©"Заметки по еврейской истории"
  август-сентябрь 2021 года

195 просмотров всего, 1 просмотров сегодня

Палочка искателя у меня в руке — это палочка временнóго исчисления: я сокращаю на шесть веков эпоху Фив и эль-Амарны, и я нахожу в Иерусалиме царя Иосафата, в Самарии — Ахава, в Дамаске — Венадада. Если моя палочка не уведет меня с верного пути, то это цари, которые правили в Иерусалиме, Самарии и Дамаске в эпоху эль-Амарны.

Иммануил Великовский

ВЕКА В ХАОСЕ
ОТ ИСХОДА ДО ФАРАОНА ЭХНАТОНА

Предисловие и публикация Марины Магриловой

(продолжение. Начало в №1/2015 и сл.)

Глава VI

Письма Эль-Амарны и когда они были написаны

Иммануил ВеликовскийНесколько маленьких поселений были раскопаны в долине Нила, где некогда стоял Акет-Атон — «место, где поднимается Атон». Это место носит название, сочиненное современными археологами, — Тель-эль-Амарна. Развалины храмов, дворцов, захоронений, частных строений и мастерских ремесленников были очищены от песка пустыни, под которым они были похоронены в течение тысяч лет.

В 1887 году были раскопаны государственные архивы Тель-эль-Амарны. Крестьянка, копавшая в своем огороде, вывернула из земли несколько глиняных табличек с клинописными знаками; разнесся слух, что она продала свою находку за два шиллинга. Образцы, посланные в музей Лувра, были объявлены подделкой, но вскоре научный мир открыл их истинную ценность.

В течение последующих лет многие археологи начали охоту за глиняными табличками для общественных и личных коллекций. Тем временем таблички откапывались несведущими людьми и торговцами антиквариатом. Многие из них были повреждены, некоторое разбиты на куски из-за непрофессиональных действий, в процессе транспортировки. Их даже, как говорили, делили между собой подпольные «археологи».

К настоящему времени найдено свыше трехсот шестидесяти табличек. За исключением нескольких, обнаруженных в Палестине и в Сирии и, очевидно, принадлежащих к той же самой коллекции, все они, как считается, обнаружены в одном месте или вблизи него, и это место признано государственным архивом Акет-Атона. Только несколько табличек содержат фрагменты эпических поэм; все остальные представляют собой письма, которыми обменивались два следующих друг за другом египетских фараона и их корреспонденты — свободные цари на различных территориях Среднего Востока и Кипра и вассальные цари, принцы или наместники Сирии и Палестины.

Цари на севере не были подчинены царям Египта, и они писали «моему брату», а подписывались «твой брат». Но цари Ханаана и Сирии находились под скипетром нильской династии и писали «моему царю, моему господину», а подписывались «твой слуга». Есть также письма, адресованные некоторым сановникам египетского двора. Письма, написанные фараонами или от их имени, очевидно, копировались и складывались в архив, чтобы сохранить информацию. Язык этих табличек, за немногими исключениями, ассиро-вавилонский (аккадский) с включением многих слов на сирийском диалекте, похожем на еврейский язык[1].

Город Ахетатон был построен фараоном-раскольником Аменхотепом IV, который упразднил культ Амона из Фив и ввел культ Атона, понимаемого как солнечный диск, и изменил свое имя на Эхнатон. Но вскоре после окончания его царствования столица Ахетатон была покинута, его религия заклеймена как ересь, а его изображения разбиты. Его зять, молодой фараон Тутанхамон недолго правил в старой столице — Фивах. Потом династия угасла. Ахетатон имел короткую историю (всего около двадцати пяти лет), прежде чем был покинут его обитателями.

Время написания писем может быть установлено с определенной точностью• Они были адресованы Ниммурии Ni-ib-mu’-wa-ri-ia, Ni-im-mu-ri-ia, Im-mu-ri-ia, который был Аменхотепом III, и Нафурии Na-ap-hu-ru-ri-ia, Nam-hur-ia, который был Аменхотепом IV (Эхнатоном). Письма, посланные Аменхотепу III, были, скорее всего, привезены в Ахетатон из архивов Фив.

Длинные ряды полок заполнены книгами и исследованиями, посвященными этим письмам, которые до недавнего времени оставались самыми древними из сохранившихся образцов государственной переписки. Считалось, что историческая наука располагает свидетельствами о периоде, предшествующем приходу израильтян в Ханаан. Одним из главных объектов исследования была идентификация географических названий и народов, упомянутых в письмах. В табличках, написанных вассальным царем Иерусалима (Урусалима) фараону, постоянно обращалось внимание на «habiru», которые угрожали земле с восточной стороны Иордана. В письмах, посланных из других мест, упоминаний о «habiru» нет, но постоянно говорится о вторжении sa-gaz-mesh (sa-gaz также читается идеографически как habatu и переводится «головорезы», «грабители»). С помощью различных писем было установлено, что habiru и sa-gaz — это одно и то же. В письмах из Сирии о приближении царя Хети к склонам гор Ливана упоминалось с ужасом.

Создается впечатление, что эти вторжения — кабиру с востока и царя Хети с севера — угрожали египетскому владычеству в Сирии, владычеству, которое, как известно, в действительности закончилось вскоре после царствования Эхнатона. В своих письмах вассалы беспрерывно просят о помощи против захватчиков, а часто и против друг друга. Фараон Эхнатон, «первый монотеист в мировой истории»[2]1, не заботился о своей империи; он был поглощен своей мечтой о «религии любви». Помощь не посылалась или была очень незначительной. Господство фараонов над Сирией и Ханааном было сокрушено, и контроль Египта над азиатскими провинциями-данниками прекратился.

Имя «царь Хети» обычно понимается как «царь хеттов». В более поздний период — в период Сети I и Рамзеса II из девятнадцатой династии — шли большие войны между царями Хети и фараонами. В главе, где рассматривается тот период, история «забытой империи хеттов» будет освещена специально. «Царь Хети» периода эль-Амарны должен был быть одним из царей этой «забытой империи».

Слово «хабиру», упоминаемое в письмах царя Иерусалима, стало важным ориентиром и привело к следующему выводу: эти захватчики могли быть евреями времен Иисуса Навина, приблизившимися к границам Ханаана. Хабиру тоже пришли из пустыни и приблизились к этой земле с другой стороны Иордана. Входя в обетованную землю во времена Аменхотепа III и Эхнатона, они, видимо, должны были покинуть Египет где-то во времена Тутмоса III или Аменхотепа II.

Все это не кажется достаточно обоснованным, поскольку эти монархи были завоевателями и деспотами слишком сильными, чтобы позволить израильтянам сбросить иго рабства. Другие ученые отказались от мнения, что хабиру — это евреи, поскольку считалось, что евреи должны были все еще оставаться в Египте во времена Эхнатона и единственная возможность покинуть его могла у них возникнуть в период анархии, когда некогда могущественная династия угасала, или в период междуцарствия, последовавшего за упадком этой династии; это могли быть единственные подходящие моменты для восстания рабов и их ухода. В соответствии с этой точкой зрения, хабиру пришли с волной кочевников из пустыни, горя желанием обосноваться в Ханаане; за этой должны были последовать другие волны, и в одну из них влились израильтяне при Иисусе Навине. Во вступительной главе к этой книге я остановился на различных теориях относительно времени Исхода. Там пояснялось, что значительная группа ученых не может согласиться даже на том, что Исход произошел в конце восемнадцатой династии, но избрала Рамзеса II из девятнадцатой династии как фараона периода Исхода, считая Исход малозначительным событием в истории Египта; порой Рамзес считается фараоном-угнетателем, а его сын Минепта — фараоном Исхода.

