©"Заметки по еврейской истории"
  июль 2017 года

Элла Грайфер: Понаехали тут…

Не надо, товарищи дорогие, ссылаться на IQ арабов или африканцев, они вовсе не дураки, и не хуже нас с вами понимают, с какой стороны хлеб маслом намазан. И мы бы на их месте не стали напрягаться, видя, что за безделье больше отломится, чем за труд, за обособление —  больше, чем за интеграцию, да к тому же культура, в которую предлагают ассимилироваться, сама себя не уважает.

Элла Грайфер

Понаехали тут…

Элла Грайфер

 Чужую беду — руками разведу,
 к своей — ума не приложу.
     Русская пословица

По мнению Самуила Виноградова  («Проблема «исламизации» Европы глазами социолога«), западноевропейцы вполне смогут справиться с нашествием мигрантов, если только примут за основу известный тезис Маркса-Энгельса, что человека создал труд, и надо только организовать для пришельцев достаточное количество рабочих мест, соответствующих их привычкам и возможностям…

Свежо предание, да верится с трудом.

Рискну предположить, что своих западных коллег, в т.ч. «корифеев», господин социолог изучал, в основном, по методу «Рабинович по телефону напел», иначе вряд ли стал бы он утверждать, будто имя Карла Маркса у них вызывает идиосинкразию. Напротив, Маркс и его теории у них весьма популярны —  взять хоть ту же «Франкфуртскую школу». Помнится, лет 30 назад разглядывала я учебные комиксы для малограмотной молодежи, разработанные в Германии левыми католиками, с умилением сердечным узнавая родную теорию прибавочной стоимости и классовой борьбы.

Но вот, судя по биографии, не понаслышке должна быть ему знакома ситуация в Казахстане, да, вероятно, и в соседней Средней Азии. Как отучали казахов кочевать, как узбекам заводы строили, как на созданные по всем правилам марксизма рабочие места славян пришлось завозить. Жили эти этнические коллективы как бы и рядом, но —  не вместе. А как распалась империя, так сразу и выяснилось, что не питали они друг к другу особой любви.

Совершенно то же самое можно сказать и об израильских арабах: экономические проблемы решаются успешно, функционирует разделение труда, но обе стороны понимают, что на вулкане сидят, и не сегодня-завтра вполне могут вцепиться друг другу в глотку. Впрочем, в Израиле ситуация сложнее из-за продолжающейся войны, так что на его примере останавливаться не будем. Попробуем лучше выявить общие закономерности.

*  *  *

Миграции действительно происходили от века, и во многих случаях приводили к пространственному сближению этнических коллективов. Сожительство их протекало по-разному, но все разнообразие можно разместить на одной прямой, крайние точки которой обозначим как: «апартеид» и «плавильный котел».

Формулировка «плавильный котел» употребляется обычно в связи с Америкой, но само явление известно давным-давно, и характерно оно для империй. При просмотре известного сериала «Комиссар Рекс» стоит обратить внимание на фамилии исполнителей и действующих лиц: тут вам и немецкие, и итальянские, и славянские, но разницы между ними практически нет, все они вместе —  жители доброй старой Вены. Такими же плавильными котлами были в России Петербург и Москва, от французов доводилось мне слышать, что «Париж —  это не Франция», ну и т.д.

В результате выплавляется общая культура, гармонично сочетающая элементы и компоненты. В той же австрийской музыке легко обнаружить венгерские и цыганские мотивы, известно, откуда есть пошел знаменитый американский джаз, но необходимое условие успеха: какая-то из исходных культур должна быть обязательно «равнее других». В Австрии она была немецкой, в России —  русской, в Америке —  англосаксонской. Вхождение в эту культуру —  социальный лифт, путь повышения статуса.

В бессмертной «Хануме» Товстоногова князь формулирует свои требования к будущей избраннице:

К чувствам горячим
Деньги впридачу,
Ну, а иначе —
Оревуар.

Чтобы служить при дворе Александров Второго и Третьего должен был Вано Пантиашвили и русским овладеть, и французским, и манеры усвоить европейские, ну а иначе —  вылетел бы он в два счета из Санкт-Петербурга в свой зачуханный Авлабар.

