А возможно ли законным способом осудить царя, даже в том случае, когда очевидно, что он виновен в преступлении? Нет, конечно — это нереально, так как вся власть, в том числе судебная находится под контролем самодержца. Следовательно, остается только незаконный способ.
ПОЧЕМУ БЫЛ УБИТ ПОСЛЕДНИЙ ЦАРЬ РОССИИ
(окончание. Начало в № 11–12/2025)
ИСТОРИЧЕСКИЙ ИСТОЧНИК ГОСУДАРСТВЕННОГО АНТИСЕМИТИЗМА В РОССИИ[1]
Прежде всего, следует иметь в виду, что подавляющее большинство евреев не напрашивалось жить в Россию, и, следовательно, ничем не были обязаны «гостеприимству» царей и русского народа.
Евреи проживали в Польше, точнее, в Речи Посполитой с XIII в. и ранее (статут 1264 г. князя Болеслава V Благочестивого, касающийся прав евреев), и в результате трех разделов ее территории между Прусским королевством, Российской империей и Австрийской монархией в 1772, 1793 и 1795 годах, 560 тыс. евреев помимо воли, оказались подданными Российской империи. Таким же образом Россия «приобрела» в 1783 г. 3 тыс. евреев Крыма, в 1801–1810 гг. — 6 тыс. евреев Грузии, в 1806–1828 гг. — 15 тыс. евреев Дагестана и Северного Азербайджана, в 1812 г. — 20 тыс. евреев Бессарабии и т. д.
Несколько тысяч евреев, оставшихся после Хазарского каганата (VII–X вв.), и уцелевших после резни во время восстания Б. Хмельницкого (1645–1654 г.), проживали в основном в Малороссии.
Таким образом, вдруг в России оказалось более полумиллиона евреев.
А ведь на протяжении сотен лет до того евреям было категорически запрещено находиться в этой стране (что касается Малороссии, то от регулярных требований центральной власти о поголовном изгнании евреев их спасало лишь заступничество экономически заинтересованной местной знати).
Причиной запрета была не столько естественная подозрительность ко всем иностранцам, как шпионам и иноверцам (их даже селили отдельно, в особых кварталах), и даже не тривиальная конкуренция с местными купцами, а крайняя религиозная враждебность: православия к иудаизму.
Началась эта религиозная неприязнь в XV в., когда, согласно летописи, в 1470 г. из Киева в Новгород прибыл на княжение Михаил Олелькович. В его свите был один ученый еврей и несколько евреев купцов. Контакт с ними возбудил интерес у нескольких священников к Ветхому Завету, и уже в 1471 г. зародилась так называемая «ересь жидовствующих» (ее приверженцы молились по еврейским молитвенникам, праздновали субботу и еврейскую Пасху и т.п.). Церковные власти сразу начали борьбу с еретиками, а в 1490 г. состоялся церковный собор, который осудил «жидовствующих». А когда в 1502 г. Иван III назначил своим наследником сына Василия, то после этого (в 1504 г.) некоторые из «жидовствующих», которые поддерживали другого кандидата (сына невестки Ивана III, которая тоже была «жидовствующей»), были сожжены, а некоторые бежали в Литву, где приняли иудаизм.
Кроме того, положение евреев осложнило и одно частное событие. В 1490 г. еврей из Венеции был приглашен для лечения сына Ивана III, который все же умер, за что врач был казнен.
Легкость, с которой православные люди, и прежде всего священнослужители, поддавались чуждой, иудейской религии, представляла огромную угрозу, причем не просто идеологическую, но политическую — для русской государственности.
Как раз в это время Русская православная церковь начинала считать себя последним оплотом истинной христианской веры, законной духовной наследницей Византийской империи, которую в 1453 г. окончательно захватили мусульмане (и даже главный собор Константинополя преобразовали в мечеть). А Византия, в свою очередь, была духовной наследницей Римской империи, где зародилось христианство. Поэтому Россия, принявшая в 988 г. христианство от Византии, естественным образом становилась третьим Римом…
И вдруг, всего через два десятилетия после падения восточного христианства от исламского нашествия — возникла реальная угроза разложения этого христианства изнутри, причем под влиянием иудаизма, той самой религии, которую христианство изначально отрицало…
Кроме того, правитель Русского государства считался ставленником (помазанником) божьим, и для него поддержка церкви имела немалое значение.
В 1472 г. Иван III обвенчался с племянницей последнего императора Византии, дочерью правителя Мореи (полуостров Пелопоннес), у которых гербом являлся двуглавый орел — с тех пор этот герб является гербом России.
То есть и духовно, и юридически Россия заявляла о себе как о истинной наследнице всего христианского мира.
Понятно, что, с точки зрения церкви и государства, те, кто представлял им в этом угрозу, попросту не должны были находиться в пределах государства.
Не удивительно, что и через полсотни лет после подавления ереси «жидовствующих», в 1550 г. двадцатилетний царь Иван IV Васильевич (Грозный), внук Ивана III, так писал польскому королю о своем отказе впустить в страну купцов-евреев: «жиды… людей от христианства отводили и отравные зелья в наше государство привозили… И ты бы, брат наш, вперед о жидах нам не писал!». За пять лет до этого в Москве сожгли товары еврейских купцов, приехавших из Литвы. А в ходе Ливонской войны стрельцы Ивана Грозного сжигали, вешали и топили евреев, оставляя в живых только тех из них, кто соглашался перейти в христианство.
Вот еще несколько фактов.
В 1637 г. царь Михаил Федорович (первый из династии Романовых) обосновал отказ польскому королю на въезд купцу-еврею тем, что евреев «никогда в России не бывало».
При следующем царе, Алексее Михайловиче, в 1655 г. после захвата Могилева русскими войсками, всех евреев, отказавшихся креститься, убили (то есть исключительно — за иудаизм).
В 1727 г. Екатерина I подписала указ о изгнании всех евреев из России за то, что несколько евреев‑откупщиков (таможенные сборы и винный промысел), живших под Смоленском, вступали в религиозные диспуты с христианами. Правда, из-за больших экономических потерь Сенату пришлось на следующий год разрешить евреям продолжать заниматься торговлей. А за то, что один из них способствовал переходу в иудаизм русскому отставному флотскому капитану (тот прошел обряд обрезания) в 1738 г. оба были публично сожжены по приказу императрицы Анны Иоановны, а в 1739 г. Сенат издал указ о полном изгнании евреев из страны. Однако, его исполнение посчитали нецелесообразным из-за войны с Турцией, после которой императрица Елизавета Петровна в 1742 г. все же подписала его, а на аргументы местных властей о громадных убытках ответила письменно в 1743 г.: «От врагов Христовых не желаю интересной[2] прибыли».
Таким образом, ни торговые дела, ни откупа, ни винный промысел (так называемое «спаивание русского народа») не были причиной антисемитизма в России, а исключительно религия евреев, иудаизм.
ПРАКТИКА ГОСУДАРСТВЕННОГО АНТИСЕМИТИЗМА В РОССИИ
Вот с такой проблемой и столкнулось российское самодержавие в лице императрицы Екатерины II, в царствование которой в результате присоединения польских земель более полумиллиона «врагов Христовых» оказались ее подданными.
К чести Екатерины II (правление: 1762–1796 гг.) следует, прежде всего, отметить, что ради пользы государства евреям сразу после «вхождения» в империю было даровано равноправие (с христианами). В 1780 г. евреям, кто просил, разрешено было записываться в купеческое сословие. Остальных в 1783 г. причислили к мещанам. В этом же году евреи были избраны в некоторые городские управления. Но уже в следующем году местный генерал-губернатор произвольно ограничил число избирателей‑евреев, чтобы их не оказалось больше, чем избирателей христиан в тех городах, где евреев было большинство. Кроме того, он изгнал тысячи еврейских семей из сел в города (не предоставив ни жилье, ни работу), произвольно истолковав указ императрицы об изгнании, касающегося русских купцов и мещан, из-за которых возникли беспорядки в селах другой губернии. Одновременно в Белоруссии было запрещено помещикам передавать винные промыслы купцам и мещанам, жившим на их землях. Тогда в 1784 г. представители кагалов добились в Петербурге отмены этих ограничений для евреев (сенатский указ от 21 января 1786 г.). А вот для христианских купцов и мещан они остались в силе. Так кто виноват, что именно «евреи спаивали русский народ»?
