ЗАМЕТКИ ПО ЕВРЕЙСКОЙ ИСТОРИИ

Давиду было суждено жить всего три часа после рождения, но Адам, Первый человек, увидев, насколько прекрасна и чиста душа Давида, попросил Б-га дать Давиду семьдесят лет из собственной жизни (поэтому Адам прожил вместо тысячи лет — девятьсот тридцать).

[Дебют] Елена Кассимова

«ЕСЛИ ЗАБУДУ ТЕБЯ, ИЕРУСАЛИМ…»

«Если забуду тебя, Иерусалим, пусть отсохнет моя правая рука. Пусть язык мой прилипнет к нёбу, если забуду о тебе, если не поставлю Иерусалим во главе своего веселья…»
Псалом № 137, стихи 5 и 6

Никаким океаном не измерить еврейских слез, которые были пролиты за тысячелетия гонений, унижений, издевательств и геноцида. Но самый главный наш плач — о Храме и об Иерусалиме, разрушенном вместе с Храмом. Наш плач — об изгнании, которое длится так долго… Именно о горечи нашего изгнания говорится в Псламе №137 из «Книги Теилим» — «Книги Псалмов царя Давида».

Боль утраты — утраты Храма — так сильна, что мы никогда не забываем о ней, даже в самые радостные дни нашей жизни: по традиции во время свадьбы жених разбивает стакан, чтобы напомнить, что и свадебное веселье не может быть полным до того, как будет отстроен Храм.

ИСТОРИЯ: ЦАРЬ ДАВИД И ЕГО ПСАЛМЫ

Давид, второй царь Израиля, происходит из знатного рода. Тора упоминает его предков — людей высоких духовных качеств. Давид был потомком пророчицы Мирьям, сестры Моше Рабейну. Ишай, отец будущего царя, был одним из самых великих людей того поколения и одним из четырех праведников мира, которые ни разу не согрешили со дня рождения и до самой смерти.

Давиду было суждено жить всего три часа после рождения, но Адам, Первый человек, увидев, насколько прекрасна и чиста душа Давида, попросил Б-га дать Давиду семьдесят лет из собственной жизни (поэтому Адам прожил вместо тысячи лет — девятьсот тридцать).

И вложил Вс-вышний в душу Давида щебетание птиц, журчание ручья, мелодии благодарственных песен. Поэтому получилась душа Давида певучей и прекрасной, и недаром назвали царя «Певцом Израиля». Еще в утробе матери он пел: «Душа моя благословит Б-га!»

Когда Давид стал царем Израиля, он сказал: «Г-сподь сделал меня царем, но Его я ставлю Царем над собой!»

Душой Давида была песня, и он прославлял Создателя днем и ночью. Когда все люди спали, Давид поднимался и восхвалял Г-спода и прекрасный мир, который Он сотворил. В полночь северный ветер начинал играть на струнах арфы царя, висящей над его кроватью. Эти струны были сделаны из сухожилий того исторического барана, который был создан во время Шести Дней Творения, в канун первого Шаббата, чтобы Авраам принес его в жертву вместо своего сына Ицхака. Услышав прекрасные звуки, проникающие в глубину сердца, царь просыпался, и, сильный как лев, занимался Торой и сочинял хвалебные гимны, которые он записывал в «Книгу Псалмов» — «Теилим» («псалм» — означает «восхваление»). Псалмы царя Давида выражают непоколебимую веру во Вс-вышнего, надежду на Него, веру в благополучие еврейского народа.

Вот и читают евреи Псалмы царя Давида. Читают в дни радости и, не дай Б-г, печали. Чтение псалмов — один из наиболее верных путей снискания Б-жьей милости. Потому Псалмы читают от имени больных и вообще в ситуациях, связанных с опасностью, когда еврейская община находится в трудном положении,

ПСАЛМ № 137

Псалм №137 — один из самых читаемых: его произносят каждый будний день, в дни, когда читают покаянную молитву «Таханун», перед благодарственным благословением Вс-вышнему после еды — «Биркат Амазон». Этот Псалм — краткая, полная трагизма миниатюра, душераздирающее повествование о печальном шествии евреев в изгнание после разрушения Иерусалима и Храма, об издевательствах поработителей, о тоске по городу Храма — святому Иерусалиму, а также о пророчестве о грядущем отмщении. Пятый стих этого

Псалма стал символом, напоминающим всем евреям об их вечной связи со Страной Израиля и с Иерусалимом.