Еврей, приехавший из своей Касриловки в Америку в конце 19 века, искал на тамошнем рынке «экологическую нишу» —  будь то массовый пошив одежды или участие в гангстерской банде —  и кто приспосабливался, тот выживал, а кто нет… про того сегодня уже не слышно.

Но все это происходит лишь при условии, что ассимилируемые к ассимиляции вполне осознанно стремятся. Естественно, в разных этносах протекает она неравномерно, некоторые (как цыгане в той же Австрии) могут и вовсе отвергнуть, предпочитая апартеид.

…Да, понимаю, понимаю, слово некрасивое, отрицательное какое-то слово, вроде как ругательство, но… вообще-то означает оно всего-навсего «обособленность». Существование рядом, но не вместе. По модели апартеида соседствовали евреи с поляками, русские с узбеками или латышами, англичане с ирландцами в Ольстере, белые с черными в ЮАР, сербы с албанцами в Косово и —  таки да —  евреи с арабами в Израиле.

Разделение труда, причем вполне взаимовыгодное, существует веками, но к сближению не приводит. Обратите внимание: апартеид обычно поддерживается культурой и традицией обеих сторон. Он вовсе не навязывается сильнейшим, наоборот, во многих случаях господствующий этнос как раз стремится растворить в себе малочисленных и слабых, но они не поддаются, отгораживаются и замыкаются.

Не всегда апартеид в законах прописан, но законы ситуацию не создают, они всего лишь выражают и оформляют ее. Опасно держаться за законы, что изменившейся реальности соответствовать перестали (возможно, что, например, в ЮАР где-то в чем-то и упустили момент), но не менее опасно пытаться изменить реальность, произвольно меняя закон. В той же ЮАР навязанная извне насильственная и полная отмена официального апартеида государство попросту разрушила. «Белая» культура «равнее» быть перестала, а для «черной» апартеид как раз вполне органичен, в нем она жила, живет и, наверное, долго еще будет жить, не нуждаясь ни в каких письменных законах.

*  *  *

Первый массовый завоз в Европу людей исламской культуры происходил в полном соответствии с марксизмом в интерпретации господина Виноградова: они были гастарбайтерами, успешно занимавшими подходящие рабочие места. Но тут вмешалось явление, Марксом не описанное, поскольку во времена Маркса его в Европе не существовало: пролетариат в исходном, т.е. древнеримском смысле этого слова —  категория людей, обладающая правами без обязанностей.

В 1990 году я гуляла по Франкфурту-на-Майне, и с каждой стенки глядел на меня плакат с изображением счастливой семьи в уютном жилище и подписью: «Социальная помощь —  не позор!». Нормальным, здоровым людям не стыдно жить за чужой счет, им должны обеспечить… Собственно говоря, потребность в гастарбайтерах как раз и возникла из-за того, что разница между пособием по безработице и зарплатой неквалифицированного работника усилий на ее зарабатывание явно не окупала. Зато какому-нибудь пришельцу из турецкой глубинки улицы подметать было выгодно, поскольку пособий ему не полагалось, а дома за ту же работу получал бы он существенно меньше.

Но прошли годы, и у пришельца родился сын, который в местах, где платят меньше, только в гостях бывал. Рос он вместе с аборигенами, с ними учился, их языком владел, так что без труда прочел и правильно понял вышеописанный плакат: за чужой счет жить не стыдно. В некоторых странах (во Франции, например) иммигранты второго поколения сразу оказывались «по праву рождения» полноправными гражданами —  для них были еще и другие плакаты — предвыборные. Политические партии боролись за их голоса, суля златые горы и реки, полные вина.

Стимула за гроши улицы подметать, это, понятное дело, не создавало, приходилось гастарбайтеров новых завозить…  И они тоже обзаводились семьей, и опытом делились с родственниками и знакомыми, и со знакомыми родственников, и с родственниками знакомых, всем рассказывали, что есть на свете такая обетованная земля, где галушки сами в рот прыгают.