Местное христианское население активно препятствовало осуществлению равных прав евреев и на выборы в органы городского самоуправления.
А вот, каким образом была введена пресловутая черта оседлости.
В 1782 г. Сенатом было сделано исключение для купцов Белоруссии из общего для империи правила проживания только по месту приписки. Но купцы‑евреи стали выезжать и за пределы Белоруссии, а трое купцов даже записались в купечество Москвы. Тогда московские купцы‑христиане написали жалобу властям на незаконность действий евреев и возможное участие их в контрабанде (аргументируя это обвинение дешевизной еврейских товаров), подчеркнув, что они жалуются исключительно в интересах своей коммерции, а не из‑за религиозной неприязни. В результате евреи были изгнаны из Москвы, им было запрещено записываться в купечество за пределами Белоруссии, но одновременно разрешено заселять неосвоенные земли в Екатеринославском наместничестве и в Таврической области. Указ Екатерины II от 23 декабря 1791 г. утвердил это решение как закон. Истины ради, следует еще раз подчеркнуть, что в то время это была обычная для России практика осуществления прав купцов и мещан на передвижение, независимо от их национальности.
После Великой французской революции (начало в 1789 г.), опасаясь ее влияния, Екатерина II ужесточила внутреннюю политику, в том числе в отношении евреев, и указом от 13 июня 1794 г. были определены территории постоянного проживания евреев: Минская, Изяславская (Волынская), Брацлавская (Подольская), Полоцкая (Витебская), Могилевская, Киевская, Черниговская, Новгород‑Северская губернии, Екатеринославское наместничество и Таврическая область (а с 1795 г. — Виленская и Гродненская губернии). По указу евреи должны были платить налог в два раза больше, чем купцы и мещане‑христиане. В 1795 г. вышел указ о переселении евреев из сел в города, выполнявшийся с крайней жестокостью.
При Павле I (правление: 1796–1801 гг.) местные власти пытались выселить евреев из городов, где им было запрещено жить еще при польских королях, то же — из Киева. Помещики относились к евреям, как к своим крепостным, несмотря на их купеческое и мещанское звания, а, в частности, русский помещик генерал С.Г. Зорич заставлял евреев продавать водку крестьянам по завышенным ценам, на что в 1797 г. кагалы Белоруссии подали царю жалобу. Дело было решено в пользу евреев, и тогда помещики стали изгонять евреев со своих земель. Когда же в 1797 г., а затем и в 1800 г. в Белоруссии случился голод, то местные дворяне обвинили евреев в спаивании крестьян, из‑за чего те, мол, не могут работать, и просили царя передать винокурение только в руки помещикам. Характерно заглавие отчета известного поэта и государственного деятеля Г.Р. Державина императору о расследовании причин голода: «Мнение сенатора Державина об отвращении в Белоруссии недостатка хлебного обузданием корыстных промыслов евреев, о их преобразовании и о прочем» (хотя суть его выводов не сводилась к обвинению евреев в «спаивании русского народа»[3]).
В 1800 г. начальник Подольской, Волынской и Минской губерний ограничил долю евреев в магистратах половиной.
При Александре I (правление: 1801–1825 гг.) в 1802 г. это ограничение составило уже одну треть повсюду, а с 1804 г. в Виленской и Гродненской губерниях евреям было вообще запрещено участие в выборах (по требованиям местных христиан).
В 1804 г. царем было утверждено «Положение об устройстве евреев», целью которого было дать евреям некоторые гражданские права, не забывая при этом о «пользах коренных обывателей». Евреям разрешено было покупать незаселенную землю для земледелия (в том числе за пределами черты оседлости: в Астраханской и Кавказской губерниях) и нанимать для ее обработки христиан, получать ссуды для приобретения инвентаря и семян; для этого они освобождались от налогов и податей на несколько лет. Евреям разрешено было открывать фабрики наравне с христианами. Предприниматели и ремесленники освобождались от уплаты двойного налога. Фабриканты, ремесленники, купцы и художники (с семьями) получали право временно покидать пределы черты оседлости. Помещиков лишили судебной власти над евреями, но для выезда из имения нужно было получить справку от помещика об отсутствии невыполненных обязательств. Евреи получили право учиться во всех учебных заведениях. Некоторые категории евреев обязывались носить европейскую, а не национальную, одежду: выезжающие за пределы черты оседлости, избранные в органы городского самоуправления, ученики гимназий и студенты.
Но все эти в основном положительные меры были перечеркнуты всего одним запрещением…
Поскольку Александр I после поездки в 1804 г. по западным губерниям был уверен, что именно евреи повинны в тяжелом положении крестьян, то евреям запретили брать в аренду различные отрасли помещичьего хозяйства, владеть питейными заведениями и постоялыми дворами в сельской местности, и вообще проживать в селах и деревнях с 1 января 1807 г. (в некоторых губерниях с 1808 г.), что коснулось около 60 тысяч семей — их стали насильно, с помощью солдат выгонять в города, где не было ни жилья, ни работы. Однако, из-за угрозы войны с Наполеоном, опасения, что обиженные евреи встанут на сторону врага, и очевидной невозможности обеспечить жильем и работой переселенцев, о чем докладывали и министры, и губернаторы, и специальный комитет, созданный в феврале 1808 г., выселение приостановили с февраля 1807 г. до 1808 г. Наконец, указом от 29 декабря 1808 г. переселение было прекращено. Тем не менее, из 50‑верстной приграничной полосы евреи были выселены.
Доклад нового специального правительственного комитета по еврейскому вопросу (о проживании евреев в деревнях и торговле ими спиртными напитками), работавшего с января 1809 г. по март 1812 г., противоречил антиеврейским взглядам и политике императора, и не был им одобрен. В нем утверждалось, что евреи, осуществляя торговлю между городом и деревней, очень полезны для хозяйственного развития государства; что в пьянстве и нищете крестьян виноваты не евреи‑арендаторы, а помещики‑хозяева, для которых винокурение является главным источником доходов, и потому на место тысяч изгнанных из деревень шинкарей‑евреев тут же встанут тысячи шинкарей‑христиан из крестьян, и это лишь снизит производство сельхозпродукции и нанесет вред и помещикам, и государству; что евреи не обогащаются, а зарабатывают только на пропитание…
В 1817 г. правительство еще раз расследовало причины бедственного положения крестьян Белоруссии и выяснило, что многие помещики виноваты в «отягощении крестьян непомерными работами». Тем не менее, Сенат решил отобрать у евреев арендуемые имения, причем, без возврата им денег, и только император в 1820 г. обязал помещиков вернуть евреям уплаченные деньги.