1 На реках вавилонских — там сидели мы и плакали, вспоминая Сион.

2 На ивах, у реки, мы повесили свои арфы.

3 Ибо поработители наши требовали там от нас песнопений, а глумящиеся над нами требовали веселья: «Спойте-ка нам из песен Сиона!».

4 Как нам петь песнь Г-споду на чужой земле?!

5 Если я забуду тебя, Иерусалим, пусть отсохнет моя правая рука.

6 Пусть язык мой прилипнет к нёбу, если забуду о тебе, если не поставлю Иерусалим во главе своего веселья.

7 Припомни, Г-сподь, сынам Эдома день разрушения Иерусалима, говорившим: «Крушите, крушите его до основания!».

8 Обречена ты, дочь вавилонская, грабительница. Счастлив тот, кто отплатит тебе по заслугам за то, что ты сделала нам…

Интересно, что христиане тоже любят этот псалм, причем, они не только читают его, но и поют.

На его основе созданы музыкальные произведения, — одно из них вы наверняка знаете: помните группу «Бонни М», так популярную в 70-80-е годы, — годы расцвета музыки в стиле «диско»? А помните их хит «На реках Вавилона» — «By the rivers of Babylon, there we sat down ye-eah we wept, when we remembered Zion» («На реках Вавилона, там мы сидели и плакали, вспоминая Сион»). Без этой песни не обходилась ни одна вечеринка тех лет. А ведь её слова — не что иное, как адаптированный текст 137-го псалма! Смешно подумать, — в Советский Союз привозили из-за границы и из-под полы продавали тысячи пластинок с Псалмом царя Давида, который распевала и под который танцевала вся молодежь страны.

Но сегодня мы поговорим о другом использовании этого Псалма в музыке.

ИСТОРИЯ: СОЗДАНИЕ «НАБУККО»

Сначала предыстория.

Композитор Джузеппе Верди (1813–1901) — автор шедевров мировой музыки: опер «Аида», «Риголетто», «Травиата» и более чем двадцати других, прожил долгую, очень нелегкую, но плодотворную жизнь. Это был удивительный человек, много сделавший для итальянцев и помимо создания прекрасной музыки.

Джованни Больдини. Протрет Джузеппе Верди, 1886 г.

Но музыка была с ним всегда, чем бы он ни занимался. Композитор всегда носил при себе нотную тетрадь, в которую ежедневно записывал свои музыкальные впечатления от прожитого дня. В этих своеобразных дневниках можно было найти удивительные вещи: из любых звуков, будь то выкрики мороженщика на жаркой улице или призывы лодочника прокатиться, возгласы строителей или детский плач, — из всего Верди извлекал музыкальную тему.

Верди был яркой, необычной личностью, человеком с чувством юмора, никогда не любующимся собой. Когда его спросили, какое из своих произведений он считает лучшим, он ответил: «Дом, который я построил для престарелых музыкантов».

В несчастливом для него 1841 году Джузеппе находился в глубокой депрессии. Да и было, от чего! В краткое время умерли маленькие дети композитора — сын и дочь, а также любимая жена, Маргерита.

На творческом поприще его тоже постигли большие разочарования: первая из опер была довольно прохладно принята публикой, а постановка второй — и вовсе с треском провалилась. И вот, в возрасте 28 лет Верди решил, что жизнь кончена, и он больше никогда не возьмется за создание оперы.

Напрасно Мерелли — антрепренер Верди, — умный, опытный человек, осознавая уровень таланта Верди и понимая, что случившийся провал — только временная неудача, пытался отговорить гения, — Верди был неумолим в принятом решении не писать опер. И если бы этот зарок был выполнен, мы никогда не услышали бы ни «Риголетто», ни «Травиату», ни «Аиду».

