом мог бы гордиться и к которому он мог бы стремиться[33]

Арабы предложение отвергли, так же как отвергли его сторонники единого еврейско-арабского государства из Брит Шалом[34] и ревизионисты Жаботинского, мечтавшие о двух берегах Иордана, но Вейцман и Бен Гурион настояли, чтобы Сионистская организация приняла эти предложения «как основу для дальнейших переговоров». Через 20 лет Бен Гурион напишет сыну:

«Если бы разделение было осуществлено, история нашего народа была бы другой, и шесть миллионов евреев в Европе не были бы убиты, большинство из них жило бы в Израиле».[35]

Черчилль был категорически против раздела:

«Евреи должны подождать, пока вся Западная Палестина не будет принадлежать им, как следует из «Белой книги» 1922 года. …Англия в конце концов проснется и победит Муссолини и Гитлера, и тогда придет и ваше [сионистов] время».

В этом убеждении Черчилля укрепил Жаботинский, с которым тот встретился дважды. Он написал Черчиллю, призывая его публично выступить против рекомендаций комиссии:

«Для меня как еврея — а даже мои оппоненты никогда не отрицали, что я представляю чувства еврейских масс, вы один из очень ограниченного круга британских государственных деятелей, благодаря которым между 1917 и 1922 годами возникла сама идея еврейского государства; и мы ожидаем от вас защиты ее теперь, когда она находится под угрозой, и были бы очень разочарованы, не услышав вашего голоса».

И он повторил свой призыв к созданию еврейского государства на обоих берегах Иордана:

«Это государство стало бы убежищем для нескольких миллионов евреев без необходимости перемещать куда-либо живущих там один миллион арабов или их потомков. … Всякая надежда использовать территорию, отведенную еврейскому государству, для организации там еврейской армии, которая постепенно завоевала бы остальную Палестину, предельно абсурдна. Еврейская армия была бы не способна защитить даже само «еврейское государство», если оно было бы атаковано соседними арабскими странами, потому что «еврейское государство» расположено в основном на равнине, над которой господствуют высоты, которые будут принадлежать арабам. Тель-Авив при этом будет находиться на расстоянии пятнадцати миль от ближайших арабских горных орудий, а Хайфа — на расстоянии восемнадцати миль».

28 июля Черчилль на встрече с бароном Мелчеттом[36], высказал мнение, чтобы

«…евреи настаивали на строгом выполнении условий британского мандата, пусть даже для них это означало бы сокращение иммиграции и, возможно, ограничение продажи им земли. Такое положение может продлиться пять, десять или даже двадцать лет. Но это неважно — самое главное то, что принцип создания на территории Палестины еврейского национального очага останется неизменным. Ваши требования, основанные на моральных обязательствах, останутся незыблемыми. Миру предстоит пройти через бурные и тяжелые времена. Возможно, произойдут войны; никто не знает, каковы будут их результаты. Великие задачи и дела смогут пережить этот период, а вот маленькие территории — вряд ли. Я уверен, что великое дело сионизма способно пережить две или три войны.

…Единственная причина, почему был поврежден провод, состоит в том, что вы пустили по нему слишком сильный ток и он расплавился. Его нужно исправить, и это снова будет хороший провод. Причина, по которой вы пустили слишком сильный ток, была связана с преследованиями в Германии, и никоим образом не зависела от вас. Но провод все-таки расплавился. И вам следует обратить на это внимание и принять это в расчет и в будущем применять более умеренные темпы иммиграции»[37].

Сокращение иммиграции и ограничение продажи земли?! Сионисты главной своей задачей тогда, и всегда, ставили увеличение алии и строительство новых поселений!

Через несколько месяцев правительство создало новую комиссию, комиссию Вудхеда, которая признала предложения комиссии Пиля нереализуемыми.

***

Когда в середине 30-х годов на Европу, жившую воспоминаниями о страшной Великой войне, легла тень пришедшего в Германии нацизма, Черчилль стал бороться с ним с такой же яростью и энергией, как 15 лет до этого боролся с большевизмом в России. Он уже не был Военным министром, и его оружием остались только перо и ораторский талант. И результат был тот же.

Черчилля не хотели слушать и его предсказаниям не хотели верить, его протесты против миротворческой политики правительств сначала Болдуина, потом Чемберлена были тщетны, его даже обвиняли в желании развязать новую войну. Основания у критиков были:

«Иногда задается вопрос — почему в конце тридцатых люди не прислушивались к предупреждениям Черчилля в отношении Гитлера? Дело в том, что эти предупреждения звучали точно так же, как его инвективы в адрес Ганди десятью годами ранее»[38]

Но Черчилля хорошо услышали в Германии. Выступая в 1938 году Гитлер вспомнил его:

«Мистер Черчилль открыто провозгласил, что, по его мнению, нынешний режим в Германии должен быть уничтожен в сотрудничестве с внутренними силами в Германии, любезно предложившими себя в его распоряжение. Если бы мистер Черчилль меньше общался с внутренними эмигрантами и оплачиваемыми из-за границы предателями, а больше с истинными немцами, он бы увидел весь идиотизм и глупость того, что он говорит. Я могу только уверить этого джентльмена, что в Германии нет такой силы, которая готова действовать против нынешнего режима»[39].