Несмотря на описанные несправедливости, в Отечественную войну 1812 г. евреи Белоруссии однозначно выступили на стороне России. Их участие в Отечественной войне выразилось не столько в прямых боевых действиях (поскольку до 1827 г. евреев не призывали в армию), сколько в ведении разведки, передаче почты и т. п. «Еврейская почта» через корчмы имела очень большую скорость. Так, за сбор информации житель Белостока Гирш Альперн был награжден императором. Полковник А.Х. Бенкендорф писал: «Мы не могли достаточно нахвалиться усердием и привязанностью, которые выказывали нам евреи». Полковник Н. Поликарпов отмечал: «Главную роль в производстве тайных разведок играли местные евреи, частью местные крестьяне, но наиболее важные сведения доставляли нам евреи». Евреи занимались разведкой не только по своей инициативе, но и по направлению кагалов, которые получали на это поручения от русских военачальников. Русская армия использовала евреев также в качестве проводников, для связи между отрядами (они хорошо знали местность). Например, еврей был проводником партизанского отряда А. Сеславина, чуть не захватившего в плен Наполеона в г. Ошмяны. Бывало, что евреи сами действовали, как партизаны: однажды захватили наполеоновского курьера и передали его партизанскому отряду Ф. Винценгероде. Евреи укрывали русских курьеров, офицеров и солдат, отказывались быть проводниками у французов (либо указывали ложный путь). За это, например, был повешен еврей Этинген, отказавшийся провести французский отряд к Могилеву по причине противоречия этого заповедям Божьим. У г. Лепель и д. Телеханы евреи по своей инициативе восстановили мосты для наступающих русских войск. Преданность евреев России была отмечена Д. Давыдовым совершенно исключительным образом, когда, заняв г. Гродно, он передал кагалу гражданскую власть и охрану порядка в городе (полицию). Он же писал в воспоминаниях: «Сей улан, получив за этот подвиг георгиевский знак, не мог носить его. Он был бердичевский еврей, завербованный в уланы»[4]. Некоторые состоятельные евреи участвовали в снабжении русской армии, жертвовали средства, а известный откупщик и банкир А.И. Перетц вложил 4 миллиона рублей в снабжение армии, но из-за неоплаты казной обанкротился. За поставки армии Александр I выразил депутатам еврейского народа при Главной квартире российской армии в 1812–1813 гг. «высочайшее благоволение за усердную и ревностную службу». В 1816 г. великий князь Николай Павлович (будущий император Николай I), путешествуя по западным губерниям, записал в дневнике о евреях: «Удивительно, что они в 1812 г. отменно верны нам были и даже помогали, где только могли, с опасностью для жизни» («удивительно», так как Николай был патологическим антисемитом).
Тут стоит объяснить причину нашего повышенного внимания к парадоксальной преданности евреев России. Она объясняется как раз той самой еврейской религией, против которой ополчилось российское государство. Атеизм французской революции и лично Наполеона вступал в резкое противоречие с ортодоксальностью иудейства подавляющего числа евреев. И даже созыв Наполеоном синедриона в Париже, долженствующий, по его мнению, вызвать симпатии евреев к нему за возрождение тысячелетний иудейской традиции, привел к обратному результату — в наполеоновском синедрионе евреи увидели угрозу потери независимости своей религии от государства. Кроме того, евреи, по словам полковника А.Х. Бенкендорфа, «опасались возвращения польского правительства, при котором подвергались всевозможным несправедливостям и насилиям, и горячо желали успеха нашему оружию и помогали нам». И вот, лидер евреев‑хасидов Шнеер-Залман (Шнеерсон), основываясь на тексте Библии, предсказал поражение Наполеона от России, как сил зла от сил добра, причем предсказал и взятие Москвы, и отступление через Белоруссию.
Тем не менее, государственная антиеврейская политика продолжилась.
В 1817 г. указом императора было учреждено Общество израильских христиан. С целью способствовать массовому переходу евреев в христианство Обществу были предоставлены всевозможные льготы: по земле, налогам, ремеслам… Но эта акция по переходу евреев в христианство полностью провалилась, и в 1832 г. Общество было ликвидировано. Напротив, за пределами черты оседлости были обнаружены христианские секты так называемых иудействующих (они же: «жидовствующие», субботники)[5]. Из-за этого были введены ограничения для евреев: запрет христианам отрабатывать евреям долг в качестве работников (с 1818 г.) и вообще держать прислугу‑христиан[6] (с 1820 г.). Евреев выселили из сел Черниговской (в 1821 г.) и Полтавской (в 1822 г.) губерний. А из‑за неурожая в Белоруссии в 1821 г. указом от 1822 г. евреям запрещены были винные промыслы с 1824 г., а с 1825 г. и вообще проживание в сельской местности. К началу 1824 г. было выселено 20 тыс. человек, многим из которых пришлось кочевать… Позднее, в 1835 г., Государственный совет признал, что изгнание из сельской местности «разорило евреев, и отнюдь не видно, чтобы улучшилось от того состояние поселян».
В 1824 г. был запрещен переезд евреев‑иностранцев в Россию. В 1825 г. евреям запрещено было жить в сельской местности в 50-верстной приграничной полосе, в Астраханской губернии и Кавказской области.
Об отношении к евреям следующего царя, Николая I (правление: 1825–1855 гг.), красноречиво говорит его дневниковая запись от 1816 г. по результатам поездки в Белоруссию:
«Гибель крестьянских провинций, жиды здесь — вторые владельцы (после дворян‑помещиков), они промыслами своими изнуряют несчастный народ. Они здесь все и купцы, и подрядчики, и содержатели шинков, мельниц, перевозов, ремесленники… Они настоящие пиявицы, всюду всасывающиеся и совершенно истощающие сии губернии».
Вот так логика! Евреи — пиявки на теле русского (точнее, белорусского) народа. Но они — всего лишь вторые владельцы: «купцы, и подрядчики, и содержатели шинков, мельниц, перевозов, ремесленники». А вот первые владельцы, как написал Николай — это дворяне‑помещики. Но, если вторые — пиявки, то первые, почему-то — не пиявки! И «гибель крестьянских провинций» объясняется деятельностью «вторых владельцев», но уж никак не «первых»…
Вот на таком предвзятом мнении и строилась при Николае I политика в отношении евреев. А судя по тому, что число законодательных актов о евреях (шестьсот!) составило больше половины всех законов, принятых при этом русском царе, большей проблемы, чем евреи, у России в его тридцатилетнее правление, как видно, не было[7].
Так, по указу от 24 августа 1827 г. была введена воинская повинность для евреев. Но если от христиан бралось семь рекрутов от одной тысячи в два года, то от евреев — десять с тысячи ежегодно. А в то время служили 25 лет. Если для христиан в пределах приграничных ста верст вместо рекрутов‑христиан брался денежный налог, то для евреев — нет. Евреям запрещено было быть денщиками, служить в гвардии, быть произведенными в унтер-офицеры (только в исключительных случаях, а с 1850 г. — с личного разрешения императора).
В 1826 г. большинство евреев было выслано из Петербурга. В 1827 г. было решено в течение двух лет выселить евреев из сел Гродненской губернии и из Киева, в 1829 г. — из Курляндии приезжих евреев, а из Севастополя и Николаева — евреев, не служащих в армии. В 1830 г. евреев выслали из сел Киевской губернии. В 1834 г. Николай I запретил евреям получать подряды в столицах. В 1837 г. царь устно запретил евреям селиться в Ялте. В 1826 г. Николай I приказал вернуть винокуров‑евреев в районы черты оседлости из внутренних губерний, где с 1819 г. им было разрешено жить «до усовершенствования русских мастеров».
В апреле 1835 г. было утверждено «Положение о евреях». При его обсуждении возобладала позиция большинства членов Госсовета, заключающаяся в том, что евреи, «довольствуясь вообще в домашнем быту весьма малым» являются опасными конкурентами для русских купцов (меньшинство же рассчитывало на экономическую пользу для России от расселения евреев по всей ее территории). Евреям Белоруссии разрешалось жить только в городах, Малороссии — везде, кроме Киева и сел государственной казны, Новороссии — кроме Николаева и Севастополя, в прибалтийских губерниях — только их уроженцам, запрещено было селиться в 50-верстной приграничной полосе. Посещение внутренних губерний ограничивалось сроком в шесть недель при условии ношения там русской одежды и получения паспорта у губернатора.
Между тем, принимая «Положение о евреях», Николай I был вынужден согласиться с тем, что выселение из сел разорило евреев и нисколько не улучшило положение крестьян.