Поскольку таблички эль-Амарны, по мнению этих ученых, предшествуют Исходу, хабиру, вероятно, не могли оказаться израильтянами. Искалась другая линия, которая могла бы связать библейское повествование с фактами, содержащимися в этих письмах. В одном египетском придворном с семитским именем и, очевидно, семитским происхождением, Дуду[3], была обнаружена параллель с Иосифом. Память его увековечена не только несколькими письмами из эль-Амарны, к нему адресованными, но и богатым захоронением в Ахетатоне. Фараон Эхнатон, желая сделать специальный дар своим фаворитам, подарил каждому гробницу, построенную при жизни одаряемого и украшенную сценами из жизни фараона и его семьи. Владелец могилы — но обычно не его семья — изображался в виде маленькой фигурки, получающей почести от фараона. В могиле Дуду есть также фигурки семитов, радующихся наградам Дуду. Письмо, написанное этому Дуду, будет цитироваться позже.

Еще одно сходство с Иосифом было обнаружено в личности Ианкама[4], который, по упоминаниям в письмах эль-Амарны, был египетским смотрителем государственных зернохранилищ, куда свозили зерно ханаанские принцы. В тех землях наступил голод, и звучала несмолкаемая мольба о хлебе, которую мы слышим в письмах царей Гублы и Сумура (Сумуры).

Может быть сделано еще одно предположение. Визит Исаака и Ревеки или Авраама и Сары в Египет[5] был связан с упоминанием какой-то жрице богини города Губла и ее муже, которые находились в Египте. Царь Гублы и Сумура поддержал эту супружескую пару в их желании вернуться в Ханаан, если только он в действительности не просил об их высылке.

Но теория, отождествляющая хабиру с евреями, не была отброшена; казалось, что в ином случае истории этих двух древних народов, египтян и евреев, которые жили в соседних странах, не обнаружат связующих нитей в течение многих сотен лет их исторического развития. Другая возможная связь — обелиск Минепты, о котором я скажу позже — трактовалась также или в защиту, или в противовес теории о хабиру-евреях.

Идентичность хабиру и евреев все еще признается многими учеными: в то время, когда были написаны письма эль-Амарны, израильские кочевые племена из пустыни стучали в ворота страны, которую им предстояло завоевать. Противоречит ли это мнение сложившейся схеме, в соответствии с которой израильтяне находились еще в рабстве при Рамзесе II? Если да, то вся концепция должна быть пересмотрена, и следует тогда признать, что миграция евреев должна была происходить в несколько последовательных этапов.

Были выдвинуты соответствующие теории, разделявшие Исход на несколько следующих друг за другом исходов. Клан Рахили и клан Лии покинули Египет в разное время. Когда первые достигли Ханаана, последние еще находились под гнетом в Египте и ушли позже. Другая теория состояла в том, что потомки Иосифа пришли из Египта, а потомки Иакова прямо из Месопотамии. Существует еще одна вариация, согласно которой потомки Иакова пришли из Египта, а потомки Авраама — с севера.

Еще одна трудность, связанная с отождествлением хабиру и евреев, возникает с учетом того факта, что ни одно лицо в Книге Иисуса Навина не может обнаружить соответствия письмам эль-Амарны. Когда израильтяне вошли в Ханаан, царем Иерусалима был Адониседек, царем Хеврона — Гогам, царем Иармуфским — Фирам, царем Лахисским — Яфий и царем Еглокским — Девир (Книга Иисуса Навина 10:3). Среди писем имеется целый ряд написанных царями некоторых из этих земель, но не именно этими царями. Гораздо более важен тот факт, что имеется весьма мало сходства в событиях, описанных в обоих источниках. Эпизод осады Иерихона, самое значительное событие первого периода завоевания, отсутствует в письмах, а Иерихон не упомянут вообще. Это умолчание весьма странно, если хабиру были евреями времен Иисуса Навина. Ни одно современное событие не может быть прослежено по этим письмам.

Фараоны девятнадцатой династии Сети и Рамзес II оставили в Египте и Палестине мемориалы в честь своего прихода в Палестину в качестве завоевателей страны, потерянной фараонами эпохи эль-Амарны или их преемниками. В Книге Иисуса Навина и в Книге Судей, охватывающей свыше четырехсот лет, ничто не свидетельствует о владычестве Египта или его вмешательстве в дела Ханаана.

В силу всех этих доводов казалось весьма смелым относить историю еврейского завоевания к столь далекому времени. Дискуссия все еще продолжается. Некоторые не могли принять теорию, в соответствии с которой евреи уже вошли в Ханаан во времена Аменхотепа III, и Эхнатон под хабиру имел в виду абиру, рабочих египетских каменоломен на Синайском полуострове, которые совершали сезонные путешествия оттуда к себе домой в Ливан; другие исследователи считали их мигрантами из вавилонского района Афира.

Как могли евреи очутиться в Ханаане до того, как они покинули Египет? Или как могли они избавиться от своего рабства в Египте, пока он не ослабел?

Согласно моей хронологической схеме, письма эль-Амарны, посланные и полученные Аменхотепом III и Эхнатоном, были написаны не с 1410 по 1370 г. до н.э., а с 870 по 840, во времена царя Иосафата в Иерусалиме[6]. Если эта теория верна, среди табличек эль-Амарны мы рассчитываем найти письма, написанные царскими писцами, выбитые клинописью, на имя израильских царей Иерусалима и Самарии. Наиболее плодовитым из сочинителей писем среди принцев и военачальников был царь Сумура (Самарии). Сохранилось около шестидесяти его писем, и пятьдесят четыре из них адресованы фараону Египта. Даже фараон писал ему: «Ты пишешь мне больше, чем все наместники».

Триста шестьдесят писем, связывающих политическое прошлое великих и малых народов Ближнего Востока в один из важнейших периодов далекой древности, были предметом долгого изучения для познания египетской, вавилонской, хеттской, сирийской и ханаанской истории. Вывод, сделанный выше относительно времени написания писем, не может быть принят просто потому, что он привязан к схеме, составленной на основании других данных предшествующего и последующих периодов. Необходимо отнестись с должным уважением к самим письмам. Кроме Библии и табличек эль-Амарны, ко времени царя Иосафата относятся еще два источника: обелиск царя Месы Моавитского и надписи ассирийского царя Салманассара III. Не только Библия, но и эти реликвии должны соответствовать содержанию писем эль-Амарны, если верно, что египетская история должна быть пересмотрена и сдвинута больше чем на полтысячелетия.

Иерусалим, Самария и Изреель

Письма из эль-Амарны доносят до нас имена принцев и наместников в Сирии и Палестине и названия городов и крепостей. Вплоть до настоящего времени ни одно из личных имен не было идентифицировано, и удалось проследить только несколько географических названий. Я смогу идентифицировать некоторые важные географические пункты, а также целый ряд личных имен. Урусалим из писем эль-Амарны не может вызвать разных толкований: можно без труда догадаться, что это Иерусалим. Трудность возникает только в связи с некоторыми фрагментами Библии[7], в соответствии с которыми доизраильский город назывался Салем или Иевус, а не Иерусалим. Возникло мнение, что письма эль-Амарны обнаружили ошибочность таких утверждений. Если, однако, письма эль-Амарны были написаны в израильский период, то вышеуказанного конфликта попросту не было бы.