Увы, Гитлер был прав.

Предупреждая об опасности нацизма, Черчилль часто упоминал о преследовании евреев.

В 1935 году, после принятия нюрнбергских законов, Черчилль написал статью «Правда о Гитлере»:

В двадцатом столетии мы были поражены не только самим фактом обнародования этой чудовищной доктрины, но её исполнением с жестокой энергией как правительством, так и простым народом. Ни прошлая деятельность, ни проявленный патриотизм, даже полученные в войне раны, не могут защитить людей, единственной виной которых является то, что их родители произвели их на свет. Всевозможным преследованиям, как серьёзным, так и мелочным, подвергаются все — от всемирно известных учёных, писателей и композиторов и до несчастных маленьких еврейских детей в общественных школах. И эти преследования не только проводят, ими гордятся.[40]

В 1937 в статье в Evening Standard Черчилль призвал Гитлера прекратить преследование иудеев, протестантов и католиков. В противном случае, Германия не может рассчитывать ни на возврат своих довоенных колоний, ни на британскую финансовую помощь.[41]

6 июля 1938, через 4 месяца после Аншлюса Австрии в статье в The Daily Telegraph Черчилль написал:

«Легко разорять и преследовать евреев, украсть их собственность, лишить их профессии и работы; бросить Ротшильда в тюрьму или долговую яму; заставлять еврейских дам скрести мостовые или оставлять группы беспомощных беженцев на островах на Дунае; и этот спорт продолжает доставлять удовлетворение.»[42]

Через много лет в своём знаменитом труде «Вторая мировая война» Черчилль несколько раз возвращался к теме преследований евреев.

В 1-й же главе он написал (правда без слова «евреи»):

«Немцы совершили под гитлеровским владычеством, на которое они сами позволили себя обречь, такие преступления, которые во всей истории человечества не имеют себе равных по масштабам и злобности. Массовое и систематическое истребление шести или семи миллионов мужчин, женщин и детей в немецких лагерях смерти затмевает своей чудовищностью резню, наспех учинявшуюся Чингисханом, масштабы этой последней кажутся сравнительно ничтожными»[43].

Рассказывая о пути, по которому Гитлер пришёл к власти он писал:

«В 1928 году он [Гитлер] располагал всего 12 мандатами в рейхстаге. В 1930 году эта цифра увеличилась до 107, а в 1932-м — до 230. К тому времени влияние и дисциплина национал-социалистской партии давали себя чувствовать уже во всем строе Германии; всякого рода запугивания, оскорбления и зверства в отношении евреев приобрели широчайшее распространение.»[44]

… «В представлении рядовых членов СА (коричневорубашечников) январский триумф 1933 года должен был принести им свободу грабить не только евреев и спекулянтов, но и все состоятельные классы общества.»[45]

Но, наверное, самым интересным является воспоминание о несостоявшейся встречи с Гитлером. В 1932 году Черчилль поехал в Германию собирать материалы для свой книги «Жизнь Мальборо»

В [мюнхенском] отеле «Регина» один джентльмен представился кому-то из моих спутников. Фамилия его была Ганфштенгль. Он много говорил о фюрере, с которым, по-видимому, был весьма близок… Как оказалось, в то время он был любимцем фюрера. Он сказал, что мне следовало бы встретиться с Гитлером и что устроить это нет ничего легче. Гитлер ежедневно приходит в этот отель около 5 часов дня и будет очень рад увидеться со мной.

В то время у меня не было какого-либо предубеждения против Гитлера. Я мало знал о его доктрине и о его прошлом и совсем ничего не знал о его личных качествах. Я восхищаюсь людьми, которые встают на защиту своей потерпевшей поражение родины, даже если сам нахожусь на другой стороне. Он имел полное право быть германским патриотом, если он желал этого. Я всегда хотел, чтобы Англия, Германия и Франция были друзьями. Однако в разговоре с Ганфштенглем между прочим спросил:

«Почему ваш вождь так жестоко ненавидит евреев? Я могу понять ожесточение против евреев, которые в чем-нибудь провинились или выступают против своей страны, мне понятно также, когда противодействуют их попыткам захватить господствующее положение в какой бы то ни было области. Но как можно быть против человека только потому, что он от рождения принадлежит к той или другой нации? Разве человек властен над своим рождением?»