Не исключено, что последней соломинкой, переломившей спину верблюду, оказалась сирийская война, не будь ее —  нашествие случилось бы на пару лет позже или шло бы более плавно, но не случиться оно все равно никак не могло. Причины его не только в проблемах Ближнего Востока (например, демографический взрыв), известно же — от добра добра не ищут — но, не в последнюю очередь, и в собственных проблемах обленившегося Запада.

Да, но почему же отношения между разными этническими группами стали выстраиваться не по схеме плавильного котла, как надеялись европейцы, а вот именно по схеме апартеида? А потому что плавильный котел работает только когда без ассимиляции невозможна карьера (иногда и просто выживание).

Не то чтобы эта схема в наши дни совсем вышла из употребления, но… появились возможности другие. Кроме государственной службы, как у князя Вано, или частного бизнеса, как у американских евреев, эффективным социальным лифтом стала борьба за права.

Права кого? Да кого угодно —  от трансгендеров до террористов и крупного рогатого скота. Была бы правозащитная организация —  а объекты всегда найдутся, и, разумеется, главный интерес организации в том, чтобы эти объекты навечно сохранить в статусе униженных и оскорбленных, обеспечивая себе доход и уважение.

Почему, скажите, не интересуют прекраснодушных правозащитников в той же Германии ни вьетнамцы, ни поляки, ни индусы, ни «русские немцы», ни «контингентные» евреи, ни образованные политэмигранты из Ирана и Турции? А потому что эти люди вполне сознательно обустраиваются по схеме «плавильного котла» и права себе добывают сами: учат язык, осваивают профессию, дети их в школе отличники. Так что в них толку?

Иное дело выходцы из Мухосранска Анатолийской губернии или какого-нибудь арабского Усть-Задрищенска: этих и языку можно до пришествия Мессии учить (говорить, возможно, сподобятся, но писать отроду не умели и на родном), и профессию приобретать не спешат (а то еще, не дай Бог, сами себя прокормят — куда тогда деваться чиновнику-перераспределителю?), и на рабочих местах подолгу не задерживаются (разве что наркотиками приторговывают постоянно, но за это пособия не лишают и подателей оного не сократят, так что это ничего, это можно).

«Индустрия гостеприимства» обладает большими капиталами, мощным лобби и даже, как недавно выяснилось, собственным флотом, тысячами выуживающим мигрантов из Средиземного моря. Эти люди апартеидом живут и никому не позволят на него покушаться. Если же, паче чаяния, в рядах опекаемых обнаружатся честолюбцы, то им предоставят социальный лифт в рамках той же «правозащитной» системы, которой они дают дополнительную легитимацию уже самим своим существованием и выступлениями в ее защиту. Открыт и дальнейший путь наверх — в лоббисты и политики, представляющие интересы все тех же «правозащитников». Это — самые упорные и последовательные проповедники «мультикультурализма», заклятые враги «плавильного котла». Ведь их статус в обществе с овладением местной культурой в отличие от князя Вано не повысится, а понизится: был влиятельный лоббист — стал «простой инженер».

За базисом, совсем по Марксу, следует и надстройка: многочисленные идеологи и проповедники из Саудии и окрестностей денно и нощно возвещают единоверцам, что не корысти ради они на Запад прибыли, а токмо волею Аллаха, дабы отсталых гяуров перевоспитать и привести к светлому шариатскому будущему. Нет-нет, вы не думайте, сторонников террора не так уж много среди них, большинство рекомендует действовать лаской, убеждением и личным примером — не их культуру перенимать, а наоборот — им прививать нашу, как гораздо более правильную и ценную. У такого подхода есть реальные шансы на успех, особенно на фоне растущей самоненависти аборигенов Европы.

Не надо, товарищи дорогие, ссылаться на IQ арабов или африканцев, они вовсе не дураки, и не хуже нас с вами понимают, с какой стороны хлеб маслом намазан. И мы бы на их месте не стали напрягаться, видя, что за безделье больше отломится, чем за труд, за обособление —  больше, чем за интеграцию, да к тому же культура, в которую предлагают ассимилироваться, сама себя не уважает.