Сумур (а также Сумура) и Губла — это наиболее часто встречающиеся названия городов в письмах эль-Амарны, каждое из них упоминалось свыше ста раз. Другие города упоминались, не более десяти-пятнадцати раз. «С этим городом Сумуром, как и Губла, чаще всего упоминавшимся, не связывалось имя какого-либо царя или принца; несмотря на несчастья, которые на него обрушились, не было обнаружено ни одного письма во. всей обширной корреспонденции эль-Амарны, отправленного из него»[8].

Из содержания писем очевидно, что Сумур был «самым важным местом» в Сирии-Палестине и, вероятно, резиденцией наместника, управлявшего этой территорией. Он был крепостью[9]. Там находился царский дворец, и частые упоминания об этом дворце в письмах к фараону создают впечатление, что речь идет о хорошо известном сооружении.

Сумур или Сумура был Самарией (Shemer Shomron на еврейском). Не могло возникнуть предположения, что Сумур — это Самария, потому что только в период царствования Амврия, отца Ахава, был построен этот город, а в период, предшествующий завоеваниям Иисуса Навина, он, разумеется, не существовал.

3-я Книга Царств 16:24: «И купил Амврий гору Семерон у Семира за два таланта серебра, и застроил гору, и назвал построенный им город Самариею, по имени Семира, владельца горы».

Поскольку гласные были позднейшей интерполяцией в еврейской Библии, введенной мазоретами («носителями предания») через тысячу лет после того, как Ветхий завет был составлен, имя Семер могло также читаться как Сумур.

Самария была окружена высокой стеной, и остатки ее были обнаружены при раскопках. В городе был великолепный царский дворец, и руины его видны еще сегодня.

Тождественность Сумура (Сумуры) и Самарии будет подробно показана на следующих страницах, где описывается история данного периода.

Вместе с Сумуром постоянно повторялось название Губла. В письмах были обнаружены свидетельства того, что Губла считалась преемницей Сумура после того, как этот город на время был оккупирован сирийцами. Царь Гублы писал фараону в Египет (письмо 85): «То, что прежде давалось Сумуру, должно теперь даваться Губле».

Вряд ли найдется хоть одно письмо царя Гублы, где не выражалась бы тревога за Сумур. Название Сумур или Сумура упоминалось в его письмах около восьмидесяти пяти раз, не считая многочисленных фрагментов, когда этот город назывался «царским городом» или «моим городом».

Было установлено, что Губла — это Библос, по-египетски Kpny, но Gwal на финикийском и еврейском[10] — финикийский город к северу от Бейрута. Однако мог существовать и не один Gwal («граница») в районе Сирии-Палестины; например, в Библии есть упоминание о Gwal на юге Палестины[11]. Задавался также вопрос, почему город Gwal (Библос) был изменен на Гублу в письмах эль-Амарны.

Царь Гублы несколько раз упоминал в своих письмах о городе Батруна, и выяснилось, что это древний Ботрис[12]. Однако Менандр, греческий автор, которого цитировал Иосиф[13], говорит об Итобале (Этваале), царе Тирском девятого века, что «именно он основал город Ботрис в Финикии». Выстроенный отчимом царя Ахава, город Ботрис мог быть упомянут в табличках эль-Амарны только в том случае, если его, основание предшествовало эпохе эль-Амарны, что согласуется с предложенной нами реконструкцией.

Если Сумур — это Самария, то Губла, скорее всего, первоначальное название Изрееля, другой столицы Израиля. Амврий выстроил Самарию и дворец в ней. Ахав, его сын, выстроил свой дворец в Изрееле, по соседству с виноградником Навуфея. Там царица Иезавель, жена Ахава, позже нашла свою ужасную смерть. Иезавель (Изевель), оставшаяся в памяти народа как самая ненавистная личность эпохи Царств, была дочерью сидонского царя Ефваала (3-я Книга Царств 16:31). Она принесла зло и нечестие в свою страну, убивала пророков Яхве, преследовала Илию Фесвитянина. Сотни пророков Ваала «ели за столом Иезавели (3-я Книга Царств 18:19). Царь под ее влиянием «стал служить Ваалу и поклоняться ему» (3-я Книга Царств 16:31). Иосиф Флавий говорит, что Иезавель воздвигла храм божеству, «которого они называли Белоc»[14].

Царь Гублы писал почти во всех своих письмах: «Могут Белиту (Ваалу) из Гублы дать власть…». Белит в этих письмах, по-видимому, является божеством Ваалом или Белосом, культ которого был перенесен из Финикии[15].

Таким образом, Губла должна была быть первоначальным названием города, где находилась царская резиденция и который нам известен по Библии как Изреель. У царя Ахава должно было быть много жен, так как он оставил в Самарии семьдесят сыновей (4-я Книга Царств 10:1). Но дочь сидонского царя была главной женой Ахава. Она влияла на него своими чарами, и он выстроил для нее новый дворец при ее активном участии, как повествуется в истории Навуфея. Нельзя было ожидать, что Ахав, отступник, назовет новую резиденцию в честь преследуемого божества, Бога Израиля («Бог посеет»). Возможно, что название новой резиденции возникло из названия финикийского города, любимого финикийской принцессой, ставшей царицей Израиля. Можно также предположить, что эта резиденция была названа в честь этой жены, Иевель, или Губла в клинописной транскрипции, Изевель (Иезавель) в библейской транскрипции[16].

В Библии есть прямое указание на то, что Изреель раньше назывался по имени царицы Иезавель. Когда ее жизнь бесславно завершилась, собаки разорвали ее тело, «и будет труп Иезавели на участке Изреельском, как навоз на поле, так что никто не скажет: это Иезавель» (4-я Книга Царств 9:37)[17]2. Значение этого предложения состоит в том, что название этого места должно быть вычеркнуто со смертью царицы, в честь которой оно было названо. Значит, городу было дано название долины — Изреель[18].

Мы будем продолжать утверждать, что Сумур и Губла были Самарией и Изреелем в Израиле: оба города были двумя столицами одного и того же государства. Царь Гублы беспокоился о другой своей столице, которую время от времени терял и отвоевывал в бесконечных войнах с сирийцами. Когда Сумур терпел поражение, Губла становилась его наследницей. Таким образом, мы теперь имеем ответ на вопрос: почему ни один царь Сумура не упоминался в письмах эль-Амарны, хотя сам город назывался так часто. Его царь имел резиденцию в Губле. Возможно, некоторые письма, заключающие привычное благословение.

— «Да дарует Белит из Гублы силу» — были написаны из Сумура (Самарии).

Поднимая занавес над сценой главного исторического действия эпохи эль-Амарны, мы должны определить действующих лиц на этой сцене.

Пять царей

Цари Древнего Востока обычно имели по несколько имен. Письма из эль-Амарны были адресованы фараону Ниммурии и фараону Нафурии. Ниммурия был Аменхотепом III, а Нафурия — Аменхотепом IV (Эхнатоном). Египетские фараоны обычно имели по пять имен[19]. Не из писем эль-Амарны, но из других египетских документов известно, что Ниммурия было тронным именем Аменхотепа III, а Нафурия — тронным именем Эхнатона. В письмах не встречаются упоминания об именах — Аменхотеп или Эхнатон.