По-видимому, он все это пересказал Гитлеру, так как уже на следующий день, около полудня, явился с весьма серьезным видом и сообщил, что мое свидание с Гитлером, о котором он со мной договорился, не состоится, так как в этот день фюрер в отель не придет. Больше мне не пришлось видеться с Путци (это было его ласкательное имя), несмотря на то что мы прожили в этом отеле еще несколько дней. Так Гитлер упустил единственный представлявшийся ему случай встретиться со мной. Впоследствии, когда он был уже на вершине своего могущества, мне довелось получить от него несколько приглашений. Однако к тому времени многое изменилось, и я уклонился от них.»[46]

Ни нюрнбергские законы, ни Хрустальная ночь в книге «Вторая Мировая Война» не упомянуты.

***

15 марта 1939 Гитлер доказал, что прав был Черчилль, а не Чемберлен — вермахт вошёл в Прагу, с независимостью Чехословакии, гарантированную Мюнхеном, было покончено, Большая Война становилась реальностью, англичанам было нужно спокойствие вокруг Суэцкого канала — пути в Индию, поддержка евреев в будущей войне с Германией принималась по умолчанию, надо было сохранить на своей стороне арабов[47].

17 марта закончилась провалом Сент-Джеймсская конференция, созванная в попытке найти, после подавления арабского восстания 1936-39 годов, политическое решение для Палестины[48].

17 мая была опубликована Белая книга, фактически аннулировавшая Декларацию Бальфура:

— Палестина не может принадлежать только евреям или только арабам;

— В течение 10 лет (1949 г.!) в Палестине будет создано единое двунациональное государство;

— На первом этапе, чтобы помочь европейским евреям, иммиграция составит 25 тысяч человек[49], и в течение 5 лет будет разрешена иммиграция по 10 тысяч евреев в год, всего 75 тысяч человек. После этого иммиграция будет зависеть от арабского согласия;

— Ограничение на покупку земли евреями, до 95 % земли Палестины будет запрещена к продаже евреям.[50]

Против этой Белой книги, получившей имя тогдашнего Министра колоний Макдональда[51], выступили многие политики: Военный министр Лесли Хор-Белиша[52], Герберт Самуэль, Ллойд Джордж…

И, конечно, Черчилль.

В своих мемуарах Вейцман вспоминал:

«Черчилль вынул из кармана пачку маленьких карточек и прочитал нам свою речь; затем он спросил меня, могу ли я предложить какие-нибудь поправки. Я отвечал, что архитектура речи столь совершенна, что у меня есть только одна или две поправки, столь незначительные, что не стоит его вообще затруднять.»

В своей речи в Палате Общин Черчилль заявил:

«Мне очень печально наблюдать все это. Кто-то из собравшихся здесь решил, что бремя сохранения верности данному слову слишком тяжело для него. Кто-то настроен проарабски, а кое-кто — антисемитски. Но лично я не могу заставить себя выбрать ни один из этих мотивов в качестве лазейки, ведь я с самого начала был искренним сторонником Декларации Бальфура и многократно во всеуслышание повторял это«.

«…Я не могу стоять в стороне и видеть, как торжественные обязательства, данные Великобританией перед лицом всего мира, отбрасываются по причинам административного удобства или — и это будет напрасной надеждой — ради сохранения спокойной жизни. Я бы почувствовал острое разочарование, если бы остался молчать и бездействовать при виде того, что я могу расценить только как акт отказа от своих обязательств.»[53]

Натан Ласки[54] написал Черчиллю из Манчестера:

«Позвольте поздравить вас с великой речью государственного значения, произнесенной вчера по вопросу о Палестине. Я думаю, не будет преувеличением сказать, что вас благословят за это миллионы евреев во всем мире«.

Вейцман послал Черчиллю телеграмму:

«Ваша великолепная речь способна разрушить эту политику правительства. У меня нет слов, чтобы выразить вам свою благодарность»[55]

У Правительства было подавляющее большинство, 22 мая 268 депутатов Палаты общин проголосовали за принятие Белой книги, 179 — против[56]. На следующий день Палата лордов одобрила её без голосования.

Через год, 10 мая 1940 года Черчилль стал премьер-министром Великобритании и оставался им на протяжении 5 лет. Белая книга отменена не была.

(окончание следует)

Приложение №3

Белая книга Черчилля

Государственный секретарь по делам колоний вновь обратил внимание на существующую политическую ситуацию в Палестине с очень серьезным желанием прийти к урегулированию нерешенных вопросов, которые вызвали неуверенность и беспокойство среди определенных слоев населения. После консультации с Верховным комиссаром Палестины было составлено следующее заявление. В нем резюмируются существенные части уже состоявшейся переписки между Государственным секретарем и делегацией Мусульманско-христианского общества Палестины, которая некоторое время находилась в Англии, и излагаются дальнейшие выводы, которые были сделаны с тех пор.