*  *  *

Итак, главной причиной нашествия варваров является милый европейский обычай всех кормить за так. Именно он вызвал появление рабочих мест для гастарбайтеров, люмпенизацию их детей и внуков, он был и остается мощным стимулом, привлекающим тысячи искателей приключений, одновременно намертво отбивая у них охоту вступать на путь «плавильного котла». 

А устранить эту причину невозможно, ибо с ней исчезнут тысячи рабочих мест в разнообразных государственных «собесах» и «неправительственных организациях», но главное —  исчезнет у самих аборигенов столь дорогое им чувство уверенности в завтрашнем дне. Исчезнет надежда на социальную помощь, которую всю жизнь принимать не стыдно. 

Share

Элла Грайфер: Понаехали тут…: 17 комментариев

  1. Уведомление: Мастерская — Напечатано на Портале: Номинанты конкурса «Автор года 2017». Дайджест VII–X

  2. Элла

    Boris Geller
    — 2017-07-31 17:40:45(577)
    ———————————————————————————————-
    Да, видно и вправду неудачно занялась я переосмыслением терминов, больше так не буду. В моем тексте (я это специально оговариваю) слово «апартеид» используется в исходном значении как «обособленность, разъединенность». Так живут в Израиле евреи и арабы (в основном, конечно, арабы-мусульмане, с другими сложнее, но текст-то мой не про то). А «плавильный котел», как вы правильно отмечаете, функционирует только в еврейском секторе.

  3. Boris Geller

    Уважаемая Элла,
    Спасибо за ответ, но он ни в коей мере меня не удовлетворил.
    1. Давайте, прежде всего, определимся с терминологией. Согласно словарям, апартеид – это «Крайняя форма расовой дискриминации и сегрегации, выражающаяся в ограничении или лишении прав, в территориальной изоляции какой-л. группы населения».
    2. Пожалуйста, укажите мне (и докажите), какая группа населения в Израиле подпадает под это определение? Кто тут сегрегирован, изолирован и лишен прав? В госпиталях полно врачей и медицинских сестер арабов. В аптеках – фармацевтов. В коллегии адвокатов – адвокатов. Многие факультеты университетов просто заполонены арабами. В армии и полиции много офицеров друзов, есть и арабы-христиане. Так что я, как говорят, «нэ бачу логики».
    3. Начало притока «пришельцев» в Европу относится к концу 60-х годов, когда окончательно распались империи, Британская и Французская. После ухода колониальных войск и правителей многие страны погрузились в пучину хаоса, а метрополии дали бывшим подданным колоний широкие права, в том числе на иммиграцию.
    4. Но всех переплюнула Германия, предоставившая в начале 70-х годов «особый статус» рабочим из Турции. С этого все и началось.
    5. Что до «плавильного котла», то его существование всегда было под большим вопросом. И если уж говорить хоть о каком-то эксперименте с «котлом», от наиболее успешным примером является именно Израиль, где общая воинская повинность действительно сближает русских с эфиопами и аборигенами всех корней.

    1. Sava

      Борис Геллер
      «И если уж говорить хоть о каком-то эксперименте с «котлом», от наиболее успешным примером является именно Израиль, где общая воинская повинность действительно сближает русских с эфиопами и аборигенами всех корней.»
      Это вряд ли так. Воинская служба, быть может,в силу своей специфической особенности, действительно способствует сближению самых разных групп людей, особенно в боевых условиях, которое в мирской ситуации случаeтся крайне редко.. Это , т.н.фронтовое братство, проявляется и у многих прочих народов в экстремальных обстоятельствах.
      На мой взгляд. израильский «плавильный котел» функционирует не эффективно. Слишком тугоплавкими оказались загруженные в него компоненты. Разделенные разными мировоззрением, менталитетом , политической ориентацией, раздираемые противоречиями по многим разным причинам, собранные в стране со всех концов света евреи , не проявляют достаточной готовности к единению . Для интенсификации плавильного процесса потребуется разработка более совершенной технологии, под управлением высококлассного профессионального металлурга.