В «Положении» было всего одно улучшение для евреев: разрешено было наравне со всеми получать посты в магистратах, думах и ратушах. Но уже в 1836 г. это право было ограничено: евреям разрешили избирать не более одной трети депутатов.
В конце 1836 г. евреям разрешили создавать сельскохозяйственные колонии в Сибири. Но уже в январе 1837 г. царь отменил это решение, а находящихся в пути евреев отправили в сельскохозяйственные колонии Новороссии.
Но репрессивными мерами не удавалось русифицировать евреев, и тогда Госсовет решил, что основная проблема — специфический религиозный и общественный уклад жизни евреев. В 1840 г. для борьбы с этим укладом был создан Комитет для определения мер коренного преобразования евреев в России. В результате с 1847 г. начали открываться казенные еврейские училища с учителями‑христианами (для преподавания светских предметов), призванные заменить хедеры, в связи с чем во многих еврейских общинах был объявлен траурный пост. И уже в 1855 г. в 79 еврейских училищах первого разряда обучалось 2000 детей. Туда старались отдавать сирот, а бедные семьи отдавали детей за вознаграждение.
В 1843 г. были упразднены кагалы, кроме Риги и городов Курляндской губернии.
В 1844 г. был введен налог на ношение еврейской одежды, в 1850 г. она была запрещена, а с 1852 г. запрещалось ношение пейсов. Но эти запреты не имели успеха.
В 1843 г. был издан указ о выселении евреев из 50‑верстной приграничной полосы в течении двух лет. Этот срок был продлен еще на два года, но 19 общин все равно отказались его исполнять добровольно, и под влиянием возмущения европейской общественности часть евреев не выселили.
В 1844 г. Николай I запретил принимать евреев, исполняющих еврейские законы, на гражданскую службу.
В этом же году министерством внутренних дел было издано исследование по обвинению евреев в ритуальных убийствах (кровавый навет).
В 1851 г. евреи были разделены на пять разрядов: купцы, земледельцы, ремесленники, оседлые (имевшие недвижимую собственность или занимавшиеся «мещанским торгом») и неоседлые мещане. Последним (а их среди евреев было большинство) вводился усиленный рекрутский набор и отправка на казенные работы, запрещалось покидать города приписки. Избегая рекрутчины, многие евреи бежали за границу, скрывались в других губерниях, и даже родители увечили своих детей. Во время Крымской войны 1853 — 1856 гг. в ходе двух дополнительных рекрутских наборов христиане западных губерний должны были дать по 19 рекрутов с тысячи жителей, а евреи — 30, поскольку Николай I высоко оценивал воинские качества евреев.
Из-за рекрутчины, налогов, преследований еврейское население сильно обнищало. Так, если в 1827 г. недоимки составляли 1 рубль с человека, то в 1854 г. — 15,5 руб.
При царе Александре II (правление: 1855–1881 гг.), известном своими либеральными реформами, политику в отношении евреев можно назвать «золотым веком».
В 1856 г. уравнивались рекрутские наборы евреев с остальным населением, отменялись наборы малолетних евреев, школы и батальоны военных кантонистов упразднялись (это было введено в 1827 г. Николаем I, чтобы оторвать евреев от иудейского воспитания и привить православие: детей с 12 и даже с 8 лет забирали в школы кантонистов, причем без зачета в срок службы, равный 25 годам).
С 1856 г. в Москве приезжим евреям разрешили останавливаться в любой части города (с 1826 г. было — только в Глебовском подворье). То же с 1858 — 1859 гг. для Ковны, Житомира, Каменец-Подольского. Разрешено было брать евреев‑врачей с ученой степенью и докторов наук на государственную службу и при этом им разрешалось жить за пределами черты оседлости, а с 1861 г. — евреев‑докторов медицинских наук и имеющих научную степень в других областях знаний. С 1859 г. по всей империи могли жить и евреи‑купцы 1‑й гильдии.
В 1858 г. отменены указы Николая I о выселении евреев из приграничной полосы.
Евреям‑купцам в 1859 г. разрешили жить в Севастополе и Николаеве, а в 1860 г. — в Ялте.
С 1858 г. солдат‑евреев разрешили награждать теми же орденами, что и солдат‑мусульман, с 1860 г. — брать в гвардию, с 1861 г. производить в унтер‑офицеры на общих основаниях.
Абсурдность дискриминации евреев в России видна из записки Е. Гинцбурга в правительство: «Неужели только евреи с высшими учеными степенями должны слиться с русским народом, от которого вовсе не требуют сплошного университетского образования?»[8] Правительство поняло этот риторический вопрос исключительно конкретно, и в 1856 г. было разрешено селиться по всей империи… некоторым категориям евреев‑ремесленников; такое же право вскоре получили евреи, отслужившие в армии (и члены их семей); в 1872 г. — евреи, окончившие Петербургский технологический институт, а в 1879 г. — выпускники всех высших учебных заведений, фармацевты, акушеры и дантисты.
В 1865 г. евреям‑врачам разрешили служить в учреждениях военного министерства, в 1866 г. — министерства народного просвещения, в 1867 г. — министерства внутренних дел (кроме столичных губерний). Поскольку в случае поступления евреев на государственную службу ограничений по служебному росту не предусматривалось, то с получением чина действительного статского советника евреи возводились в потомственное дворянство. По переписи 1897 г. их было совсем не много: 108 человек всех возрастов и обоего пола в 50 губерниях Европейской России и 88 — в других ее частях. Тогда как всего в России было 200 тысяч дворянских семей.
После отмены крепостного права евреям разрешили приобретать земли в помещичьих имениях (1862 г.), но после польского восстания это разрешение в западных губерниях было отменено, также и для поляков (1864 г.), что касалось и казенных земель. Но из‑за ухудшения хозяйственной деятельности, в 1867 г. была разрешена аренда евреями мельниц и промышленных предприятий в имениях.
Важным направлением ассимиляции евреев власти считали образование. В 1855 г. был издан закон о том, что через 20 лет раввином можно будет стать, только получив общее образование. Но уже в 1857 г. власти начали утверждать (то есть назначать) раввинами евреев, окончивших раввинские училища или казенные еврейские училища. Однако общины все равно — параллельно — избирали своих раввинов.
В 1859 г. был принят закон о выдаче денежного пособия выкрестам (евреям, принявшим христианство). Но уже в 1862 г. было принято решение, что для крещения евреев младше 14 лет требуется согласие родителей. А в 1864 г. было отменено вознаграждение нижним чинам за переход в православие.
В 1862 г. было разрешено назначать евреев смотрителями еврейских казенных училищ.
С 1864 г., согласно новому уставу гимназий и прогимназий, в них смогли обучаться дети «всех сословий, без различия вероисповедания».
И уже в 1865 г. в гимназиях училось 990 еврейских детей (3,3% всех учащихся), в 1870 г. — 2045 (5,6%), в 1880 г. — 7004 (12%). В процентном отношении в некоторых учебных округах число еврейских учащихся было весьма велико. Так, в Виленском округе в 1873 г. было 17,6% евреев, в 1881 г. — 23,4%, в Одесском округе в гимназиях 1873 г. — 28,5%, в 1881 г. — 36,5%, в прогимназиях в 1873 г. — 45,8%, в 1881 г. — 47,6%. Еще больший процент был по отдельным учебным заведениям: во 2‑й Одесской гимназии в 1878 г. — 75%, в Херсонской прогимназии в 1879 г. — 75,1%, в Одесском коммерческом училище в 1881 г. — 76,6%.
В 1865 г. во всех русских университетах обучалось 129 евреев (3,2% всех студентов), в 1881 г. — 783 (8,8%). В Новороссийском университете в 1865 г. — 6,1%, в 1881 г. — 16,5%, в Киевском университете в 1865 г. — 5%, в 1881 г. — 14,5%.