Напряжение, которое время от времени преобладает в Палестине, в основном вызвано опасениями, которые испытывают как отдельные слои арабского, так и еврейского населения. Эти опасения в отношении арабов частично основаны на преувеличенном толковании значения Декларации о создании еврейского национального очага в Палестине, сделанной от имени правительства Его Величества 2 ноября 1917 года.

Были сделаны несанкционированные заявления о том, что целью является создание полностью еврейской Палестины. Были использованы такие фразы, как что Палестина должна стать «такой же еврейской, как Англия является английской». Правительство Его Величества считает любые такие ожидания неосуществимыми и не имеет такой цели. Оно также никогда не предполагало, чего, по-видимому, опасается арабская делегация, исчезновения или подчинения арабского населения, языка или культуры в Палестине. Оно хотело бы привлечь внимание к тому факту, что положения упомянутой Декларации не предполагают, что Палестина в целом должна быть превращена в еврейский национальный дом, но что такой дом должен быть основан в Палестине. В этой связи с удовлетворением отмечалось, что на заседании сионистского конгресса, высшего руководящего органа сионистской организации, проходившего в Карловых Варах в сентябре 1921 года, была принята резолюция, выражающая в качестве официального заявления сионистских целей «решимость еврейского народа жить с арабским народом на условиях единства и взаимного уважения. и вместе с ним превратить общий дом в процветающее сообщество, строительство которого может обеспечить каждому из его народов беспрепятственное национальное развитие».

Также необходимо отметить, что Сионистская комиссия в Палестине, ныне именуемая сионистским Исполкомом, не желала участвовать и не участвует в общем управлении страной. Особое положение, закрепленное за сионистской организацией в статье IV проекта мандата для Палестины, также не подразумевает каких-либо подобных функций. Это особое положение относится к мерам, которые должны быть приняты в Палестине в отношении еврейского населения, и предполагает, что Организация может способствовать общему развитию страны, но не дает ей права участвовать в какой-либо степени в её правительстве.

Кроме того, предполагается, что статус всех граждан Палестины в глазах закона будет палестинским, и никогда не предполагалось, что они или какая-либо их часть должны обладать каким-либо другим юридическим статусом.

Что касается еврейского населения Палестины, похоже, что некоторые опасаются, что правительство Его Величества может отступить от политики, воплощенной в Декларации 1917 года. Поэтому необходимо еще раз подтвердить, что эти опасения необоснованны, и что эта Декларация, подтвержденная Конференцией основных союзных держав в Сан-Ремо и вновь в Севрском договоре, не подлежит изменению.

В течение последних двух или трех поколений евреи воссоздали в Палестине общину, насчитывающую сейчас 80,000 человек, из которых около четверти — фермеры или сельскохозяйственные рабочие. У этого сообщества есть свои собственные политические органы; выборное собрание для руководства своими внутренними проблемами; выборные советы в городах; и организация по контролю над своими школами. У него есть избранный Главный раввинат и Совет раввинов для руководства его религиозными делами. Его дела ведутся на иврите как на родном языке, и ивритская пресса служит его потребностям. Он ведет самобытную интеллектуальную жизнь и демонстрирует значительную экономическую активность. Таким образом, это сообщество с его городским и сельским населением, его политическими, религиозными и социальными организациями, его собственным языком, его собственными обычаями, его собственной жизнью фактически имеет «национальный» характер». На вопрос, что имеется в виду под развитием еврейского национального очага в Палестине, можно ответить, что это не навязывание еврейской национальности жителям Палестины в целом, а дальнейшее развитие существующей еврейской общины с помощью евреев из других частей мира, чтобы она могла стать центром, в котором еврейский народ в целом может проявлять, исходя из религии и расы, свои интересы и гордость. Но для того, чтобы эта община имела наилучшие перспективы свободного развития и предоставляла еврейскому народу полную возможность продемонстрировать свои способности, необходимо, чтобы она знала, что находится в Палестине по праву, а не как проявление терпимости. Вот почему необходимо, чтобы существование еврейского национального очага в Палестине было гарантировано на международном уровне, и чтобы он был официально признан как основанный на исторической связи с древних времён.

Таким образом, правительство Его Величества интерпретирует Декларацию 1917 г., и в свете этого Государственный Секретарь считает, что она не содержит и не подразумевает чего-либо, что должно вызывать тревогу у арабского населения Палестины или разочаровывать евреев.

Для выполнения этой политики необходимо, чтобы еврейская община в Палестине могла увеличивать свою численность за счет иммиграции. Эта иммиграция не может быть настолько большой, чтобы превышать любые экономические возможности страны принимать вновь прибывших. Важно обеспечить, чтобы иммигранты не были обузой для народа Палестины в целом, и чтобы они не лишали работы какую-либо часть нынешнего населения. До сих пор иммиграция выполняла эти условия. Число иммигрантов со времени британской оккупации составило около 25,000 человек.

Необходимо также обеспечить, чтобы политически нежелательные лица не могли проживать в Палестине, и с этой целью администрация принимает и будет принимать все меры предосторожности.