Цари иерусалимские, так же как цари Самарии и Дамаска, тоже имели не по одному имени. Сохранилось пять различных имен Соломона[20]. Царь иерусалимский Езекия имел девять имен[21]. Зная о данном обычае, мы имеем очень ограниченную возможность обнаружить в письмах эль-Амарны имена царей Палестины, известные нам из Библии.

Но если цари имели много имен, это не означает, что мы свободны в выборе вариантов. Все лазейки для неверной идентификации закрыты. Жизнь и войны сирийских и палестинских царей данного периода описаны во многих деталях в Библии и в указанных письмах. Все эти детали должны быть размещены в соответствии с источниками.

На данном этапе дискуссии я буду доволен, если мое отождествление Абди-Хибы с Иосафатом, Риб-Адди с Ахавом и Венадада с Абдн-Аширтой покажется произвольным: в исторических коридорах, заполненных толпами людей из разных столетий, я решительно указываю на лиц, носящих имена, полностью отличные от тех, кого мы ищем; часто даже говорят, что они принадлежат эпохе, отделенной шестью столетиями от той, когда жили те люди, которых мы ищем. Даже до того, как я начал изучать этих людей, избранных без каких-либо явных оснований, я буду настаивать на данной идентификации.

Палочка искателя у меня в руке — это палочка временнóго исчисления: я сокращаю на шесть веков эпоху Фив и эль-Амарны, и я нахожу в Иерусалиме царя Иосафата, в Самарии — Ахава, в Дамаске — Венадада. Если моя палочка не уведет меня с верного пути, то это цари, которые правили в Иерусалиме, Самарии и Дамаске в эпоху эль-Амарны.

Письма Эль-Амарны были написаны в эпоху Аменхотепа III и его сына Эхнатона и примерно через семьдесят лет после того, как Тутмос III покорил Палестину и ограбил храм в Кадеше. Установив, что Соломон и Хатшепсут (царица Савская), Ровоам и Тутмос III (Сусаким), Аса и Аменхотеп (Зарай) — современники, мы обязаны сделать вывод, что иерусалимским корреспондентом Аменхотепа III и Эхнатона был царь Иосафат. Теперь мы не свободны в выборе: или мы ошиблись в этом пункте, или содержание писем эль-Амарны будет соответствовать библейской информации о времени Иосафата. Мы должны быть уверены в этом даже до того, как в первый раз откроем «Письма эль-Амарны».

Пять царей — два сменивших друг друга царя Дамаска, один израильский, один иудейский и один моавитский — были главными действующими лицами на сцене политической жизни египетских провинций Сирии и Палестины в то время, которое мы изучаем. У двух из них в Библии сохранились сходные имена: Азаил, царь Дамаска, назывался Азиру, Азирой или Азару в письмах эль-Амарны. Царь моавитский Меса назывался, как мы увидим, в письмах Месом.

Имя царя иерусалимского из писем эль-Амарны читается как Абди-Хива. Однако если те же самые буквы прочесть как идеографию, то возможно и другое чтение; сначала предполагалось, что это читается как Эбед-Тов («Добрый слуга» по-еврейски)[22], а потом Пути-Хива[23]; другие читали его как Арадхева или Артахева[24]. Из этого примера мы видим, что имена, написанные клинописью, могут читаться по-разному, и чтение Абди-Хива лишь один вариант среди многих других[25]. Может показаться, что первоначальное чтение Эбед-Тов наиболее предпочтительно.

Имя царя иерусалимского Иосафата могло быть даже не одним из его нескольких первоначальных имен, а тем именем, которое дал ему народ, чтобы увековечить его деяния. Оно означает «Яхве — судья» или «тот, кто судит от имени Яхве». Этот царь посылал левитов по городам Иудеи с «книгой законов Яхве», чтобы просвещать народ (2-я Книга Паралипоменон 17:9), и в Иерусалиме был устроен верховный суд для «суда Яхве» (2-я Книга Паралипоменон 19:8‒10). 2-я Книга Паралипоменон 19:5‒6: «И поставил судей на земле по всем укрепленным городам Иудеи, в каждом городе, и сказал судьям: смотрите, что вы делаете; вы творите не суд человеческий, но суд Господа; и Он с вами в деле суда».

Он также выстроил новый дворец правосудия в Иерусалиме (2-я Книга Паралипоменон 20:5). Царь, усилия которого были посвящены такой работе, мог получить в памяти народной прозвище Иосафат. Талмудическое предание утверждает, например, что Соломон («Мир») было посмертным именем царя, сына Давида.

Имя Риб-Адди, записанное идеограммами, означает «старшего (брата среди сыновей) у отца»: первая часть имени означает «старший» брат или «старший» сын, а вторая часть — «отец». Оно составлено, как еврейское имя Ахав, первая часть которого означает «брат» (ah), а вторая часть «отец» (ab). В переписке с Египтом царь Аморейский был назван Абди-Аширта (произносилось также Абду-Астарти, Адра-Астарти).

Из писем царя Сумура[26] можно выяснить, что резиденция царей аморейских, Абди-Аширты и Азару, находилась в Думаске (Дамаске). Это земля Аморейская из писем является Арамом (Сирией) в библейском тексте. То, что Аморейская земля означает Сирию, известно нам также по надписи Салманассара III[27].

Согласно Николаю Дамасскому, историку первого века до нашей эры, Венадад было родовым именем для царей Дамаска[28]3. Многие библиеведы также придерживались мнения, что имя Венадад — это общее обозначение царей Дамаска[29], а историки считают, что царь Дамаска, который был противником Ахава, в действительности назывался Биридри, он возглавлял коалицию против Салманассара III, как нам известно из надписи этого ассирийского царя». «Каким образом это имя могло быть переведено в Библии как Венадад, остается неясным»[30].

Мы обнаружим реального Биридри из писем эль-Амарны в личности коменданта Мегиддо.

Существовал обычай называть царей в соответствии с религиозным культом, который практиковался в их владениях. О почитании Астарты и Иштар во времена Вена дада упоминалось в Библии[31]. Имя Абд’Астарт было употребительным в девятом веке: Иосиф Флавий, который ссылался на уже не существующую работу Менандра Эфесского, представляет перечень финикийских царей. Хирам, современник Соломона, имел внука, по имени Абд’Астарт, который в возрасте тридцати девяти лет был убит четырьмя сыновьями своей кормилицы[32]. Эта история может быть отзвуком убийства Бен-Адада (Венадада) (4-я Книга Царств 8).

Библейская версия имени Азаил, при том, что l и r не изменяются, отличается от имени на табличках (Азиру или Азару) придыхательным звуком h[33]. Ученые, которые выводят иври (евреев) из хабиру, без всяких затруднений сделали бы Азаила производным от Азару. Иосиф Флавий называл Азаила именем Азаел.

Цари Иерусалима и Самарии были наследными принцами. В письмах эль-Амарны они называют себя rabiti sari, принцами или наместниками; из контекста писем ясно, что каждый из них сидел на троне своего отца. Царь-регент Самарии напоминал фараону о том времени, когда отец фараона приходил на помощь его отцу. И царь иерусалимский писал (письмо 286): «И вот, не мой отец и не моя мать посадили меня на это место. Но могущественной рукой царя был введен я в дом отца моего».

Это означает, что фараон Египта был волен выбрать среди царских наследников того, кто сменит на троне своего отца, вассального царя.

Наместники были приближены к «регентам», вассальным царям, как представители египетской короны. Один из них правил северной Сирией, и его резиденция, вероятно, находилась в Дамаске. Другой наместник имел резиденцию в Самарии (Сумуре). Мы встретим их обоих не только в письмах, но и в библии, и узнаем их там.