Но Вс-вышний распорядился иначе…

В один из дней, когда Джузеппе был особенно печален и плохо себя чувствовал, он вышел прогуляться. С неба падали крупные снежные хлопья, Верди медленно брел по улице. Внезапно он увидел Мерелли, направлявшегося в театр.

Мерелли, взяв молодого композитора под руку, уговорил проводить его до Scala (оперный театр в Милане, один из самых известных оперных театров в мире).

По дороге, болтая о том о сем, Мерелли сказал, что находится в затруднительном положении из-за новой оперы, которую собирался поставить. Оказывается, он поручил написать оперу немецкому композитору Николаи, но тот остался недоволен либретто (сюжет, текст оперы).

«Вообрази только, — вскричал Мерелли, — либретто Солера, превосходное!.. великолепное!.. совершенно необычное!.. Напряженно, грандиозно, драматические ситуации, прекрасные стихи!.. Но глупец Николаи не понимает этого и говорит, что текст невозможный».

Мерелли вытащил из кармана рукопись, на которой крупными буквами было написано: «Набукко» (Набукко — итальянская версия имени вавилонского царя-завоевателя Науходнецара.) И со словами: «Прочти и верни мне обратно!», буквально насильно всучил Джузеппе пухлую тетрадь с либретто.

Верди высоко ценил поэтический дар Солеры, его знание законов оперы и умение сочинять для них хорошие тексты. Свою первую оперу Верди написал именно на либретто Солера. Но сейчас композитору было не до опер: он находился в глубокой депрессии.

Придя домой, он швырнул тетрадь в угол, где она, раскрывшись, упала на пол. Верди присел, чтобы поднять рукопись, и на открытой странице его взгляд наткнулся на стихотворные строки:

Лети, златокрылая мысль;
лети, отдыхая на горах и холмах,
туда, где воздух напоен теплом и нежностью,
сладостным ароматом родной земли!

Поприветствуй берега Иордана,
разрушенные башни Сиона…
О, прекрасная утраченная родина!
Дорогие, роковые воспоминания!

Золотая арфа древних пророков,
почему, немая, ты висишь на вербе?
Пробуди память в сердце,
расскажи о былом времени!

Пусть прозвучит твой стон,
столь же горький, как судьба Иерусалима,
пусть Г-сподь внушит тебе мелодию,
которая даст нам силы страдать!

В голове композитора возникла мелодия к этим полным трагизма строкам, которые Солера написал на основе 137-го Псалма царя Давида (правда, достаточно вольно переведенного им).

ИСТОРИЯ: «VA, PENSIERO» — МЕЛОДИЯ ИЗ ОКНА

Это был будущий «Va, Pensiero» («Лети, златокрылая мысль…») — хор плененных евреев, один из наиболее эмоционально насыщенных эпизодов оперы, который со временем стал самым известным и исполняемым хором в мировой музыкальной культуре. Его мелодия обрела поразительную популярность еще до премьеры «Набукко» и не утратила ее до наших дней. Практически ни один концерт серьезного хорового коллектива не обходится без исполнения «Va, Pensiero».

С этой беспрецедентной популярностью связана и еще одна любопытная история, относящаяся к созданию оперы «Набукко». Дело в том, что в соответствии со своим уставом театр являлся единоличным владельцем музыки, заказанной композитору. С момента подписания договора на постановку произведения — будь то опера или балет — и вплоть до самой премьеры композитор не имел права показывать кому-либо или исполнять фрагменты сочинения, исключительные права на которое принадлежали театру.

Весь 1841 год Верди посвятил работе над «Набукко», вложив в свое сочинение столько страсти, душевной силы и эмоций, что их с лихвой хватило бы на несколько произведений. И вот, работая над хором «Va, Pensiero», он сидел за роялем, играя мелодию и напевая слова. Окна были распахнуты настежь.