С 1863 г. для поощрения учащихся‑евреев некоторым выдавали стипендии (из сумм так называемого свечного сбора — налог с каждой свечи, зажигаемой евреями по субботам и праздникам). Но в связи с быстрым ростом числа евреев во всех учебных заведениях в 1875 г. поощрительные стипендии были отменены.
После убийства революционерами царя‑реформатора (1 марта 1881 г.) его преемник Александр III (правление: 1881–1894 гг.) резко изменил политику России на реакционную, в том числе в отношении евреев. И уже в апреле — июле произошли еврейские погромы. Причину их российское общественное мнение от царя и правительства до прессы объясняло «экономической эксплуатацией евреями русского народа», и вместо того, чтобы осудить зависть погромщиков к экономическим успехам евреев, в 1882 г. были введены ограничения на деятельность евреев: запрещено вновь селиться в деревнях, приобретать недвижимость и арендовать землю вне местечек и городов, торговать по воскресеньям и в христианские праздники. Местные власти произвольно ужесточали эти ограничения, например, не разрешали возвращаться домой евреям, отслужившим в армии (якобы они «вновь селятся в деревне»), даже за кратковременную отлучку из деревни выселяли семьи.
С 1882 г. начали вводиться ограничения на профессиональную деятельность (врачей и фельдшеров в армии — не более пяти процентов) и процентная норма в учебных заведениях (фактически с 1882 г., но законодательно — с 1887 г.: число учащихся евреев ограничивалось десятью процентами — в черте оседлости, пятью — за ее пределами, тремя — в Москве и Петербурге; с 1901 по 1904 гг. было 7, 3 и 2 процента, соответственно).
Земской реформой 1890 г. и Городским уложением 1892 г. евреи были лишены права участвовать в органах земского самоуправления, даже в черте оседлости.
С конца 1880‑х — начала 1890‑х гг. начали вводиться очередные ограничения на право жительства евреев во внутренних областях империи: например, выселение из Москвы ремесленников и отставных солдат (с семьями), не приписанных к обществам (1891 — 1892 гг.), разрешение жить в Кубанской и Терской областях евреям только с высшим образованием (1892 г.), исключение Ялты из черты оседлости (1893 г.), отмена временного (с 1880 г.) разрешения на проживание евреев, незаконно поселившихся во внутренних областях (1893 г.).
Николай II (правление: 1894–1917 гг.) продолжая реакционную политику своего отца, считал евреев главными носителями либеральных и революционных идей, и соответственно к ним относился.
В 1896 г. было запрещено солдатам‑евреям во время отпусков оставаться за пределами черты оседлости.
В 1898 г. для евреев была закрыта Сибирь.
В 1899 г. евреям было затруднено вступление в московское купечество («Московские временные правила»).
В 1895 — 1898 гг. введена винная монополия государства, в результате которой ухудшилось материальное положение десятков тысяч еврейских семей (что и было одной из целей ее введения). И уже в 1897 г. в черте оседлости около половины евреев были безработными.
ПОГРОМЫ
Все это сопровождалось антисемитской пропагандой, и наконец, в начале 1890‑х гг., в конце XIX в. и в начале XX в. произошли погромы. В апреле 1903 г. произошел погром в Кишиневе, организованный министром внутренних дел В. Плеве, где было убито 49 человек. Во время погрома в Гомеле (август — сентябрь 1903 г.) впервые активно действовала еврейская самооборона.
В мае 1903 г. в качестве «компенсации» за Кишиневскую резню евреям разрешили жить в 101 селе в черте оседлости, но запретили приобретать в сельской местности недвижимость.
Тут самое время вспомнить, с чего мы начали наше исследование: с тезиса о том, что именно погромы инициировали антицаристскую, антироссийскую деятельность американского банкира еврейского происхождения Якоба Шиффа, который якобы (извините за невольный каламбур) и приказал убить царскую семью и самого Николая II.
Думаю, непредвзятый читатель, ознакомившись с вышеприведенным бесстрастным перечислением антисемитских действий российского самодержавия, не может не понять чувств евреев к этому источнику своих бед. А предвзятому можно посоветовать подставить в тексте вместо слова «евреи» собственную национальность. Каково было бы вам, которых реально считали бы за второй сорт, которых изгоняли, избивали, убивали — при том, что родное государство вас не только не защищало, но именно само и преследовало!
О силе и повсеместности этих чувств среди евреев можно составить представление по небольшому частному факту, приведенному в воспоминаниях жены шестого любавичского ребе (и матери седьмого): «До погромов мой сын часто заходил домой с возгласом: «Долой самодержавие!» — он слышал этот лозунг, и, по-видимому, уже понимал, что власть русского царя приносит страдания евреям» (речь идет о погромах 1905 года, когда семья жила в Николаеве, а ребенку было три года).
И вот, как бы ни хотелось обойти эту печальную, неприятную тему, а придется рассказать о погромах 1905 года.
Они начались на следующий день после объявления манифеста о новом государственном устройстве, и явились реакцией контрреволюционных сил на участие евреев в революционном движении (которое, заметим, было инициировано «кровавым воскресеньем», а к нему, как было показано, евреи не имели никакого отношения). За 12 дней (с 18 по 29 октября) произошло 690 погромов в 660 населенных пунктах. Разумеется, революционеры пострадали меньше всего, так как громили, главным образом, богатые дома и лавки, то есть местный торговый и ремесленный люд попросту расправлялся с конкурентами.
Можно ли считать совпадением, что через 12 лет в эти же числа октября (25 октября) произошел большевистский переворот, в котором евреи принимали уже очень активное участие?
За эти дни погромщики убили 810 человек. 1770 человек было ранено. Многие изнасилованные женщины сошли с ума или покончили жизнь самоубийством. Круглыми сиротами стали 166 детей, одного из родителей потеряли 1197 детей. Материально пострадали более 200 тысяч евреев. После октября погромы в Гомеле, Тальсене, Белостоке и Седлеце добавили еще 126 убитых.
Состоятельные евреи эмигрировали сразу. В Северную Америку в 1906 г. эмигрировали 125 тысяч евреев, в 1907 г. — 115 тысяч. В другие страны — еще столько же.
Кстати говоря, стоит ли теперь удивляться и нынешней патологической нелюбви к России Запада, особенно США, где евреи играют не последнюю роль в определении мировой политики?
Даже официальными расследованиями (сенаторами) была показана организованность погромов властями: от бездействия войск и полиции до противодействия их самообороне евреев.
Российскими и зарубежными евреями были собраны денежные средства, покрывающие 9% материальных потерь погромленных.
Якоб Шифф пошел другим путем: деятельное противодействие царской власти в России. Око за око.
«АНТИГОСУДАРСТВЕННЫЙ СЕМИТИЗМ»
Мы рассмотрели предпосылки и участников событий, приведших, в конце концов, к октябрьской революции 1917 г. и убийству бывшего царя и его семьи.
Выяснили, что к обоснованию политического терроризма вообще и цареубийства, в частности (для реализации чего в 1879 г. была создана террористическая организация «Народная воля»), евреи не имеют абсолютно никакого отношения — это дело умов и рук в основном русского дворянства.
Других рычагов воздействия на власть не было ни у кого, но, очевидно, именно дворянство (а не крестьянство, пролетариат, служащие и буржуазия) имело исключительно политические (а не экономические) амбиции.
Евреи лишь примкнули к возникшему без них течению, способному изменить их униженное положение в государстве. Однако, будучи самой образованной частью населения империи[9], а к тому же, повторим, и самой униженной, а потому и самой заинтересованной в революции, быстро заняли в ней лидирующие позиции (не столько в плане личностном, в качестве руководителей, сколько процентном — в количественном).
Таким образом, именно последовательная многолетняя антииудаисткая и антиеврейская политика российского государства (см. главу «Практика государственного антисемитизма в России») вынудила российских евреев бороться с государственной властью России.