В Иерусалиме постоянного представителя не было. В одном из своих писем царь Иерусалима просит, чтобы «представитель царя», резиденция которого находилась в Газе, был послан посетить Иерусалим[34]. Время от времени уполномоченный чиновник посещал Иерусалим[35]. Эти представительские визиты по приглашению и отсутствие постоянного представителя египетской короны предполагают, что иерусалимский царь как вассал обладал большей независимостью, чем другие цари и военачальники.

Хотя цари Иерусалима и Самарии сами были вассалами, они имели своих собственных данников. Царь Иерусалима получал подношения и дань серебром и крупным рогатым скотом от аравийских царей и из Филистии (2-я 1нига Паралипоменон 17:11). Царь моавитский Меса был данником Самарии (4-я Книга Царств 3:4). В письмах эль-Амарны мы часто встретим «мятежника Меса», мятежного царя Моава, а «amelut-gaz-mesh» были «народом мятежника Меса», или моавитянами.

В отличие от царей, другие действующие на исторической сцене лица обычно имели только одно имя. Имена египетских военных наместников и военачальников Иудеи, а также некоторые другие имена, сходны в письмах эль-Амарны и в Библии. Сходство или идентичность имен подтверждаются идентичностью функций их носителей, как она представлена в Библии и в письмах.

В книгах Царств и Паралипоменон и в письмах эль-Амарны можно обнаружить не только исторических деятелей из Иудеи, Моава и Сирии, но можно сравнить имена правителей мелких царств Сирии в письмах эль-Амарны и в надписях Салманассара, ассирийского царя, который жил во времена Иосафата и Ахава. Оба эти источника — письма эль-Амарны и надписи ассирийского царя — написаны одинаково, клинописью. Позже, в ходе изучения писем эль-Амарны, будут установлены участники освободительной войны против захватчиков с севера.

 Письма военачальников Иосафата

У царя Иосафата во главе армии стояло пять военачальников. 2-я Книга Паралипоменон 17:14‒19:

«И вот список их по поколениям их: у Иуды начальники тысяч: Адна начальник, и у него отличных воинов триста тысяч;

За ними Иоханан начальник, и у него двести восемьдесят тысяч;

За ним Амасия, сын Зихри, посвятивший себя Господу, и у него двести тысяч воинов отличных;

У Вениамина: отличный воин Елиада, и у него вооруженных луком и щитом двести тысяч;

За ними Иегозавад, и у него сто восемьдесят тысяч вооруженных воинов.

Вот служившие царю, сверх тех, которых расставил царь в укрепленных городах по всей Иудее».

Фраза «список их по поколениям» имеет решающее значение. Она указывает на существование феодальной системы в эту эпоху, когда чин в армии был наследственным, переходящим от отца к сыну. Мы найдем в следующем поколении имена военачальников Исмаила, сына Иегохананова и Елишафата, сына Зихри[36]. Количество людей, подчиненных каждому из пяти военачальников, могло означать, что в их феодальных владениях находилось сто, двести или триста тысяч человек, готовых для набора; однако возможно другое объяснение, и оно представлено в последующих главах.

Письма эль-Амарны предлагают богатый материал о феодальной системе в Иудее в ту эпоху.

Мы выделяем письма, написанные тремя из пяти военачальников Иосафата. Их военная должность одна и та же в письмах и в книгах Паралипоменон, их имена легко распознать. Небольшая вариация одного из имен содержит коннотацию, которая выведет нас на размышления по поводу развития религии в Иудее и реформы, которая произошла вскоре после смерти Иосафата.

Аддудани (произносилось также Аддадани) из писем эль-Амарны назывался в Библии Адной[37]. Но надпись Шамши-Раммана, который стал ассирийским царем после Салманассара в 825 году до н. э., содержит упоминание о подарке, который он получил от Ададану, принца Газы (Азати)[38]. «Сын Зукру» из писем эль-Амарны называется «сыном Зихри» в Библии[39]. Иазибада из писем эль-Амарны — это Иегозавад из Библии.

Эти военачальники были действительно важными чинами в армии, поскольку фараон переписывался непосредственно с ними; однако в их письмах почтительные обороты демонстрируют их более подчиненное положение и отличаются от стиля писем царя иерусалимского.

В соответствии со своей позицией главнокомандующего Аддудани поддерживал активную переписку с фараоном, и сохранилось четыре его письма, весьма подробных. Из них мы узнаем о сложной системе, которая связывала военачальника непосредственно с фараоном, с местным представителем фараона и с царем (регентом) в Иерусалиме. Фараон писал Аддудани:

Письмо 294: «Выслушай твоего наместника и защити города царя, твоего властелина, которые тебе доверены».

Аддудани отвечает заверениями в собственной лояльности:

Письмо 292: «Итак говорит Аддудани, твой слуга…. Я услышал слова, которые царь, властелин мой, написал своему слуге: «Защити своего наместника и защити города царя, твоего властелина». И вот я защищаю, и вот я день и ночь внимаю словам царя, моего господина. И дозволь царю, моему господину, уделить внимание его слуге».

После этого вступления он сообщил о местных делах, о приготовлениях к встрече лучников царя, о караванах, о конфликтах между ним и наместником, о гарнизоне, который он разместил в Яффе, и прочем.

Те же самые слова были обращены к сыну «Зихри»: «Защищай города царя, которые тебе доверены». Этот приказ повторялся в ответе сына Зихру. Обычай повторения в письмах целых фраз из письма, на которое отвечали, позволил сохранить ценные факты из потерянных табличек эль-Амарны.

Первое имя автора этого письма не сохранилось, есть только его второе имя «сын Зихру»[40]. В библейском перечне пяти военачальников Иосафата только один назван по имени своего отца — Амасия, сын Зихри. Интересно отметить, что и в письмах эль-Амарны только в одном случае — сын Зихру — сообщалось имя отца. В библейском тексте такое выделение объясняется: Зихри посвятил себя Господу; его потомки удостоились чести именоваться «сыновьями Зихри» (2-я Книга Паралишменон 17:16; 23:1).

Зихри из Библии — это Зихру из писем эль-Амарны; Амазия, сын Зихри, — это «сын Зихру», военачальник, который писал фараону о делах, связанных с безопасностью его края[41].

Иегозавад из 2-й Книги Паралипоменон назывался Иазивадой в письмах, которые он писал фараону. Эти несколько коротких писем являются уведомлениями о получении приказов фараона. Место, из которого они посланы, не указано, но они написаны из южной Палестины. Во 2-й Книге Паралипоменон сказано, что он был военачальником в земле Вениамина (17:17–18).

Иегозавад упоминался как последний из пяти военачальников царства Иосафата. Он не входит в дискуссии с фараоном и не дает советов, подобно первому по рангу среди командиров, но, как хороший солдат, принимает и подтверждает приказы фараона. Вот одно из таких типичных писем:

Письмо 275: «Царю, моему господину, моим богам, моему солнцу, говорю: Ты сказал Иазиваде, твоему слуге, праху от твоих ног:
К ногам царя моего, моего господина, моего божества, моего солнца, семь раз и еще семь раз припадаю. Слово, с которым царь, мой господин, мое божество, мое солнце, обратился ко мне, истинно исполню для царя, моего господина».