В это время мимо дома проезжал на своей телеге зеленщик. Услышав прекрасную мелодию и будучи, как большинство итальянцев, человеком музыкальным, он мгновенно запомнил ее и напевал весь день. Дальше — больше: ее подхватили родственники и знакомые зеленщика, а еще через несколько дней весь город уже пел «Va, Pensiero».

Руководство театра пришло в ярость: задолго до премьеры жители города знали и напевали мелодию, исключительные права на которую принадлежали театру — и только театру. Верди обвинили в умышленном нарушении контракта. Напрасно композитор клялся, что не проигрывал и никому не показывал мелодию хора: поверить в это было трудно.

С тех пор «Va, Pensiero» стал подлинно народным итальянским гимном.

УСПЕХ «НАБУККО»

Сюжетом для оперы «Набукко» стала история борьбы еврейского народа с вавилонским царем Навуходнецаром (в итальянской традиции — Набукко), войска которого осадили Иерусалим, разрушили Первый Иерусалимский Храм и увели в плен множество евреев. На этом трагическом историческом фоне разворачивается сложная ткань оперы: здесь переплетаются политический конфликт, напряженная любовная интрига и драматические отношения внутри семьи царя-завоевателя.

Музыка «Набукко» звучала необычно для своего времени: стиль был новаторским, сценическое действие — насыщено драматизмом и предельно накалено страстями.

Труппа миланского театра приняла оперу с воодушевлением, а лучшие певцы стремились принять участие в постановке. Во время репетиций за кулисами собирались рабочие сцены, бутафоры, осветители — все хотели видеть и слышать то, что рождалось на сцене.

В марте 1842 года опера впервые была исполнена на сцене театра La Scala.

Премьера прошла бурно: каждое новое явление эмоциональная публика встречала выкриками и аплодисментами, и поначалу трудно было понять — терпит ли опера неудачу или, напротив, ей сопутствует триумф. Опасения оказались напрасными: успех был оглушительным. Вскоре вся Италия распевала мелодии из «Набукко», а имя Джузеппе Верди оказалось у всех на устах. Его именем называли шляпы, галстуки, даже соусы и другие кулинарные изыски.

Ходила и такая реплика: одна дама, явно имея в виду еврейскую тему оперы, с удивлением заметила:

«А я думала, Верди — итальянец».

Какова же историческая подоплека действия оперы «Набукко»?

РАЗРУШЕНИЕ ХРАМА

Завоевав Иерусалим и торжественно перенеся туда Ковчег Завета, символ присутствия Б-га, царь Давид тем самым превратил свою столицу — Иерусалим в святой город, вокруг которого концентрировалась духовная жизнь всех двенадцати колен Израиля.

На сына и преемника царя Давида молодого царя Шломо (Соломона) легла огромная ответственность: ему было всего 12 (по некоторым источникам — 13) лет, когда он взошел на престол. Он правил на протяжении сорока лет в сложнейших условиях. Если Давид сплотил колена Израиля в единый народ, то Соломон создал государство. Он открыл перед Израилем новые горизонты и поставил народ Израиля первым среди народов мира.

Вс-вышний возложил на царя Шломо обязанность возвести Храм, который так мечтал построить его великий отец. И Шломо возвел строение, уникальное по красоте и богатству, равного которому не было во всем мире. В Храме ежедневно происходили удивительные чудеса. Интересно, что святость и благословение Храма распространялись не только на евреев, — Храм являлся Домом Б-га на земле, и пока он стоял, весь мир ощущал чувство защищенности.

Далее события развивались следующим образом.

В 605 году до н.э. царь Вавилона Навуходнецар покорил Иудею и Египет.

7 лет евреи мирились со своим подневольным состоянием, а в 598 году до н.э. Иудея выступила на стороне Египта, который пытался бороться с Навуходнецаром. В ответ вавилонский царь пленил иудейского царя Иехонию и всю национальную элиту, в том числе царедворцев, военных, оружейных мастеров и т.д. Общее число плененных составляло десять тысяч человек. Над оставшимися на родине евреями Навуходнецар поставил своего наместника — царя Цидкияху.