Предполагается, что в Палестине должен быть создан специальный комитет, полностью состоящий из членов нового Законодательного совета, избираемых народом, для обсуждения с администрацией вопросов, касающихся регулирования иммиграции. В случае возникновения разногласий между этим комитетом и Администрацией, вопрос будет передан Правительству Его Величества, которое уделит ему особое внимание. Кроме того, согласно статье 81 проекта Законодательного совета Палестины, любая религиозная община или значительная часть населения Палестины будет иметь общее право подавать апелляцию через Верховного комиссара и Государственного секретаря в Лигу Наций по любому вопросу, по которому они могут считать, что условия мандата не выполняются правительством Палестины.

Что касается Конституции, которую сейчас намереваются принять в Палестине, проект которой уже опубликован, желательно внести ясность в некоторые моменты. Во-первых, дело обстоит не так, как было представлено арабской делегацией, что во время войны правительство Его Величества обязалось немедленно создать независимое национальное правительство в Палестине. Это представление в основном основывается на письме сэра Генри МакМагона, тогдашнего Верховного комиссара Его Величества в Египте, датированном 24 октября 1915 года шерифу Мекки Хусейну, ныне королю Королевства Хиджаз. Утверждается, что это письмо содержит обещание шерифу Мекки признать и поддержать независимость арабов на территориях, предложенных им. Но это обещание было дано с оговоркой, сделанной в том же письме, которое исключало из сферы его действия, среди других территорий, части Сирии, лежащие к западу от округа Дамаск. Эта оговорка всегда рассматривалась правительством Его Величества как охватывающая вилайет Бейрут и независимый санджак Иерусалим. Таким образом, вся Палестина к западу от Иордана была исключена из обязательства сэра Генри МакМагона.

Тем не менее, Правительство Его Величества намерено способствовать установлению полного самоуправления в Палестине. Но оно считает, что в особых обстоятельствах этой страны это должно происходить постепенно, а не внезапно. Первый шаг был сделан, когда на базе института гражданской администрации был создан назначаемый Консультативный совет, который сейчас существует. В то время Верховный комиссар заявил, что это был первый шаг в развитии институтов самоуправления, и теперь предлагается сделать второй шаг путем создания Законодательного совета, в состав которого войдет большая часть членов, избранных на основе широкого применения права голоса. В опубликованном проекте предлагалось, чтобы трое из членов этого Совета были бы неофициальными лицами, назначенными Верховным комиссаром, но после основанных на убедительных соображениях возражений, Государственный секретарь готов отказаться от этого положения. Законодательный совет будет состоять из Верховного комиссара в качестве президента и двенадцати выборных и десяти назначенных членов. Государственный секретарь считает, что до того, как новая мера самоуправления будет распространена на Палестину и Собрание установит контроль над исполнительной властью, было бы разумно подождать некоторое время. За этот период институты страны утвердятся; её финансовый кредит будет основан на прочном фундаменте, а палестинские официальные лица получат возможность приобрести опыт применения надежных методов управления. Через несколько лет ситуация будет снова пересмотрена, и, если опыт работы с конституцией, которая сейчас будет установлена, будет положительным, большая доля власти будет предоставлена избранным представителям народа.

Государственный секретарь хотел бы указать, что нынешняя администрация уже передала Верховному совету, избранному мусульманской общиной Палестины, полный контроль над мусульманскими религиозными фондами (вакфами) и мусульманскими религиозными судами. Этому Совету администрация также добровольно вернула значительные доходы, полученные от пожертвований, которые были конфискованы турецким правительством. Департамент образования также получает рекомендации от комитета, представляющего все слои населения, а министерство торговли и промышленности пользуется преимуществами сотрудничества с торговыми палатами, которые были созданы в основных центрах. Администрация намерена в большей степени объединить аналогичные представительные комитеты с различными департаментами правительства.

Государственный секретарь считает, что политика в этом направлении в сочетании с поддержанием полнейшей религиозной свободы в Палестине и со скрупулезным уважением к правам каждой общины в отношении ее Святых мест, не может не служить различным слоям населения, и что на этой основе может быть создан тот дух сотрудничества, от которого во многом должны зависеть будущий прогресс и процветание Святой Земли.

