ЗАМЕТКИ ПО ЕВРЕЙСКОЙ ИСТОРИИ

Ничего не попишешь, увы,
и свои оставляешь дела ты –
в Рождество все немного волхвы,
а на Пасху немного пилаты.
Пётр Межурицкий

СИОН
Небо относительно бездонно,
на доске стоит почти что пат –
Иерусалим – краса Сиона,
это просто медицинский факт.

И Сион останется Сионом
у еврея каждого в крови,
назови его хоть вавилоном,
да хоть палестиной назови.

И меня судьба вернет к ответу,
как ни крут истории провал,
я и сам когда-то землю эту
тоже палестиной называл.

Можешь снизить пафос на полтона,
или вовсе пафос обнули –
Иерусалим – краса Сиона,
без Сиона нет Святой Земли.

ХРУЩЕБА
Я возвращаюсь в свой барак
и светом называю мрак,
и шлет мне родина привет
и называет мраком свет.
НОВОГОДНИЕ МАНСЫ

1.
Большего и не проси,
чем подарок новогодний:
нынче праздник на Руси –
Обрезание Господне!

2.
Не страна, а полный бред –
до хрена в ней лишнего:
убирайся в Назарет
Я.Свердлов из Нижнего!

3.
Тот из Назарета,
этот из Яновки –
просто оперетта
в Бога постановке,
да еще на горе
всем врагам народа
выходец из Гори,
как на раны сода –
не томи, услышь, Бин Ладен,
покажи им Баден-Баден!

4.
Поступили с ними грубо,
пострадали сразу оба –
Бубу выгнали из клуба,
Боба вынули из гроба.

Только мир не так уж глуп,
если не высоколоб –
Буба снова принят в клуб,
Боб опять уложен в гроб.

И чего боялся я?
Хоть в огне гори ты,
все вернется на своя
вечные орбиты.

5.
на безымянной высоте
а может быть и ниже
живешь в трудах и нищете
к отчаянью все ближе
и весь ты максимум деталь
из фильма Лени Рифеншталь
что в сущности предрешено
как на жене обновка
другого нет у нас кино
такая обстановка

6.
Все-таки, комедия
ваша Википедия.
7.
Да, мы пили то вино
и смотрели то кино –
фильмы мэтра Эйзенштейна
стоили того портвейна
цвета комплексная пытка,
а еще была Магнитка.

8.
Нет, любая педия,
все-таки, трагедия.

9.
Здесь когда-то устал караул –
может быть, он уже отдохнул?
Или все еще нет, может быть?
А папирус он – подвид рода сыть –
вымирает, как пишут о нем,
повсеместно и ночью и днем,
а зачем это надо ему,
недостаточно ясно уму.

10.
Хоть испарись, а что–то все ж
с собой в могилу унесешь!

11.
Послушай, траурные урны
пускай останутся гламурны,
как, скажем, храмы Сиракуз –
причем тут, на фиг, личный вкус?

12.
Дождик, дождик, мороси,
только не сегодня –
нынче праздник на Руси,
верь-не-верь Господне
обрезание, и вот
под амбре закуски
выпьем за грядущий год,
чтоб совсем по-русски!

ЧИТАЯ БРОДСКОГО
Ничего не попишешь, увы,
и свои оставляешь дела ты –
в Рождество все немного волхвы,
а на Пасху немного пилаты.

СТИХИ О ЧЕЛОВЕКЕ ХОРОШЕМ
Кочегар, допустим, или плотник,
хорошо, что ты не беспилотник,
хорошо, что не ракета тоже –
лучше даже просто быть не может.
Пусть живет на пулю не похожий
человек действительно хороший.

СТИХИ О БЕЗДНЕ
Очередной партийный съезд,
на нем так много сущих звезд
эстрады, спорта и кина –
звездам числа нет, бездне дна.

НОВЫЙ ОРФЕЙ
1.
Может ли быть такое,
что целью жизни
является смерть?

Может ли быть такое,
что результатом жизни
является смерть?

Такого, естественно,
быть не может,
но смерть для чего–то есть.

2.
Своей смерти не видел никто,
даже тот, кто воскрес, да и то,
не кивая на явь или сон,
сомневаюсь я, умер ли он.

3.
Жизнь со смертью, две сестрицы,
приходили на денек,
с ними Петр Межурицкий
не совсем был одинок,
ощущая мирозданье,
как сплошное ожиданье,
даже если волчья яма,
Богом данная программа.

И ведь впрямь в природе было
все достаточно уныло –
кухня, печка, дымоход,
воскресенье, Новый год,
страсти Карика и Вали,
кот в мешке, скелет в подвале,
пляж, футбол, велосипед
и еще навалом бед
всевозможных, ну их к феям –
так становишься Орфеем,
жертвой ненасытных жен,
если впрямь таким рожден.

4.
Было бы решеньем диким
умолчать об Эвридике –
как в эпоху революций,
войн и депутатов тертых,
на нее не оглянуться,
выходя из царства мертвых,
как ни странно, не без пульса –
но куда же ты вернулся,
бывший бог мифологем,
кстати, любопытно, кем?