  4. Элла

    Benny
    — 2017-07-31 16:45:52(572)
    ——————————————————————————————
    Отчасти вы правы — именно как «официальную политику» понимает этот термин нынешний мейнстрим, но я не даром опираюсь на исходное значение слова. Дело в том, что во многих обществах никакой «официальной политики» вовсе нет, есть т.н. «обычное право», которое и мысли не допускает о равноправии своих и чужих. Таковы, например, арабы — повсюду, где они образуют достаточно компактное и самодостаточное сообщество — таковы и черные в ЮАР, и еще много всякого.

    Мультиультурализм не всегда предполагает позитивную дискриминацию, но всегда поощряет возникновение именно таких сообществ с «обычным правом», т.е. поощряет апартеид.

    1. Benny

      Элла (575): … опираюсь на исходное значение слова …
      ————
      ИМХО: этим вы создаёте много путаницы, ведь сейчас слово «апартеид» оккупировано совершенно другим значением. Чтобы избежать такой путаницы, сторонники личной свободы придумали слово «либертариан» вместо оккупированного «либерал».

      По-поводу «мультикультурализма»: это может быть очень хорошо (часть идеологии «единство в различии»), а может быть очень плохо (часть тоталитарной идеологии «разделяй и властвуй»).
      Как термин это чрезвычайно плохой термин, это как для пастухов обозначать одним термином волков и овчарок-волкодавов.

  5. Benny

    Элла (568): Уточняю: апартеид, это когда не смешиваются, и оно — наличествует.
    ————-
    По-моему, это неверно: когда «не смешиваются» это РЕАЛЬНОСТЬ, а «апартеид» это ОФИЦИАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА расовой или этнической сегрегации, при которой есть РАЗНЫЕ ЗАКОНЫ для разных групп и ПРИНУЖДЕНИЕ силой закона.

    Также, критически важно и одновременно очень трудно понять, чем «мультикультурализм» принципиально отличается от «апартеида».
    Ведь при мультикультуризме тоже нередко есть РАЗНЫЕ ЗАКОНЫ и ПРИНУЖДЕНИЕ (например, обратная дискриминация афро-американцев или привилегии канадских индейцев). При мультикультуризме действительно есть меньше ПРЯМОГО принуждения правительством «простого человека», но косвенное принуждение (например, воспитание зависимости и безответственности) может быть даже хуже.

  6. Элла

    Суравикин — Элле Грайфер (и интересующимся)
    — 2017-07-30 23:00:01(530)
    ————————————————————————————-

    «Придерусь» к видимому нежеланию автора допускать существование «Ай-Кю» (которое сама же автор фактически признаёт, говоря о неспособности части эмигрантов научиться грамоте).

    Я не то имела в виду — не неспособность, а полное отсутствие стимула учиться в культуре, в которой они воспитаны. Образование у них — не ценность. Ай-Кю — штука очень спорная именно потому что опирается на понятийный мир определенной среды, в котором есть связи, незнакомые инокультурным.

  7. Boris Geller

    Уважаемая Элла,
    Вы написали очень интересную статью. Позвольте, однако, не согласиться с Вами по поводу «апартеида в Израиле».

    1. Как Вы знаете, есть 2 группы арабов: израильские и проживающие в Иудее и Самарии с иорданскими паспортами.
    2. Израильских пропущу. У них есть все права, какие есть у меня. Вот только обязанностей меньше. В то время, как мои дети по 3 года служили в армии, арабские дети учились в еврейских университетах. Итд.
    3. По поводу так называемых палестинцев. Апартеид, — это когда мы не ездим в их автобусах, а они не ездят в наших, мы не ходим в их торговые центры, а они не ходят в наши. Дальше каждый продолжит сам.
    Но на деле «палестинцы» свободно гуляют, где хотят, а евреи боятся зайти в арабский магазин. Иерусалим являет собой прямое подтверждение отсутствия апартеида. Арабы — везде, а вот мы где скоро будем?

    1. Элла

      Boris Geller
      31.07.2017 в 15:20
      ——————————————————————
      Уточняю: апареид, это когда не смешиваются, и оно — наличествует. А то, о чем пришете вы, называется «захват территории», смешивания он не предполагает.