(окончание следует)

Основные источники

1 Michael Makovsky, «Churchill’s Promised Land».
2. Мартин Гилберт, «Черчилль и евреи«.
3. Michael J Cohen, «PALESTINE TO ISRAEL: From Mandate to Independents».
4. שעיהו פרידמן כיצד נקרע עבר הירדן מעל הבית הלאומי היהודי בארץ-ישראל
5 David Fromkin. «Peace to End All Peace.»
6. Palestine Mandate (1922)
7. Transjordan Memorandum
8. טום שגב, המיליון השביעי: הישראלים והשואה
9. ימי הכלניות — ארץ ישראל בתקופת המנדט טום שגב,
10. «Palestine — Correspondence with the Palestine Arab Delegation and the Zionist Organization«
11. Уинстон Спенсер Черчилль «Вторая Мировая Война«
12. Winston S. Churchill «ZIONISM versus BOLSHEVISM A STRUGGLE FOR THE SOUL OF THE JEWISH PEOPLE»
13. Франсуа Бедарида, «Черчилль»
14. Мартин Гилберт «Черчилль. Биография»
15. Пол Джонсон, «Черчилль»
16. Борис Тененбаум, «Великий Черчилль»
17. William Mathew «Rescuing Balfour: Winston Churchill at the Colonial Office»
18. WILLIAM D. RUBINSTEIN «Winston Churchill and the Jews«

Примечания:

[1] Цитируется по Гилберт «Черчилль и евреи«.

[2] Ахдут ха-Авода (‏אחדות העבודה‏‎ — Единство Труда) — основанная в 1919 году еврейская рабочая политическая партия, которая существовала во времена британского мандата в Палестине. Одна из предшественниц современной партии «Авода».

[3]  См Часть I статьи.

[4] Report by the Commission of Inquiry

[5] מאורעות תרפ»א

[6] 2 цитаты по Гилберт «Черчилль и евреи«.

[7] טום שגב ימי הכלניות — ארץ ישראל בתקופת המנדט

[8] Официальное название:»Palestine — Correspondence with the Palestine Arab Delegation and the Zionist Organization».

[9] Цитируется по: Michael J Cohen, «PALESTINE TO ISRAEL: From Mandate to Independents».

[10] Цитируется по Гилберт «Черчилль и евреи«

[11] Очевидно в попытке сблизиться с консерваторами.

[12] 2 цитаты: Гилберт «Черчилль. Биография».

[13] 2 цитаты: Гилберт «Черчилль и евреи«.

[14] David Fromkin. «Peace to End All Peace».

[15] Цитируется по: Michael Makovsky «Churchill’s Promised Land».

[16] Формально Черчилль объявил о своём возврате к консерваторам в декабре 1924 года.

[17] После войны он избирался по округу Вудфорд, выделенному из округа Эппинг.

[18] Gold Exchange Standardзолотое обеспечение фунта.

[19] Leo Amery, 1873-1955, британский журналист и консервативный политик, скрывавший, что его мать была венгерской еврейкой, один из разработчиков Декларации Бальфура, впоследствии 1-й Лорд Адмиралтейства, Министр колоний и Министр по делам Индии.

[20] Цитируется по: Michael Makovsky «Churchill’s Promised Land».

[21] См. статью «БЕЛОЕ И ЧЁРНОЕ Тридцать лет правления Британии в Палестине«.

[22] Франсуа Бедарида «Черчилль».

[23] ББС Десять упреков Уинстону Черчиллю.

[24] Цитируется по: Франсуа Бедарида «Черчилль».

[25] Austen Chamberlain, не путать с его братом, будущим премьер министром Невиллем Чемберленом, Neville Chamberlain.

[26] Цитируется по: Мартин Гилберт «Черчилль и евреи».

[27] Черчилль был фанатиком авиации, сам пилотировал самолёты.

[28] См. статью «БЕЛОЕ И ЧЁРНОЕ Тридцать лет правления Британии в Палестине«.

[29] Цитируется по: Мартин Гилберт «Черчилль и евреи».

[30] См. статью «ЙЕККЕ. ЕВРЕИ БЕН ЙЕХУДА ШТРАССЕ«.

[31] Подробнее о восстании и о комиссии Пиля см. часть II статьи «БЕЛОЕ И ЧЁРНОЕ
Тридцать лет правления Британии в Палестине
«.

[32] Цитируется по: Мартин Гилберт «Черчилль и евреи».

[33] Там же.

[34] БРИТ-ШАЛО́М (בְּרִית שָׁלוֹם, — союз мира`), немногочисленное, но влиятельное общество, созданное в 1925 г. для установления дружественных отношений между арабами и евреями и совместного еврейско-арабского решения проблем Палестины. Наиболее известный его член — Артур Руппин (ארתור (שמעון) רוּפִּין) и Иехуда Ма́гнес (יהודה לייב מאגנס) — первый глава Еврейского университета 1925–48 гг.

[35] Цитируется по Том Сегев … ימי הכלניות

[36] Henry Mond, 2nd Baron Melchett, 1898-1949, британский политик, промышленник, финансист, сторонник сионизма, вернулся к иудаизму, поддерживал создание Еврейского государства в составе Британского Содружества, один из руководителей Еврейского агентства

[37] 4 цитаты из: Мартин Гилберт «Черчилль и евреи».

[38] John Charmley ББС Десять упреков Уинстону Черчиллю, «Конец британских Раджа в Индии и Мандата в Палестине. Попытка исторического сравнения«.