Но царь Цидкияху, надеясь на поддержку Египта, возглавил очередное восстание против Вавилона, и разгневанный Навуходнецар вновь двинулся в поход на Иудею.

После двух лет осады Иерусалим пал. Навуходнецар разрушил город, Храм был сожжен, сыновья царя Цидкияху казнены, большинство членов царской семьи и знати страны взяты в плен: пришел конец 400-летнему правлению династии рода Давида.

Элита еврейского общества, включая Главных Священнослужителей — Коэнов, а также солдаты и простые жители были взяты в плен и уведены в Вавилон. Туда же были вывезены Храмовые и царские сокровища. Многие были убиты.

СЮЖЕТ «НАБУККО»

Сюжет оперы, основанный на описанных событиях, довольно замысловат.

Все-таки попытаюсь изложить.

В осажденном Иерусалиме собрались евреи во главе с пророком Захария. Туда приходит дочь Навуходнецара, Фенена. Она влюблена в молодого еврейского военачальника Измаила и даже перешла в еврейскую веру. Теперь Измаил может жениться на Фенене. Но у Навуходнецара есть еще одна дочь — Абигайль. Правда, она была рождена от рабыни. Поэтому Абигайль завидует Фенене, стремится завоевать власть в Вавилоне, но самое главное — она тоже любит Измаила.

Навуходнецар приказывает разрушить Храм и заковать пленных евреев в цепи. Упоенный своими победами, он провозглашает себя богом. Кара небесная не заставляет долго ждать: внезапный удар молнии сбивает с царя корону, и тот лишается рассудка.

Торжествуя, Абигайль поднимает корону, — теперь она правительница Вавилона…

Во дворце взаперти сидит арестованный Навуходнецар. За окном слышен шум шествия: это ведут на казнь пленных и дочь царя Фенену. Пленные в тоске ожидают казнь. Своими мыслями они уносятся к далекой родине. Их пение полно возвышенной скорби, — здесь-то и звучит хор «Va, Pensiero». Пророк Захария предрекает скорое падение Вавилона.

В порыве отчаяния царь обращается с молитвой к Вс-вышнему, и совершается чудо: к нему возвращается разум. Мечом он поражает грудь верховного жреца и разбивает идола Ваала. Фенена спасена, пленные жители Иерусалима получают свободу. Поверженная Абигайль кончает с собой.

Как вам нравится такой поворот событий?! Царь-варвар, разрушивший Иерусалим и Храм, обрекший евреев на рабство, наконец, провозгласивший себя богом, после всех страданий обратился к истинной вере, — то есть перешел в иудаизм(!), освободил евреев и обрел прощение Небес!

Такая невероятная духовная эволюция показалась мне малоправдоподобной. Решив, что это просто эффектный поворот сюжета оперы, я решила докопаться до истины.

МЕТАМОРФОЗА НАВУХОДНЕЦАРА

Центральный образ оперы — вавилонский царь Навуходнецар (Набукко), реальный персонаж из Торы, которому пророк Даниэль посвятил большой рассказ в книге «Писания» — «Кетувим».

Рассказывается, что царю приснился сон, в котором он видел, как ангел-разрушитель сломал необыкновенное дерево, достигавшее небес. Он призвал пророка Даниэля с просьбой объяснить этот сон.

Даниэль с помощью Вс-вышнего разгадал его, предрекая конец царства Навуходнецара, семилетнее изгнание царя и потерю разума. Но царь не внял голосу пророка.

Через какое-то время, прогуливаясь по чудесному саду своего дворца, Навуходнецар воскликнул: «Вот он, великий Вавилон, который я построил силою могущества моего!» Не успел он это вымолвить, как с небес раздался голос: «Навуходнецар, царство твое ушло от тебя!» В ту же минуту он потерял рассудок и в течение семи лет питался травой вместе с животными. Но через семь лет обратил он свои взоры к небесам, и рассудок вернулся к нему. Тогда Навуходнецар восхвалил и прославил Вездесущего, чья власть — власть вечная, а царство — во веки веков.