  8. Владимир Янкелевич

    Элла написала ярко и убедительно. Только вот «устранить эту причину невозможно» разве что в рамках существующей описанной ситуации. Но я очень надеюсь на мигрантов. Что-нибудь взорвут, устроят очередную резню, и доведут ленивых «суицидальных» европейцев до такого состояния, что им придется встать и защищать себя и страну. То есть мигранты в силах существующую ситуацию изменить. ИМХО

  9. Sava

    Все верно.Разумно. обстоятельно и убедительно представила ув. Э. Грайфер свое зоркое видение острейшей проблемы связанной с деградацией западной цивилизации. Значительной части обленившейся в сытости и беспечности европейцам все стало по фигу.Если не пробудятся от затянувшейся спячки, то и не заметят как. вместо провозглашенной идеи мультикультурности, нагрянет суровый и беспощадный шариат.

  10. Сэм

    «Да, понимаю, понимаю, слово некрасивое, отрицательное какое-то слово, вроде как ругательство, но… вообще-то означает оно всего-навсего «обособленность». Существование рядом, но не вместе. По модели апартеида соседствовали евреи с поляками, русские с узбеками или латышами, англичане с ирландцами в Ольстере, белые с черными в ЮАР, сербы с албанцами в Косово и — таки да — евреи с арабами в Израиле» Автор.
    —————
    Конечно же уважаемая автор права – «всего-навсего».
    «Всего-навсего» в истории нашего народа – это стены гетто, это черта оседлости, это % нормы на получение образования, это запрет на профессию. Именно – запрет на профессию. И вот пример из материалов сайта. Несколько месяцев назад тут был опубликован @http://berkovich-zametki.com/2017/Starina/Nomer1/Danovich1.php@ интереснейший документ – Свидетельство, полученное молодой еврейской девушкой, очевидно жившей в тогдашней Малороссии, об окончании ею курса обучения, и подтверждающего её право преподавать русский язык. Преподавать, но только «своим единоверцам».
    Конечно же апартеид – это всего-навсего «некрасивое слово».

  11. Soplemennik

    Позиция автора ясна и, бесспорно, одобрена.
    Но «Ке фер? Фер-то ке?»

    1. Элла

      Вопрос более чем правильный, но никто еще не нашел способа убедить хомо как бы сапиенсов, что халява не есть естественное право человека. Особенно когда уже привык.

  12. Элла

    В европейцах конечно, и я ж про то ж! Но пока есть разница между Испанией и Германией — они будут идти туда, где лучше клюет, а если Германия станет как Испания — распространятся более равномерно, ибо в Африке и того не дают.

  13. Игорь Ю.

    Элла, страны Европы не все думают подобно Германии, Бельгии и Франции. Два примера. Испания: чтобы получить любое минимальные пособие для мигранта надо отработать в стране 4 месяца. Кажется, это надо повторять каждый год. Само пособие настолько не великое, что по словам знакомой московской «испанки», в Испании БВ и африканские мусульмане не задерживаются больше, чем на 2-3 недели. Они прекрасно знают законы и нормы — и все стремятся как можно быстрее попасть в Германию-Францию-Бельгию. То есть, разумный подход к пособиям — одинаковый для своих и чужих — позволяет Испании не иметь германских и французских проблем. При этом являясь членом ЕС.
    В Литве подход схожий. Пособие дают, но такое же, как и своим. На него мусульманской семье с кучей детей и полным нежеланием где-то подрабатывать не прожить. Те, кого ЕС заставляет принять по квотам, немедленно уезжают в Германии++.
    При этом, как я думаю, те мусульманские семьи, взрослые члены семей которых подобно русской волне в США (не знаю за Европу) готовы работать на трех работах, чтобы стать на ноги — то есть, двигаться в направлении ассимиляции хотя бы в экономическом аспекте, вряд ли будут отвергнуты аборигенами только из-за религии или цвета кожи. Какая-то минимальная помощь эмигрантам необходима — например, медицина для детей, языковые школы, минимальное пособие на строго определенное время. Но должен быть четкий временной и денежный предел. Проблема не в мусульманах, проблема в европейцах.

Обсуждение закрыто.