Административные районы Иудеи и земли Вениамина, разделенные между военачальниками и sari городов, могут быть приблизительно установлены на основе сопоставления информации из писем эль-Амарны и из Библии. В издании Кнудцона (а также Мерсера) письма эль-Амарны расположены в соответствии с географическим положением их авторов, поэтому корреспонденты с севера предшествуют южным. К чести огромной работы, проделанной Кнудцоном, письма Аддадани, сына Зихру, размещены рядом с письмами царя Иерусалима; таким образом, он правильно поместил этих корреспондентов в южную часть Палестины.

Адайя, наместник

В 23-й главе 2-й Книги Паралипоменон мы располагаем перечнем начальников в год шестнадцатый после Иосафата. Вместо Амасии, сына Зихри, здесь служит Елишафат, сын Зихри; Исмаил, сын Иоханана, заменил своего отца как один из военачальников. Как было установлено, пост военачальника переходил от отца к сыну и от брата к брату, что ясно указывает на феодальные институты. В этот шестнадцатый год после Иосафата был военачальник по имени Маасея, сын Адайи. Адайя должен был жить во времена Иосафата и находиться на службе у царя. Вероятно, он был царским наместником в Идумее, соседствующей с землями Вениамина, и в течение некоторого времени надзирал над воротами в Газу, через которые осуществлялось дорожное сообщение с Египтом.

В Библии сказано, что во времена Иосафата «в Идумее тогда не было царя; был наместник царский» (3-я Книга Царств 22:47). Эта земля находилась под контролем царя иерусалимского и была зависима от Иудеи (2-я Книга Паралипоменон 21:8).

Четыре раза имя Адайи упомянуто в трех отрывках из писем царя иерусалимского:

Письмо 235: «Адайя, наместник царя (фараона)…».

Письмо 287: «…Адайя отправился вместе с гарнизоном воинов, который дал ему царь. Пусть царь знает, что Адайя сказал мне: «Истинно, позволь мне уйти»[42].

Письмо 289: «Гарнизон, который ты послал… Адайя принял и разместил в своем доме в Хазати».

Эти письма информируют нас, что Адайя был наместником фараона и что он подчинялся царю-регенту в Иерусалиме[43]. Наместник в Идумее, зависимой от Иудеи земле, был в действительности подчинен царю иерусалимскому.

Князья городов

Перечень пяти военачальников Иосафата, данный во 2-й Книге 1 Паралипоменон, заканчивался следующим фрагментом: «Вот служившие царю, сверх тех, которых расставил царь в укрепленных городах по всей Иудее».

Иосафат послал левитов в эти города-государства, чтобы направлять их дух:

2-я Книга Паралипоменон 17:7: «И в третий год царствования своего, он послал князей своих: Бенхаила, и Зевадию, и Захарию, и Нафанаила, и Михея, чтоб учили по городам Иудиным народ».

Управитель города, имя которого было Видия, писал фараону из Аскелона в южной Палестине. Семь табличек в собрании писем эль-Амарны подписаны его именем. Его владение было ограничено одним городом. Соответственно этому Видия писал:

Письмо 320: «Я защищаю владение царя, которое мне доверено».

Письмо 326: «Я защищаю город моего царя, моего господина».

Видия получил должность наместника от фараона и готовил ему дань.

В Египте монарх обожествлялся как воплощение Бога, сын солнца и само солнце. В соответствии с египетскими религиозными представлениями наместники в подвластных землях обращались к фараону таким образом: «Моему царю, моему властелину, моему Богу, моему солнцу, солнцу в небесах». Так писал и Видия из Аскелона.

Идолопоклонство и языческое влияние вынуждали города вокруг Иерусалима «держаться двух мнений», если воспользоваться выражением Илии. Следовательно, необходимо было решить задачу просвещения народа: «…и опять стал он (Иосафат) обходить народ свой от Вирсавии до горы Ефремовой, и обращал их к Господу, Богу отцов их (2-я Книга Паралипоменон 19:4). Эти усилия не привели к особому успеху, как известно из Библии: «…и народ еще не обратил твердо сердца своего к Богу отцов своих» (2-я Книга Паралипоменон 20:33).

Амон, управитель Самарии

В сирийских и палестинских царствах правитель Египта сохранял своих наместников рядом с царями-регентами. Наместником Сумура в период первой половины царствования Риб-Адди был, согласно письмам эль-Амарны, Аман-аппа. В письме от царя Сумура к Аман-аппе сказано:

Письмо 73: «Ты знаешь мою позицию: пока ты в Сумуре, я твой преданный слуга».

Мы встречаемся с этим наместником во 2-й Книге Паралипоменон.

2-я Книга Паралипоменон 18:25: «И сказал царь израильский; возьмите Михея, и отведите его к Амону градоначальнику и к Иоасу, сыну царя».

Благодаря его положению, имя Амона, наместника, стояло перед именем принца царской крови. То, что он был египтянином, видно из его имени, которое является священным именем египетского божества[44].

После своего возвращения в Египет Амон рассматривался царем Сумура (Самарии) как друг и защитник его интересов перед фараоном и считался экспертом по военным и политическим делам Сумура. Царь Сумура писал фараону:

Письмо 74: «Истинно, Аман-аппа с тобой. Спроси его. Он знает, что видел печаль, меня угнетающую».

Он просил Аман-аппу снова приехать в Сумур и привезти с собой лучников:

Письмо 77: «Не сказал ли ты своему властелину, чтобы он послал тебя во главе лучников?».

Царь Сумура был очень близок с наместником фараона. В другом письме он писал:

Письмо 93: «Я вернусь к тебе», написал ты мне. Слушай меня. Скажи царю, чтобы дал тебе триста человек».

Во всех подобных делах вассальный царь и наместник обменивались советами и выражали свою общую заботу о Сумуре (Самарии).

Аман-аппа, как показывают письма, был противником политики, поддерживающей царя Дамаска. И в Библии Амон, наместник Самарии, заключив в тюрьму пророка, который предостерегал от войны с царем Дамаска[45], демонстрировал свое одобрение политики захвата вышедших из подчинения городов с помощью оружия.

Во времена переписки эль-Амарны Аман-аппа был немолодым человеком; он не дожил до конца этого периода[46]. Царь Сумура (Самарии), который в течение некоторого времени не получал никаких известки об Аман-аппе из Египта, писал ему с искренней любовью: «Если ты умрешь, я тоже умру»[47].

«Аман-аппе, моему отцу, так сказал Риб-Адди, твой сын», — писал царь Сумура (Самарии). Это выражение почтительности присутствует в диалогах той же эпохи, которые представлены в Библии. Царь Самарии также обращался к Елисею: «Отец мой» (4-я Книга Царств 6:21).

Титул, которым часто называют наместника Амона — sar — известный и по Библии, часто применялся по отношению к высоким сановникам в письмах эль-Амарны.

В Библии имя наместника Самарии звучит как Амон. В письмах эль-Амарны управитель Сумура был Аман-аппой. Это одно и то же лицо[48].

Первая осада Самарии царем Дамаска

Цари Иудеи и Израиля были верны египетской короне, но царь Сирийского царства использовал баланс силы на севере и юге для укрепления своих владений.

Письма Абди-Аширты (Венадада) из Дамаска звучали униженно вопреки или благодаря своим воинственным намерениям. Обычная форма почтительного отношения к властителю была такова: «Я падал семь и семь раз к ногам моего властелина». И к этому царь Дамаска добавлял, когда писал фараону: «Твой слуга и грязь с твоих ног, твой пес».