[39] Цитируется по: Мартин Гилберт «Черчилль и евреи».

[40] Цитируется по: Michael Makovsky «Churchill’s Promised Land»

[41] Мартин Гилберт «Черчилль. Биография«.

[42] Цитируется по: Мартин Гилберт «Черчилль и евреи».

[43] Уинстон Спенсер Черчилль «Вторая мировая война» Том 1 Часть I Глава 4.

[44] Там же. Глава 4.

[45] Там же. Глава 6.

[46] Там же. Глава 5.

[47] Чемберлен заявил 20 апреля: «Если мы должны задеть интересы одной из сторон, давайте заденем интересы евреев, а не арабов.» (Мартин Гилберт «Черчилль и евреи»)

[48] Восстание во многом было подавлено благодаря переброске войск из Европы, которые освободились после подписания Мюнхенских соглашений.

[49] Англичане впервые признали, что прибывающие в Палестину евреи не иммигранты, а беженцы, но 25 тысяч человек было даже меньше, чем капля в море стремящихся бежать от нацистов.

[50] Подробнее про конференцию и Белую книгу см. статью «БЕЛОЕ И ЧЁРНОЕ Тридцать лет правления Британии в Палестине«.

[51] Malcolm John MacDonald, 1901-1981, министр колоний в правительстве Чемберлена, министр здравоохранения в правительстве Черчилля, сын 1-го лейбористского ПМ Рамсея Макдональда.

[52] Leslie Hore-Belisha, 1894–1957, британский государственный деятель, председатель Национальной либеральной партии (с 1931); впоследствии — консерватор, министр транспорта и военный министр, еврей по национальности.

[53] Цитируется по: Мартин Гилберт «Черчилль и евреи».

[54] Nathan Laski, 1863–1941, английский бизнесмен, выходец из Российский империи, еврейский и сионистский активист из Манчестера, познакомился с Черчиллем в 1904 году (см. часть I).

[55] 2 цитаты из: Мартин Гилберт «Черчилль и евреи».

[56] При этом имеющееся тогда парламентское большинство сократилось со 248 до 89 (Michael Makovsky «Churchill’s Promised Land»).

Print Friendly, PDF & Email
Share

Сёма Давидович: Черчилль: Палестина, сионизм, евреи: 12 комментариев

  1. Элиэзер Рабинович

    Прочитал вторую половину — подтверждаю, что это блестящее исследование. И как показан с каким блеском со всем разделывался Черчилль: на 75% сократил расходы короны и сделал еврейский ишув самоокупаемымы; чтобы ни говорили сионисты, и отделение Трансиордании, на территории которой не жил ни один еврей, было праильным шагом на пути превращения Палестины в такую же еврейскую страну, как Англия — английская. Черчилль был мастером игры по разрешению невозможных, казалось бы, проблем.

    Сэм, можно ожидать книгу с Вашей надписью?

  2. Алекс Манфиш

    Уважаемый Сэм, большое спасибо. Очень интересно. Должен сказать, что я, далеко не во всём разделяя Ваши убеждения, согласен с Вами в вопросах оценки роли Британии в довоенной истории Ишува (оценки в основном положительной, несмотря на всё конфликтное и трагическое в отношениях с английскими властями).

    1. Сэм

      Спасибо, Алекс за оценку. Более чётко свой отношение к роли Великобритании в истории создания Еврейского государства я попытался высказать в статье «БЕЛОЕ И ЧЁРНОЕ
      Тридцать лет правления Британии в Палестине»
      http://z.berkovich-zametki.com/y2021/nomer1/sdavidovich/
      Скопирую её окончание:
      8. Чёрное и Белое.
      Правление Великобритании в Палестине окончилась в полночь на 15 мая 1948 года. Подзаголовок статьи не совсем точен. Если принять за начало правления 9 декабря 1917 года, день, когда Египетская экспедиционная армия (Egyptian Expeditionary Force), под командованием генерала Алленби освободила Иерусалим, то оно продолжалось без малого тридцать с половиной лет, если быть пунктуальным — то 11115 дней.
      В эти дни произошло много и хорошего и много плохого. Об этом, собственно, я и попытался рассказать в статье.
      Только факты: за время Мандата население Ишува увеличилось в 10 раз, евреи приобретали землю, развивали сельское хозяйство, строили фабрики, открывали банки. Были основаны сотни новых поселений, включая несколько городов. Была создана система школьного образования и армия, у евреев появилось политическое руководство и органы управления. И с помощью всего этого евреи сумели победить арабов. Нельзя сказать, что это всё было создано англичанами. Ни в коем случае. Иногда при их содействии, иногда при безразличном нейтралитете, иногда при противодействии. Но факт, что Палестина при англичанах изменилась, она стала совсем иной страной.
      Последние годы, особенно периода после окончания войны, годы вражды, переходившей в вооружённую борьбу, отложили свой отпечаток на общее восприятие роли Британии в развитии и становлении Ишува, а потом в создании Еврейского государства. Но может не случайно в Тель Авиве одной из центральных улиц присвоили имя Алленби?
      Представьте на секундочку вариант альтернативной истории: 29 октября 1914 года потомок французских гугенотов немецкий адмирал Сушон не обстрелял российские черноморские порты и не втянул за уши дышащую на ладан Османскую империю в войну, ставшую для неё последней, Палестина не стала Британской. Конечно же Османской она тоже бы долго не пробыла, Османская Империя всё равно бы распалась и распалась бы много раньше Британской и Французской. Но какова была бы тогда судьба Ишува? В лучшем случае — судьба крохотной еврейской общины в Великой Сирии.
      Вывод может сделать каждый свой