Парадокс этой истории в том, что антииудаизм христианского государства привел отошедших от иудаизма евреев в массе своей не к христианству, а к атеизму. А царская власть для атеистов не имеет легитимности — царь не помазанник божий, если нет Бога. Власть сама себе приготовила уничтожение.
Итак, с «судьями» все ясно. Впрочем, необходимо уточнить — с российскими «судьями» еврейской национальности. Ведь в революции участвовали далеко не одни лишь евреи. Мы рассматривали «еврейскую составляющую» из-за акцентирования на ней внимания своих читателей популярным российским периодическим изданием.
Оказалось, что монархистам-антисемитам надо, прежде всего, на себя оборотиться: не было бы государственного антисемитизма — не было бы «антигосударственного семитизма».
НАКАЗАНИЕ ЗА ПРЕСТУПЛЕНИЕ
Остался вопрос о «подсудимом»: соответствует ли вина царя его наказанию, и была ли вина вообще?
В убийстве царской семьи непосредственное участие принимали не только евреи, но обвинение предъявлено именно еврею Я. Шиффу, как организатору убийства. А тот, как отмечено, мстил царю за погромы.
Поэтому придется осветить, прежде всего, вопрос, действительно ли Николай II ответственен за погромы? Проще говоря, отдавал ли царь приказы о погромах? Есть ли документы на этот счет за подписью самодержца?
О таких документах науке не известно.
Их нет, да и быть не может. Поскольку прямое, да еще письменное, с подписью, указание убить и изнасиловать, ограбить и избить ни один здравомыслящий человек, находящийся на государственной службе, не отдаст. Подчеркнем: прямое и письменное. По одной простой причине: это — явно незаконно, а следовательно, подлежит осуждению законными средствами пусть даже в отдаленном будущем[10].
Зато известно, как Николай II отреагировал на погромы.
Уже 27 октября 1905 года (погромы прошли 18 — 29 октября 1905 г.) Николай II писал своей матери: «Результат случился понятный и обыкновенный… народ возмутился наглостью и дерзостью революционеров и социалистов, а так как 9/10 из них жиды, то вся злость обрушилась на тех — отсюда еврейские погромы».
В этих словах — не только оправдание неизбежности и необходимости погромов (противодействие де народа революционерам, которые покушаются на личную власть царя), но и их одобрение (поскольку личную власть царь не собирался отдавать этим наглым и дерзким революционерам). Попутно отметим, что считать широкий социальный протест (см. пункт «Пролетариат» главы «Неизбежность революции в России») делом рук заговорщиков (неважно, какой национальности) — недалекость, непозволительная руководителю государства, так как при нереалистической оценке причин невозможно избежать негативных последствий. Революционеры‑то понимали эти социальные закономерности, и потому добились для себя положительных результатов…
Можно с уверенностью предположить, что при таком однозначно положительном отношении к погромам евреев Николай II, если лично и не организовывал погромы, то, по меньшей мере, не должен был бы препятствовать им. Это и происходило: полиция и армия не вмешивались, а то и участвовали в погромах, а также мешали евреям обороняться.
А после погромов, в декабре 1905 года Николай II обратился к русскому народу с призывом: «Объединяйтесь, русские люди. Я рассчитываю на вас. Я верю, что с вашей помощью Мне и Русскому народу удастся победить врагов России. Возложенное на Меня в Кремле Московском бремя власти Я буду нести Сам и уверен, что Русский народ поможет Мне. Во власти Я отдам отчет перед Богом. Поблагодарите всех русских людей, примкнувших к Союзу Русского Народа». После только что прошедших погромов это выглядело как неприкрытая благодарность «русским людям» за расправу с «врагами России».[11]
Главное же для нашего «следствия», что Николай II не наказал министра внутренних дел за неоказание противодействия погромам, не снял его с поста. Следовательно, он взял всю ответственность за погромы на себя.
Таким образом, евреи имели обоснованное моральное право для привлечения царя к ответственности за погромы.
НИКОЛАЙ КРОВАВЫЙ
Но только ли евреи имели зуб на Николая II? Ведь революции (февраль и октябрь 1917 г.) победили, потому что их поддержало большинство населения России.
Об отношении царя Николая II к своим подданным, независимо от их национальной принадлежности, красноречиво говорит ходынская трагедия. Тогда, 18 мая 1896 г., во время празднования коронации Николая II, при раздаче царских подарков на Ходынском поле (Москва) в давке погибло 1379 человека. И, несмотря на ужасную трагедию, в этот же день был дан запланированный бал, а организатор торжеств — награжден.
Судьба человека, взошедшего на трон по трупам своих подданных, была предрешена, о чем позже, но еще за 11 лет до исполнения этого решения судьбы, написал К.Д. Бальмонт:
«Кто начал царствовать — Ходынкой,
Тот кончит — встав на эшафот».
Правда, поэт написал это пророчество не сразу, а после того, как ходынское предчувствие явно подтвердилось кровавым воскресеньем 9 января 1905 г., когда на улицах Санкт-Петербурга были расстреляны несколько сот человек, мирно шедших к царю с петицией от бастующих рабочих.
Организатор шествия, православный священник Гапон выступал перед рабочими: «Пойдем к царю, и уж если царь не выслушает, — то нет у нас больше царя, и мы тогда крикнем: «Долой царя!..»». А с другой стороны, Г.А. Гапон организовал дружину из около тысячи рабочих для обеспечения безопасности царя, и в письме царю накануне шествия, 8 января, гарантировал тому неприкосновенность ценой жизни своей и этих рабочих (письмо подписали и рабочие).
Накануне Николай II принял министра внутренних дел с сообщением о предстоящем шествии, который ознакомил царя и с текстом петиции. Там были и такие слова:
«Государь, нас здесь многие тысячи, и все это люди только по виду, только по наружности, в действительности же за нами, равно как и за всем русским народом, не признают ни одного человеческого права, ни даже права говорить, думать, собираться, обсуждать нужды, принимать меры к улучшению нашего положения».
А через девять дней, 19 января, царь обратился к рабочим (депутация от заводов, составленная столичным генерал‑губернатором) с речью, в которой назвал организаторов забастовки и шествия «изменниками и врагами нашей родины», и предупредил, что подобные «мятежные сборища… всегда заставляли и будут заставлять власти прибегать к военной силе, а это неизбежно вызывает и неповинные жертвы».
Таким образом, Николай II прямо оправдал и, следовательно, одобрил расстрел. А значит, и должен был ответить за «неповинные жертвы».
Стоит отметить, что «изменником и врагом» назван православный священник, который, между прочим, категорически отказался от сотрудничества с социал-демократами: большевиками, меньшевиками и эсерами — теми, кого царь причислял к «9/10».
Так, при чем тут евреи, когда царь сам подписал себе смертный приговор руками солдат, стреляющих по его указанию[12] в его собственный, русский народ… Перефразируя Александра II, можно было бы спросить Николая II, как он мог, русский царь, стрелять в русский же народ?…
Ходынка. Кровавое воскресенье. Погромы… Неужели этого недостаточно[13], чтобы судить о Николае II, как о человеке, для которого народ, по словам Гапона, «люди только по виду». Так стоит ли удивляться, что и с ним и его семьей поступили соответственно, не по‑человечески?
Не надо было никаких приказов, тем более из‑за океана, чтобы свершился самосуд над самодержавием и царем.
УЗАКОНЕННЫЙ САМОСУД
Но почему — самосуд?
А возможно ли законным способом осудить царя, даже в том случае, когда очевидно, что он виновен в преступлении? Нет, конечно — это нереально, так как вся власть, в том числе судебная находится под контролем самодержца. Следовательно, остается только незаконный способ.
И это — не умозрительный вывод, а подтвержденный прецедентом еще при самодержавии, еще при Александре II (после него был Александр III, и только потом Николай II).