Согласно Библии, Венадад, царь Дамаска, был потомком Разона, который «убежал от государя своего» и, «собрав около себя людей, сделался начальником шайки… и пошли они в Дамаск,.. и владычествовали в Дамаске»[49].

Царь Сумура (Самарии) и другие вассальные цари называли царя Дамаска «рабом».

Письмо 71: «Кто такой Абди-Аширта, раб, пес, чтобы он присвоил себе владения царские? Каков его род?».

Со времен Разона, вследствие политики Дамаска, которая раздувала дух соперничества между Израилем и Иудеей, эти две страны продолжали враждовать друг с другом. Ваас, царь Израиля, выстроил Раму, чтобы угрожать Иудее. Аса, царь Иудеи, послал дары Венададу, и Венадад выступил против Вааса и «поразил Аин и Дан Авел-Беф-Мааху и весь Киннероф по всей земле Неффалима» (3-я Книга царств 15:20). Иудея захватила гору Ефрем (2-я Книга Паралипоменон 17:2). Это случилось через два поколения после Соломона и за несколько десятилетий до периода эль-Амарны.

Новая династия Амврия сначала усилила царство Израиль. Это было время, когда египетское владычество над Палестиной было восстановлено Тутмосом IV, отцом Аменхотепа III.

Во времена Ахава, сына Амврия, Венадад[50]1 возобновил свою вражду и создал коалицию племен, зависевших от него:

3-я Книга: Царств 20:1: «Венадад, царь Сирийский, собрал все свое войско, и с ним были тридцать два царя, и кони, и колесницы».

В письме царя Сумура (Самарии) мы находим жалобу:

Письмо 90: «Все предводители (племен) заодно с Абди-Аширтой».

Царь Дамаска устроил осаду Самарии

3-я Книга Царств 20:1: «…и пошел (Венадад), осадил Самарию и воевал против нее».

Эта кампания положила начало долгой череде осад, битв, коротких набегов и возобновила преследования, которые заполнили период времени, описанный в последних шести главах 3-й Книги Царств и в первых девяти главах 4-й Книги Царств.

«Вражда против Сумура стала очень сильной», — повторялось в нескольких письмах от царя Сумура (Самарии).

Время было благоприятным. На землю Израиля обрушилась засуха, национальные чувства в Десяти Коленах угасали. Почитание языческих богов создало в северном царстве почву для духовного влияния окружающих народов. Религиозные связи между Самарией, Сидоном и Дамаском размывали границы. Даже пророки — Илия из Галаада и Елисей, его преемник, — вмешивались в государственные дела Дамаска, сами странствовали повсюду и принимали оттуда посетителей.

В таком состоянии духовного и материального упадка земля Самарии была добычей известного жестокого воина и политика Дамаска. Все земли к северу от течения Оронта были «землями царя, властелина», египетского, фараона, но это обстоятельство не удержало царя Дамаска от стремления расширить свою территорию. Он сознавал, что продвижение царя Ассирии вдоль долины Оронта дает ему возможность вести двойную игру. Он знал, что египетский фараон не захочет видеть его открыто примкнувшим к воинственным ассирийцам, завоевателям, которые обрушились на крепости северной Сирии, не объявляя войну Египту. Авантюристической политике царя Дамаска требовалась жертва. Самарии было назначено стать первой, и началась ее осада.

Царь Ахав спросил пророка, откуда придет помощь. «Слуги областных начальников» обратят сирийцев в бегство — таков был ответ (3-я Книга Царств 20:14). Что это означало? Почему сирийское войско должно было опасаться стражи наместников, если оно не боялось царской армии? В битве у стен Самарии «двести тридцать два молодых воина от областных начальников», возглавившие небольшой гарнизон Самарии, обратили сирийцев в бегство. Ответ может быть найден в письмах.

Царь Сумура и Гублы (Изрееля) в своих письмах к фараону, а также к наместникам постоянно просил, чтобы к нему были направлены небольшие отряды лучников. Одно такое письмо цитировалось в предшествующем разделе: наместника просили прислать триста человек, чтобы помочь городу.

Носители эмблемы египетского государства (воины наместников провинций) были своего рода жандармерией, приставленной к наместникам фараона. Эти маленькие отряды насчитывали десятки, изредка сотни воинов. Во время исполнения ими своих обязанностей за ними стояли регулярные войска Египта, и их появление в месте конфликта между вассалами египетской короны возвещало об определенном решении фараона поддержать одну из враждующих сторон силой оружия. Нетерпение, с каким ожидали в Самарии появления одного из таких отрядов, выразилось в следующем отрывке из письма царя Сумура Хайе (?) одному из сановников Египта:

Письмо 71: «Почему ты медлил и не сказал царю, что ему следует послать лучников, чтобы они захватили Сумуру? Кто такой Абди-Аширта, раб, пес, чтобы он присвоил себе землю царя?.. пришли мне пятьдесят пар лошадей и двести пехотинцев… пока не придут лучники. Венадад хвастался своим войском, говоря, что праха Самарийского не достанется по горсти для всех людей, идущих за ним (3-я Книга царств 20:10)».

Победа над этой армией совершилась, когда представители монарха появились во главе защитников Самарии.

3-я Книга Царств 20:19: «И вышли из города слуги областных начальников, и войско за ними».
21: «И вышел царь Израильский, и взял коней и колесницы, и произвел большое поражение у Сириян».

«Слуги областных начальников» были солдатами фараона.

Письмо 129а: «Кто может выстоять против солдат царя (фараона)?».

Позже, когда снова наступала армия Дамаска, царь Сумура (Самарии) вспомнил об этом или о подобном событии:

Письмо 121: «Я написал во дворец: «Пришлите лучников». Разве они прежде не отвоевали земли для царя?».

И подобным же образом он писал в другом, более позднем письме:

Письмо 132: «Прежде Абди-Аширта выступил против меня, и я писал твоему отцу: «Пошли царских лучников. И вся земля будет захвачена за несколько дней»».

И еще раз он вспоминал об этом памятном событии, и слова его согласуются с историей, изложенной в Библии.

Письмо 138; «Когда Абди-Ашрати завоевал Сумури, я защищал город своими собственными силами. У меня не было гарнизона. Но я написал царю, моему властелину, и солдаты пришли, и они захватили Сумури».

(продолжение следует)

Примечания

[1] Переводы на немецкий сделаны Гуго Винклером и И.А. Кнудцоном. Работа последнего, скандинавского ученого, является классической для изучения табличек эль-Амарны. Перевод на английский язык сделан С.А.Б. Мерсером (1939). Двенадцать писем, обнаруженных после Кнудцjна, включены в английское издание Мерсера. Письма• в изданиях Кнудцона и Мерсера пронумерованы одинаково. В этой главе цитаты из писем взяты из английского перевода Мерсера (The Tell el-Amarna Tablets (Toronto, 1939)). Однако перевод был сверен с версией Кнудцона.

[2] Breasted, Weigall, Freud.

[3] Mercer, The Tell ei-Amarna Tablets, pp. 51Cff.; Barton. Archaeology and the Bible, p. 368; H. Ranke, in Zeilschrift für Aegijpüschc Sprache, LVI (1920), 69‒71. Albright, «Cuneiform Materia! for Egyptian Prosopography», Journal of Near Eastern Studies, V (1946), 22, n. 62.

[4] Cf. Marquait, Chronologische Untersuchungen, pp. 35ff., and Jeremias, Das Alte Testament im Lichte des Alten Orients (2nd ed.; Leipzig, 1906), pp. 390ff.