      Но как я только что написал в комментарии к Вашей статье про блокаду Ленингада – это всё война с ветряными мельницами: если факты противоречат концепции, то их, фактов, просто не замечают.

  3. VladimirU

    Сэм, прочитал продолжение и с интересом, и с удовольствием. Присоединяюсь ко всем добрым словам в Ваш адрес сказанными другими читателями.

  4. Benny B

    Спасибо, очень интересно — притом еврейская часть деятельности Черчилля представленна в по-моему правильном контексте других важных проблем того времени.

    А по поводу предложений комиссии Пиля уже через несколько месяцев всё сказала комиссия Вудхеда: они нереализуемы.

    1. Сэм

      Бенни, Вы абсолютно правильно заметили — именно это, не только это, конечно, но я хотел показать, что Палестина не была единственным объектом в тогдашнем мире вообще и в сфере британских интересов в частности. А именно такое впечатление может сложиться, когда читаешь порой об истории взаимотношений Британии и Ишува.
      Большое Спасибо за отзыв.

  5. Soplemennik

    Я «могу» осветить. У т.н. палестинцев уже есть своё государство — Иордания бывшая когда-то Трансиорданией (сами виноваты в обрезании передка).

    1. Сэм

      Владимир, как я понял, Шмуэля интересовало немного другое и я попытался вкратце ему ответить.
      Трансиордания (Заиорданье) переминовалась в Иорданию после того, как в 1949 году после войны, которая для неё была успешной, взяла под контроль и знаменитый сегодня»Западный берег».
      И название осталось и после разгрома 1967 года.
      Владимир, интерсно было бы прочесть Ваше мненние по всей статье.
      С уважением
      Сэм

      1. Soplemennik

        Сэм!
        Единственно, что я могу сказать: огромное спасибо за Ваш труд!
        Работу читал. Всё, бесспорно, очень интересно.
        Но сказать что-то квалифицированное не могу.
        Для этого надо знать тему на Вашем уровне и прочитать всё по Вашим ссылкам.
        Сами понимаете, что поезд уже ушёл лет … несколько тому назад.
        Извините, плз.

  6. Шмуэль

    Прочел, как и начало статьи, с большим интересом. Спасибо.
    Странно, что этот мой отзыв первый.
    Очень хорошо, что приведен документ — Белая книга Черчиля.
    В списке используемой литературы книга аатора сайта Тененбаума, интересно бы было узнать его мнение по статье.
    И у меня вопрос: не могли бы вы поподробнее осветить расхождение в подходе сионистов к отделению Трансиордании?

    1. Сэм

      Cпасибо, и Шмуэль, за доброе слово, «которое и кошке приятно». И мне было бы тоже интересно прочесть мнение Бориса.
      Теперь по пробую ответить на Ваш вопрос, хотя добавить мне особо много к тому, что я написал в этой статье и предыдущей про роль Британии в создании Ишува «БЕЛОЕ И ЧЁРНОЕ Тридцать лет правления Британии в Палестине. http://z.berkovich-zametki.com/y2020/nomer8_10/sdavidovich1/ не могу.
      Но попробую сжать до нескольких пунктов.
      1. Левый берег Иордана хорошо подходит, в отличии от земель, что на востоке от него, для земледелия и поэтому сионисты хотели, чтобы восточная граница Палестины проходила где-то между берегом реки и трассой Хиджаской ж.д.
      2. На тот момент восточнее Иордана евреев не было.
      3. Британцы были связаны обещаниями не только перед сионистами, но и перед шерифом Мекки, поэтому решили сохранить османское административное деление.
      4. Конечно все сионисты были против и протестовали. Не только против восточной границы, но и северной – не включение водных ресурсов реки Литани в пределы Палестины.
      5. Но был принципиально различный подход между позицией руководства сионистской организации во главе с Вейцманом и оппозиции во главе с Жаботинским. Первые, в отличии от него, предпочитали видеть стакан наполовину полным и понимать разницу между «рацуй вэмацуй» (желаемым и реально достижимым)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Арифметическая Капча - решите задачу *