Речь о известном деле Веры Засулич, когда судом была оправдана террористка, отомстившая за незаконные действия градоначальника, потому что законным способом тот осужден не был.
В 1878 г. Вера Ивановна Засулич (из польских дворян) стреляла в петербургского градоначальника за то, что по его приказу был выпорот (25 розог) политический заключенный (осужденный на 15 лет каторги за участие в политической демонстрации), вопреки закону пятнадцатилетней давности (от 1863 г.), запрещающему телесные наказания[14].
И хотя за покушение на убийство полагались каторжные работы на срок от 15 до 20 лет, суд присяжных (9 чиновников, 1 дворянин, 1 купец, 1 свободный художник) вынес оправдательный приговор — по причине моральной оправданности преступления с учетом биографии обвиняемой[15]. Он крайне восторженно был принят как в зале суда, так и вне его. В частности, адвоката вынесли из зала суда на руках и пронесли по улице[16].
До процесса Александр II неоднократно требовал от председателя суда (через министра юстиции) обвинительного приговора[17], а сразу после оглашения оправдательного приговора, в этот же день, по его приказу пытались арестовать законно освобожденную В.И. Засулич, но ей удалось скрыться.
Именно после этого конфуза с судом присяжных дела о покушениях на чиновников были переданы в военные суды (упомянутый ранее, в главе «Причины российского терроризма», указ от 9 августа 1878 г.).
К слову, покушение В.И. Засулич, и особенно ее оправдание судом по причине, так сказать, благородного гнева террористки, имели колоссальный резонанс в российском обществе, и дали импульс развитию терроризма в России — через год, в августе 1879 г. была образована террористическая организация «Народная воля».
И надо было пороть заключенного?!…
Как видим, власть предержащие, начиная с царя, нагло нарушали закон, установленный ими же: незаконно пороли, игнорировали решение суда… Так чего же они ожидали от своих подданных? Ах, да — люди для них «люди только по виду, только по наружности». Но не все же — «люди холопского звания — сущие псы, иногда: чем тяжелей наказание, тем им милей господа»!
Нашлись люди с чувством достоинства[18]…
Придется повторить, что если монархисты‑антисемиты обвиняют в этом евреев, то первыми такими людьми были, как мы показали, прежде всего, русские дворяне… Что вполне естественно. Надо ли объяснять почему? Вряд ли — как раз люди холопского звания этого все равно не поймут.
ВЫВОД
Начав исследование с вопроса о причастности американского банкира еврейского происхождения Я. Шиффа к убийству Николая II и его семьи, ответим, прежде всего, на этот вопрос.
Наш ответ такой: причастен он, или нет в действительности — не имеет значения. Важно то, что он обязан был быть причастен, как и каждый уважающий себя человек — в качестве мести за поощряемые царем массовые убийства и изнасилования своих соплеменников‑евреев только за то, что они евреи. Делом чести каждого еврея было — наказать этого царя (другое дело, что далеко не каждый на это способен[19]).
Главный еврейский жизненный принцип (заповедь иудаизма) — «любить ближнего, как самого себя», понимаемый как «не делать другому того, чего не хочешь себе» (а не нежная любовь к ближнему)[20]. Это значит, что противодействие должно быть адекватно действию, то есть «око за око». Следовательно, за убийства полагалось убийство. Царь должен был быть убит.
И об этом надо сказать прямо, чтобы не было впредь желающих преследовать евреев только за то, что они евреи[21].
Ведь когда лишь выпороли (не убили, не изнасиловали!) товарища по борьбе за улучшение жизни народа, сразу нашлись среди его единомышленников желающие убить царя (Александра II), который покровительствовал высокопоставленному извергу. И это были не евреи! Это были в основном русские дворяне (евреи к ним примкнули позже). Они объединились для этого в организацию, которая готовила одно покушение за другим, пока не добилась своей благородной, как они считали, цели[22].
Судьба же последнего русского царя, Николая II, была предрешена Ходынкой, показавшей безразличие самодержца к жизням подданных. Из принципа «око за око» следовало, что и его жизнь должна была стать подданным безразлична.
А после кровавого воскресенья Николай II по праву (по правилу «око за око») заслужил смертную казнь. Еврейские погромы лишь увеличили ряды его судей и палачей…
По прошествии большого исторического промежутка времени мы точно знаем, к каким неизмеримым негативным последствиям приводят незаконные методы возмездия, в том числе и для самих «судей и палачей». Но тем реальная История и отличается — неизбежностью.
Отличается от сказок… про то, что во всем виноваты евреи.
Примечания
[1] Эта глава оформлена отдельной статьей http://samlib.ru/editors/l/lewin_b_h/prichina-antisemitizma-w-rossii.shtml.
[2] То есть корыстной.
[3] Несмотря на столь претенциозное название, невольно акцентирующее внимание на вине исключительно евреев в хлебном голоде, в «Мнении…» указаны тринадцать причин «недостатка хлебного» и пятнадцать способов его «обуздания». Сам Г.Р. Державин так объяснил это название в первом же предложении «Мнения…»: «Обязан будучи вследствие высочайшей воли Государя Императора сказать мое мнение об отвращении в Белоруссии недостатка хлебного и обуздании корыстных промыслов евреев…» (выделено автором). Воля императора, основанная на жалобе помещиков Белоруссии, не помешала Г.Р. Державину объективно разобраться и обнаружить всевозможные причины голода, в том числе и вину самих помещиков. В частности, в «Мнении…» отмечено, что «спаивали крестьян» не только евреи, но и помещики, шляхта, священники и монахи.
Еще при Екатерине II в 1785 г. «Жалованной грамотой» было подтверждено неотъемлемое право дворянства (помещиков) на выкурку вина (эта монополия была отменена только в 1863 г. Александром II). Питейный налог был основной статьей поступления денег в бюджет империи. Помещики же отдавали винокурение на откуп предпринимателям из низших сословий.
[4] На георгиевском знаке (кресте) изображены человек, лошадь и змея. А вторая из десяти заповедей гласит: «Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, что на земле внизу, и что в воде ниже земли. Не поклоняйся им и не служи им…». В отличие от христиан, иудеи должны неукоснительно соблюдать все заповеди из декалога.
[5] В появлении субботников среди христиан нет ничего необычного.
Любой грамотный христианин может прочитать в Евангелии слова Иисуса Христа: «Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков; не нарушить пришел Я, но исполнить. Ибо истинно говорю вам: доколе не прейдет небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все. Итак, кто нарушит одну из заповедей сих малейших и научит так людей, тот малейшим наречется в Царстве Небесном…» (Мат. 5, 17 — 19). И не желая быть «малейшим… в Царстве Небесном», а не под действием какой-то еврейской «пропаганды», христианин сочтет за обязанность перед Христом (прежде всего, перед Христом, а не перед разнокалиберными проповедниками христианства) исполнять все заповеди Ветхого Завета, о чем говорил Иисус (Священное Писание евреев, то есть Танах, или Ветхий Завет состоит из трех частей: «Закон», «Пророки» и «Писания»; а иота и черта — соответственно, самая маленькая буква и значек в еврейском письме), в том числе и субботу, несмотря на обидное прозвище «жидовствующие», на котором настаивал лично император.
Правда, в дореволюционной России грамотность населения была очень низкой (в среднем порядка 30%)… Кроме того, ни в православии, ни в католичестве прихожан не обязывают читать Библию.
[6] Четвертая из десяти заповедей гласит: «Помни день субботний, чтобы святить его. Шесть дней работай, и делай всякие дела твои; а день седьмой — суббота Господу, Богу твоему: не делай в оный никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни раб твой, ни рабыня твоя, ни скот твой, ни пришелец, который в жилищах твоих. Ибо в шесть дней создал Господь небо и землю, море и все, что в них; а в день седьмой почил. Посему благословил Господь день субботний и освятил его».