[5] O. Weber in J.A. Knudtzon, Die El-Amarna-Tafeln (Leipzig, 1915), p. 1172.

[6] Читателям этой главы мы рекомендуем сначала познакомиться с 3-й Книгой Царств 16‒22, с 4-й Книгой Царств 1‒10 и с 2-й Книгой Паралипоменон 16‒22.

[7] См.: Книга Бытия 14:18; Книга Иисуса Навина 15:8, 18:28; 2-я Книга Паралипоменон 11:4‒5.

[8] Weber in Knudtzon, Die El-Amama-Tafein. p. 1135.

[9] Letter 81.

[10] Книга Иисуса Навина 13:5; Книга Иезекииля 27:9.

[11] Псалтирь 83:7; 3-я Книга Царств 5:18 (евр. текст). См.: R. Dussaud, Syria, revue d’art oriental et d’archéologie, IV (1923), 300f.

[12] Dhorme, Revue biblique (1908), 509f.; Weberin Knudtzon, Die El-Amama-Tafeln, p. 1165.

[13] Against Apion, 1, 116; Jewish Antiquities, VIII, 1.

[14] Josephus, Jewish Antiquities, VIII, xiii, .1.

[15] Philo of Byblos, Fragments, 2, 25.

[16] Возможно, что имя Иезавель (Изавель) — это более поздняя форма от Завель. Добавление «И» придает этому имени негативный оттенок отрицания или проклятия.

[17] Версия короля Иакова: «итак они не скажут: это Иезавель».

[18] Местоположение этого столичного города Изреель не установлено. Его традиционное расположение на востоке долины не является древним. Вполне вероятно, что Изреель следует искать на западе долины. Ахав, беря в жены дочь сидонского царя, мог также стремиться завладеть частью морской торговли финикийцев. Илия, не останавливаясь, бежал от Кармила до Изрееля (3-я Книга Царств 18:46).

[19] Тронное имя, личное имя и эпитеты; некоторые из них могли меняться на протяжении жизни монарха.

[20] Источники были собраны Гинзбергом. Legends VI, 277.

[21] Tractate Sanhedrin 94, a; Jerome on Isaiah 20:1 and 36:1; Ginzberg, Legends, VI, 370.

[22] Ву Н. Winckler. See: А.Н. Sayce, Records of the Past (New Series, 6 Vok; London, 1889‒93).

[23] Ву A. Gustavs, Die Personennamen in den Tontafeln von Teil Taanek (Leipzig, 1828), p.10.

[24] By Dhorme. Хива, возможно, хурритская форма от названия хурритского божества Хева. Cf.В. Maisler, Untersuchungen zur alten Geschichte und Ethnographie Syrieris und Palästinas, I (Giessen, 1930), 37.

[25] Имя, включающее часть «хива», известно среди военачальников царя Давида: Елияхба (Елихива) во 2-й Книге Царств 23:32.

[26] Letter 107.

[27] D. D. Luckenbill, Ancient Records of Assyria (Chicago, 1926— 27), I. Sec. 601. Амореи были племенем из Сирии или Ханаана.

[28] Josephus, Jewish. Antiquities, VI, 5.

[29] See: Jack, Samaria inAhab’s Time, p. 119, note 3. Сравн.: Книга Иеремии 49:27; Книга Амоса 1:4.

[30] Jack, Samara in Ahab’s Time. See Meyer, Geschichte des Altertums, II. Pt. 2 (2nd ed.; 1931), p. 274, note 2; p. 332, note 1.

[31] Астарот обычно переводилась как «дубравы», как, например, в 3-й Книге Царств 18:19 («пророки дубравные). Об Иштар и Астарте см.: М. Ohnefalsch-Richter, Kypros: The Bible and Homer (London, 1883), pp. 141ff.

[32] Against Apion, I, 122.

[33] У нас есть и другие примеры как из Библии, так и из писем, где «h» или «kh» часто произвольно добавляются или убираются. Хадонирам из Второй книги Паралипоменон (10:18) зовется Адонирамом в 3-й Книге Царств (12:18). Другой пример — Адер и Хадер, две транскрипции одного и того же имени (3-я Книга Царств 11:14). Аммунира, царь Бейрута, появляется в одних письмах, а в других он Хамунири. «Звук h в библейском имени Азаил встречается в аккадском языке как Хаза-илу, но произношение Аза-илу, если бы оно встретилось, нисколько не противоречило бы фактам, отмечавшимся в подобных случаях» (Professor I. J. Gelb, written communication of May 15, 1951).

[34] Письмо 287.

[35] Письмо 289.

[36] 2-я Книга Паралипоменон 23:1

[37] В форме «Адна» божественное имя «Адду» (Адду из колена Дана) подверглось искажению; это искажение, вероятно, исходило от благочестивого писца, который не мог допустить, чтобы человек, близкий к набожному Иосафату, носил имя Адду-Дани.

[38] Luckenbill, Records of Assyria, I, Sec. 722. Mercer (Tell el- Amarna Tablets’, p. 375, note) relates Azzati to Gaza (Aza in Hebrew).

[39] 2-я Книга Паралипоменон 17:16.

[40] Письмо 334.

[41] Письмо 335.

[42] В своем переводе Кнудцон дает вариации написания имени.

[43] В письме 254 сказано, что Думуйа доверился Адайе. Означает ли это имя человека или за ним стоит Дума в Сеире или Идумее? (Книга Исайи 21:11).

[44] Амон был также именем сына Манассии, царя иерусалимского седьмого столетия (2-я Книга Паралипоменон 33:20‒25). О Манассии сказано, что он «довел Иудею и жителей Иерусалима до того, что они поступали хуже…» (2-я Книга Паралипоменон 33:9).

[45] 3-я Книга Царств 22:26‒27.

[46] Письмо 106: «Это вражда против Сумура. И истинно его наместник теперь умер».

[47] Письмо 87.

[48] В начале этого века в Тель-Таанеке, библейском Таанахе, на холмах в районе долины Ездрилона, были обнаружены несколько табличек, написанных клинописью. Они очень похожи на образцы из эль-Амарны. На одной из них наместник по имени Аманхазир уточнял размер дани, полученной от местного начальника. (Е. Sellin, «Tell Ta’annek», Denkschrifflen der Akademie der Wissenschaften. Philosophisch-historische Klasse, Vol. 50 [Vienna, 1904]). Олбрайт изменил чтение Аман-хазира на Аман-хатпе: «Аман-хатпе, правитель Палестины». Zeitschrift für ägyptische Sprache und Altertumskunde. LXII (1927), 63f. Его вариант прочтения был принят А. Густавссм. Die Personennamen in den Tontafeln von Teil Taanek, p. 26. Олбрайт выдвинул предположение, что этот наместник был будущим фараоном Аменхотепом II.

[49] 3-я Книга Царств 11:23‒24.

[50] Противник Ахава обычно считался сыном Венадада I, врагом Вааса и потому назывался Венадад II.

Share

Иммануил Великовский: Века в хаосе. От исхода до фараона Эхнатона. Предисловие и публикация Марины Магриловой: 1 комментарий

  1. Avraam

    Вспоминается творчество членкора РАН Фоменко…
    Не нвшел информации из огромной библиотеки хеттов. Египет там нередко поминают. Думаю, неизбежны трудности с китайским календарем, да и с японским

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

AlphaOmega Captcha Mathematica  –  Do the Math