Как мы видим, либреттист Солера использовал для оперы «Набукко» взятый из Торы рассказ о том, как царь-нечестивец обратился к вере во Вс-вышнего. Правда, облёк его в другую форму.

А наш рассказ мы завершим ещё одной историей.

КРАСИВАЯ ИСТОРИЯ

«Набукко» — самая яркая опера Верди, о чем в Pоссии (как в царской, так и в советской) не только не говорили, но и вообще не исполняли эту оперу! Почему? Потому что эта опера о плененных евреях, где исполняется знаменитый хор евреев-рабов, а в конце евреи освобождаются от рабства!

В марте 2011 года отмечалось 150-летие объединения Италии в единую страну. По этому случаю в Риме исполнялась опера «Набукко» под управлением известного дирижера Риккардо Мутти.

В зале присутствовал Премьер-министр Италии — Сильвио Берлускони.

Мэр Рима вышел на сцену и объявил, что правительство приняло решение сократить бюджет в области культуры. Зал ответил гробовой тишиной, но спектакль начался.

«Все шло хорошо, — вспоминал дирижер Рикардо Мутти, — пока мы не дошли до хора рабов «Va, Pensiero», — тут воздух как бы сгустился. Есть вещи, которые невозможно описать, их можно только ощущать: чувствовалась солидарность публики с плачем пленных евреев: «О моя родина, такая прекрасная и утраченная».

Когда хор закончил, раздались крики: «Би-ис!». И толпа начала скандировать:
«Viva Italia, Viva Verdi!» — «Да здравствует Италия, да здравствует Верди!», и бросать на сцену записки патриотического содержания. И хотя дирижер Мутти обычно не прерывал спектакля, чтобы исполнить «на бис» какой-либо отдельный номер, в этот раз он сделал это с особым намерением. Когда стихли аплодисменты, дирижер обратился к Берлускони и аудитории: «Я итальянец, но много гастролирую по всему миру, и сегодня мне стыдно от того, что происходит в моей стране, поэтому я принял вашу просьбу повторить «Vа, Pensiero» не только из-за патриотического содержания этого хора, а потому что сегодня, когда звучали эти слова: «О, моя родина, прекрасная и утраченная» я думал, что если мы будем продолжать таким образом, мы искореним культуру, основанную на истории Италии, и наша страна действительно будет по-настоящему «прекрасная и утраченная». Ему аплодировали и зрители, и исполнители. Весь зал встал, и все зрители стали петь вместе с хором.

Парадокс в том, что дирижер, обращаясь к залу, говорил о своей стране — об Италии, тогда как слова хора, взятые из 137-го Псалма царя Давида, повествуют о трагедии Сиона, Храма и Иерусалима.

И последнее.

ХОР ЕВРЕЕВ — ВТОРОЙ ГИМН ИТАЛИИ

Хор пленных евреев, фактически, стал вторым гимном Италии. Его исполняют и при самых торжественных, и при печальных событиях. В 1901 году, когда умер Верди, более двухсот тысяч человек пришли проститься с любимым композитором. Они превратились в мощнейший хоровой коллектив, исполнявший знаменитый хор. Пели его и на похоронах великого дирижера Артуро Тосканини, умершего в 1957 году. Он был исполнен также на открытии театра Ла Скала после окончания Второй мировой войны.

Вскоре после войны парламент Италии обсуждал вопрос о новом гимне страны. Депутаты предложили сделать гимном хор из оперы «Набукко». Но кто-то возразил: ведь это все же хор евреев, а не итальянцев. И это решило проблему: для гимна Италии избрали другое произведение. Еще через 60 лет, в 2005 году, в Италии вновь рассматривался вопрос о гимне, и опять был предложен хор Верди. Но, как и прежде, вопрос был решен в пользу прежнего гимна. Тем не менее, наряду с официальным гимном страны всегда исполняется обожаемый всеми итальянцами хор из «Набукко» — хор на слова 137-го Псалма царя Давида.