Согласно этой заповеди, иудеи не должны работать по субботам. Но, например, нельзя же не подоить корову в субботу — для этого нанимали тех, кому работать можно, кто не исполняет эту заповедь буквально, то есть христиан.
Следовательно, запрет евреям держать прислугу из христиан носил исключительно антирелигиозный, антииудейский характер, так как вынуждал евреев нарушать заповедь о субботе.
[7] Была еще одна навязчивая идея у этого одиозного царя — месть декабристам, их женам и их детям. Как известно, Николай I лично проводил следствие по восстанию 1825 г., лично допрашивал всех арестованных, лично назначал наказание и на протяжении всей жизни отслеживал судьбу всех декабристов, судьбу их жен и детей. О низости и подлости этого царя можно судить хотя бы по тому, что женам декабристов, последовавшим за мужьями в ссылку, запрещено было брать с собой детей, а родившиеся в Сибири считались крепостными, теряли фамилию отцов, а сами жены находились в Сибири на правах ссыльных. (Подробности здесь: В.И. Басков. Суд коронованного палача: Кровавая расправа над декабристами. — М.: Советская Россия, 1980.).
[8] Помню, отец учил меня: чтобы стать на одном уровне с представителем коренной нации, еврей должен быть на голову выше.
[9] Грамотность среди национальностей России (на русском языке) у евреев была второй после немцев, но это без учета практически поголовной грамотности евреев на своем языке. Правительство даже ограничивало число учащихся евреев (процентная норма), о чем было рассказано в главе «Практика государственного антисемитизма в России».
[10] Как отмечалось ранее, даже Гитлер на это не решался: нет его прямых письменных указаний убивать евреев.
[11] Обе цитаты взяты с сайта, девизом которого является «Православие, самодержавие, народность» http://ruskline.ru/monitoring_smi/2008/06/10/nikolaj_ii_i_chernaya_sotnya.
[12] О прямом указании Николая II стрелять в народ не известно. Но для чего царь направил солдат с оружием на охрану подступов к своему дворцу? Очевидно же — для использования оружия. Затем, царь оправдал использование оружия и угрожал использовать его и впредь в подобных ситуациях — это однозначно говорит о прямой ответственности Николая II за «кровавое воскресенье».
[13] Эти исторические факты очевидным образом делают Николая II «кровавым», поскольку народная кровь, которую он пролил, ничем не оправдана (скажем, хирурга ведь никто не назовет кровавым, хотя у него руки по локоть в крови, но та кровь — оправдана необходимостью излечения). Но можно еще прибавить куда более кровавые исторические факты с участием Николая II, именно с которыми историки более всего связывают его низвержение: война с Японией и первая мировая война. Но Ходынка, кровавое воскресенье и погромы ударили непосредственно по собственному народу, тогда как войны воспринимаются потомками как святая необходимость «защищать Родину»… Поэтому мы ограничились упоминанием лишь «внутреннего кровоизлияния».
[14] Причиной порки справочники лаконично называют гордое нежелание политического заключенного снять шапку перед градоначальником. Но подробности прозаичнее, совсем не героические. На прогулке во дворе дома предварительного заключения при случайной встрече с градоначальником осужденный А.П. Емельянов (более известный под псевдонимом А.С. Боголюбов) вместе с другими снял шапку и поклонился, но при следующей встрече через несколько минут посчитал, что второй раз здороваться не надо, и шапку не снял. А на сечение розгами градоначальник получил одобрение от министра юстиции (!), который, конечно же, знал о незаконности телесного наказания.
[15] С девятнадцати лет, два года (с 1969 по 1971 г.), В.И. Засулич провела в застенках, находясь под следствием из-за поверхностного знакомства с С.Г. Нечаевым, осужденным за убийство в 1869 г. несогласного с ним товарища по революционному студенческому кружку (нашумевшее в свое время «Нечаевское дело»). За два года В.И. Засулич была допрошена всего два раза и была выпущена без суда на свободу. А через десять дней, также без объяснений, была отправлена в ссылку на север России, где находилась до 1875 г. Это не могло не сказаться на ее остром неприятии несправедливости царского «правосудия». Поэтому, стреляя в градоначальника, она не целилась, выстрелила всего один раз (при одной осечке) и бросила револьвер, не пытаясь убежать — ее целью была лишь демонстрация неотвратимости наказания за незаконные действия, независимо от должности, при невозможности законного наказания. Вот слова В.И. Засулич на суде: «я решилась, хотя ценою собственной гибели, доказать, что нельзя быть уверенным в безнаказанности, так ругаясь над человеческой личностью». (по воспоминаниям председателя суда А.Ф. Кони и адвоката П.А. Александрова).
[16] Зал суда был переполнен представителями высшего общества столицы, «было полно публики, много генералов, сановных лиц, шикарно одетых дам, представителей прессы и литературы, а также чинов юстиции», среди литераторов был Ф.М. Достоевский.
[17] Петербургский градоначальник Ф.Ф. Трепов, раненый В.И. Засулич, был другом Александра II.
[18] Так, в случае с поркой политзаключенного — В.И. Засулич была не единственной, кто жаждал отомстить за товарища по борьбе (с которым, в частности, В.И. Засулич даже не была знакома):
- Вместе с В.И. Засулич решила стрелять в градоначальника и ее подруга Мария Александровна Коленкина (из мещан), но жребий, брошенный между ними, выпал на В.И. Засулич.
- По воспоминаниям Н.А. Морозова: «За это надо отомстить, решил я… Если никто другой не отомстит до тех пор, то отомщу я, когда меня выпустят, и отомщу не как собака, кусающая палку, которой ее бьют. Я отомщу не Трепову, а назначающим таких людей». Напомним, Н.А. Морозов был среди основателей террористической организации «Народная воля», созданной через год после теракта В.И. Засулич, прежде всего, для убийства царя (см. главу «Российский терроризм и евреи»).
Вспомним в связи с этим слова из обращения народовольцев к Александру III (1881 г.):«Весь народ истребить нельзя, нельзя и уничтожить его недовольство посредством репрессалий: неудовольствие, напротив, растет от этого. Поэтому на смену истребляемых постоянно выдвигаются из народа все в большем количестве новые личности, еще более озлобленные, еще более энергичные».
[19] Сравним: почти все едят мясо, но лишь единицы способны для этого убить животное.
[20] См. статью Левин Б.Х. «Возлюби ближнего, как самого себя» http://samlib.ru/l/lewin_b_h/vozlubi-bliznego-kak-samogo-sebya.shtml.
[21] Так, после второй мировой войны, 50 евреев создали организацию «Мстители» с целью уничтожения шести миллионов мирного немецкого населения, включая детей и женщин — за каждого безвинно уничтоженного немцами еврея. Вначале они попытались отравить воду в нескольких крупных немецких городах, а после неудачи этого плана отравили хлеб в лагере немецких военнопленных, а затем перешли к индивидуальным убийствам бывших нацистов.
А когда в 1972 г. на Олимпиаде в Мюнхене палестинские террористы убили 11 еврейских участников соревнований, то в ответ Израиль сразу разбомбил двадцать баз палестинских террористов, где погибли две сотни человек, и в течении нескольких лет спецслужбы Израиля выследили и убили в Риме, Париже, Никосии (Кипр), Бейруте (Ливан), Афинах, Лиллехаммере (Норвегия) 13 террористов, причастных к этому теракту (при этом были и случайные жертвы). Руководитель операции сказал: «Мы вернулись к старому библейскому принципу: око за око».
[22] Строго следуя принципу «око за око», царя следовало лишь выпороть. Но Александра II убили не только за это, а главным образом за то, что десятки молодых людей умерли и сошли с ума, находясь под следствием, и десятки были сосланы без суда по инициативе царя — только за агитацию за лучшую жизнь для народа (глава «Причины российского терроризма»).
